За пеленой дождя - Анна Карлссон

Остановку, на которой мы с Иркой в тот раз выходили из автобуса, я узнала сразу. Предстояло найти дом. Это было непросто. Кроме того, что я совершенно не умела ориентироваться на местности, все дома были абсолютно одинаковыми, что еще больше осложняло задачу. За следующие полчаса мне удалось найти маленький гастроном, в котором мы пили кофе. Я даже зашла внутрь, чтобы убедиться в том, что это не его брат-близнец. Продавщица за стойкой кафетерия была все та же. С кривой ухмылкой она обслуживала голодных покупателей, старательно нарываясь на конфликт. Точно, это была все та же работница торговли. Ирка еще назвала ее бабой Бабарихой. Прозвище ей было к лицу.

От гастронома дорогу я более-менее помнила. Наконец, нашла нужный мне дом — узнала по мусорным ящикам у подъездов. Они были окрашены яркой краской, и каждый подъезд имел свою особенную расцветку. Такого я раньше не видела. Нужный мне подъезд имел мусорку сиреневого цвета, я это отчетливо помнила. Кодовый замок на двери являлся помехой. Пришлось ждать, пока какой-то дядька с собакой не вышел на улицу. Я прошмыгнула внутрь. Все те же бодрящие стены оранжевого цвета. Я попала по адресу. Поднявшись на второй этаж, сразу нашла нужную дверь. Не представляя, что буду говорить, нажала на кнопку звонка. В глубине квартиры услышала знакомую мелодию.

Дверь открыла полная пожилая женщина с недобрыми глазами.

— Чего тебе?

Я поздоровалась. На хозяйку моя вежливость впечатления не произвела.

— Долго будешь пялиться? Чего пришла-то?

— Мне бы колдунью, — начала я, понимая, что даже не знаю имени той, к кому явилась без приглашения.

— Чего-чего? — переспросила тетка и уже хотела закрыть перед моим носом дверь, очевидно, сочтя меня за ненормальную. Но я ухватилась за ручку.

— Э, ты чего это хватаешься, — тетка нахмурилась, готовясь защищать свое имущество, если потребуется. — Сейчас вызову полицию, и быстро тебе расскажут, где искать нечистую силу.

— Прошу вас, подождите, — взмолилась я, чувствуя, что моя последняя надежда может вмиг исчезнуть. — Я была в этой квартире несколько дней назад, и здесь вела прием колдунья. Она мне очень нужна, понимаете. Пожалуйста, скажите, как ее найти.

Тетка опешила и даже оставила попытки закрыть дверь. Мой жалкий вид вызвал у нее чувство сострадания. Это счастливых никто не любит, а несчастные нравятся многим. С ними можно почувствовать себя добрым и великодушным, привычное чувство зависти не всплывает на поверхность. Несчастные дают возможность ощущать себя хорошим человеком.

— Какая такая ведьма? — подобревшая вмиг женщина пожала плечами. — Здесь мы с мужем и сыном живем, и магией у нас никто не грешит. Да ты пройди внутрь, а то на тебе и лица нет.

Я потрогала за то, чего нет. Лицо было на месте, но вот чувствовала я себя прескверно. Хозяйка принесла мне стакан воды, и это было как раз кстати. Поблагодарив ее, я отправилась восвояси. Куда могла исчезнуть колдунья — неизвестно. Вот уж и магия. Не успела я спуститься на первый этаж, как услышала, что меня зовут.

— Эй, заполошная! — услышав женский голос, сразу сообразила, что это меня.

Обернувшись, увидела хозяйку квартиры. Свесившись через лестничные перила, она смотрела на меня.

— Это вы мне? — переспросила.

— Кому ж еще. Пару недель назад мы все уезжали к родственникам в Перловку. А квартирку я сдавала. Мебели еще нет так, что испортить нечего. Чего же не сдать добрым людям, да и копейка не помешает. Может, квартирантка моя чего учудила без контроля?

— Адрес ее у вас сохранился или телефон? — маленькая надежда вспыхнула слабой искрой.

— Вроде был где-то, только с этим переездом разве что найдешь. Ты мне свой телефон оставь. Если найду, позвоню.

Надежда была невелика, но телефон свой я оставила, поблагодарив хозяйку.

Голова моя пухла от происходящего, лишая способности что-либо соображать. Все выходные Женя где-то пропадал. Может, был у матери. Было страшно представить, сколько «добрых» слов он услышал там обо мне. Амалия Модестовна ни за что не поверит в то, что ее муж мог проявить ко мне интерес. Кроме того, было гораздо проще и приятнее всю вину свалить на меня. У бедного Аркадия Аркадьевича даже сердечный приступ случился, так задел его мой отказ. А может, это был, так сказать, упреждающий удар, если я вздумаю рассказать о его поведении. Я всегда представляла его тихим, спокойным любителем книг и шерстяных носков. На деле все оказалось иначе. Скорее всего, Женечка некоторыми своими пристрастиями пошел в отца. В своих размышлениях и представлениях я довела себя до крайне подавленного состояния. Чтобы немного развеяться отправилась прогуляться. Холодный осенний воздух бодрил. Сама не заметила, как вновь оказалась в том районе, где проживала Галина. Жаль, что я не догадалась тогда узнать ее адрес. Она бы наверняка его мне дала — грех отказывать таким тяжело больным, как я. Мне бы только убедиться, что Женя у нее. Наверное, я бы успокоилась и отпустила его на все четыре стороны. Только бы знать наверняка.

Обойдя несколько дворов и никого не встретив, я поплелась домой. Взглянув на отражение в зеркале — не узнала себя. Никогда не была красавицей, а теперь и совсем было грустное зрелище. Большая, немолодая, невзрачная и очень печальная тетка. В зеркало я решила больше не смотреться, чтобы не портить себе настроение. Несколько раз пыталась дозвониться до мужа, но он сбрасывал звонки. Ирка тоже не поднимала трубку. Я ее понимала, кому охота постоянно слышать чужое нытье и жалобы. Решиться на то, чтобы радикально поменять свою жизнь я не могла. Пусть он уходит сам, если хочет. Сделать шаг первой было страшно. А вдруг я все же ошибаюсь, или разрушу то, что еще можно склеить. Нет уж, пусть он будет инициатором нашего расставания.

* * *

В тот момент, когда казалось, что моя жизнь полностью разрушена, счастье вновь улыбнулось. Женечка угодил в больницу. Конечно, не это послужило причиной моей радости. Просто он начал нуждаться во мне, моей заботе и помощи.

Его увезли на машине скорой помощи прямо с работы. Схватило живот. Даже было подозрение на острый приступ панкреатита. К счастью, это был только аппендикс, который ему благополучно вырезали. Сразу после операции он позвонил. Счастливее человека, чем я, было не найти во всем мире.

Через полтора часа я уже сидела у его кровати с горячим куриным бульоном в термосе. К больничной пище Женечка был не расположен, поэтому я прибегала три раза в день, таща