Белое и Черное (СИ) - Ольга Рог

Глава 52

Травкин знал, что Юля для него что-то значит. Знал. Но, насколько… Понял только сейчас. Знобило даже в куртке и ему не согреться, пока не найдет маленькую упертую женщину с манящим взглядом, в котором загорались светлячки, когда она смотрела на детей и на него так же глазела. Нравилось Сергею, как она кидала взоры тайком, лаская взглядом шрам и уродливые острые уши. Стеснительно отворачивалась и пальцы ее подрагивали, словно мысленно прикасались к нему. Тянулась к губам, чтобы стереть мечтательную улыбку.

Он бы запустил руку в пушистые мягкие волосы, потрогал ее лицо. Каждую черточку обвел. Просто млел от ванильного запаха с легкой перчинкой. Дышал ею. Юлька.

Только сейчас Сергей понял, что никогда не говорил ей о своих настоящих чувствах. А сейчас, возможно, может опоздать. «И сказать будет не кому» — тут же отогнал горькую мысль.

Не умел Травкин говорить о любви, не владел словоблудием. Не понимал тех, кто строит понты в виде надувных сердечек, букетов, размером с обхват рук. Красивые жесты не означают ровным счетом ничего — пыль в глаза. Романтическая лапша на женские уши. Главное — реальные дела, забота и твердая рука рядом.

Череп пересмотрел бы свои взгляды, лишь бы увидеть ее улыбку. Вновь.

Положив руку на затылок, хрустнул шеей, чувствуя, что добавилось к ознобу покалывание в области груди, словно лопаются пузырьки с кислотой. Шипит. Растекается. Уходит в правую руку судорогой. Сжал кулаки, чтобы вернуть себе трезвость ума.

— Товарищ полковник, нашли оборудованную комнату под видеонаблюдение. Следы крови вели туда. Затем, все обрывается. Собака не взяла. Нашли женскую сумку, — докладывал лейтенант лишь сухие факты. — Работаем с уликами. Персонал опросили… — обернулся туда, где толкались с десяток разношерстных людей от охранников до продавщиц и официанток в малиновой форме.

— Долго еще будете нас мурыжить? — гнусавым голосом возмущалась одна из теток с бейджем на пышной груди. — У меня собака дома не кормлена! — трясла вторым подбородком и жир на руках поверх короткого рукава, плавно качался от каждого жеста.

«У нее собака, а здесь человеческая жизнь. Но, шкурный интерес важнее, пока самой не коснется. Даже собака, не владеющая речью, поняла бы, что твориться писец в их прекрасном заведении. А уж он, сделает все возможное, чтобы центр прикрыли. Копни, тут нарушений на вагон и маленькую тележку наберется» — скривился Сергей и опустил глаза на низкорослого сотрудника с рацией, шуршащей помехами в руке.

— Веди, — ответил коротко.

***

Юля потирала ушибленное место. Она металась, как слепая мышь, понимая, что помещение, в котором кукует уже примерно более двух часов, начало затапливать. Труба, это была труба на уровне ее плеча, в нее-то она и врезалась. Подняв руки, уцепилась и попробовала забраться. У нее получилось не с первого раза. Разок шлепнулась в горячую муть, взвизгнув матерное. Забралась кое-как, покряхтывая и пофыркивая. И вот, можно было на время выдохнуть.

Юлька повисла на цилиндре, как кошка на батарее, свесив конечности. Ноги безнадежно промокли, и не только ноги… Но это не беда. Здесь тепло как в парилке от испарений. Вода, которая прибывала, была, похоже, из системы отопления. Да и труба под ней тепленькая.

«Интересно, коммунальщики узнают об аварии? Случайно, или кто-то из маньяков решил концы в воду опустить?»

— Сережа-а-а, я тебя любила тоже-е-е. Каждым миллиметром кожи… Сережа-а-а, — пела тихонько, но с акустикой, болтая одной ногой.

Вода хороший проводник звука, с учетом, если ты не в ней, а наверху. Юля была наверху. Пока что…

Глава 53

Крутились колесики правосудия медленно, но верно. Записи с камер видеонаблюдения были частично удалены, но видимо в спешке. По крупицам стекалась информация и полиция уже знала имя подозреваемого. Демина искали по прежнему месту жительства. Сомкнулся круг знакомых и родственников. Всплыл второй фигурант дела, которого с ним часто видели.

Смутно знакомое было в этом образе шибзика в очках. Травкин зуб мог отдать за то, что это и есть Коллекционер. Многое сходилось, складывалось один к одному. Новый эпизод с похищением Юлии расставил все точки. Случайность. Стечение обстоятельств и неугомонный характер Продановой. Вуаля! Ищут пожарные, ищет полиция… А эта, самая дурная и самая любимая женщина на свете нашла, мордой ткнула.

В памяти всплывали острые как игла, детали смерти всех жертв: замученные, избитые, задушенные… в красивом белье. Попадись ему под руку сейчас ублюдки, убил бы одним ударом, по полу размазал тонким слоем. У полковника выражение лица стало такое, что подчиненные шарахались, не говоря об обычных зеваках.

— Сергей Борисович, скорая дежурит, как вы приказали. И там это… Из водоканала подъехали. Говорят, у них прорыв системы отопления. Соседний дом остывает. Жалобы… — лейтенант покосился на рабочих в синей форме, недоуменно моргающих в стороне: «А, что такое происходит?»

— Где прорыв? — Сергей подошел к начальнику ремонтной бригады, точно выделив главного из четверых стоящих перед ним.

— Подземная стоянка. Начальник, мы вам мешать не будет. Надо шлюзы перекрыть… — они было сделали шаг в сторону.

— Стоять! — рявкнул Череп, и все вокруг замерли. В наступившей тишине, продолжил, сменив гнев на «милость», добавив не так громко. — Мы с вами идем… — ему хотелось тупой башкой об стену стукнуться. Ну, конечно же! Подземная стоянка. Конечно, подземку включили в зону поиска, но наткнувшись на опечатанный и перекрытый вход, и ушли ни с чем.

— Истина где-то рядом, — решил пошутить лейтенант, за что был одарен таким «говорящим» взглядом, словно обещали двое суток подряд дежурства в патруле. В крещенские морозы.

Искать истину выдвинулась внушительная процессия. Ремонтники только предупредили, что если увидят воду, чтобы на рожон не лезли. Может током шибануть, вода могла достигнуть трансформатора.

Пока работяги возились с замком, Травкин курил. Пришлось срезать цепь и отвинчивать намотанную в десять ярусов проволоку. Водоканальщики матерясь вполголоса, сетовали: «Какой мудень навертел? Хрен разберешься…».

— Готово! — вскрикнул рабочий, сотрясая в руке проводами.

Полковник отшвырнул от себя тлеющий окурок. Ему было посрать на осуждающие взгляды, что в помещении дымить запрещено. Плевать! Травкин не знал, как выбраться из той паутины, в которой он беспомощно барахтался, в поисках выхода. Надежда, найти Юльку живой утекала сквозь пальцы. Не сорваться бы в слепую ярость…

***

Юля думала: надолго ли ее хватит? Вода внизу продолжала журчать, не переставая прибывать. Запах сероводорода, как от тухлых яиц становился все резче. Жутко хотелось пить. Женщина облизывала пересохшие губы и думала о парадоксе: кругом вода, а она подыхает от жажды. Мимо проплыло что-то пищащее, наверное,