Я тебя ненавижу - Dari Gray

урчать, сигнализирует о том, что сейчас бы не помешало перекусить.

Садимся напротив за меленький круглый стол. Отбивная выглядит настолько аппетитно, что я буквально давлюсь слюной.

За окном уже сумерки.

Темнеет рано, эффект усиливается густо растущими соснами вокруг.

— Алииис? — я поднимаю глаза на Ярика.

— Ты какая-то молчаливая, я что-то сделал не так?

— Нет, все хорошо, просто задумалась, — настроение немного меланхоличное. Так не хочется покидать это место. Меня уже не пугают шкуры различных животных, которые здесь в большом количестве. Даже та жуткая голова кабана на стене не вселяет в меня страх.

Скоро совсем стемнеет, так что в любом случае нам нужно будет вернуться.

— Жалеешь? — голос Ярика прорезает густую тишину, скопившуюся в комнате.

— Нет, просто у меня внутри сейчас столько эмоций, мне нужно с ними справиться.

— Иди ко мне, — Ярик немного отодвигает стул, и призывно стучит по своему бедру ладонью.

Пересаживаюсь к нему на колени и обхватываю его шею руками, прохожусь кончиками пальцев по коротко стриженным волосам, которые слегка покалывают подушечки пальцев.

Он, подхватив под попу, усаживает меня на себя, разведя мои ноги в стороны.

Ощущаю явное его желание, которое легко можно понять по оттопыренным брюкам.

— Никогда от меня ничего не скрывай, и не переживай. Если что-то беспокоит, скажи сразу. Ты теперь моя ответственность, слышишь, ты только моя — шепчет на ухо, от его дыхания мои волосы немного шевелятся. В полумраке комнаты вижу как загораются его глаза. Его руки лежат на моей талии, сжимают, но не сильно. Только обозначают, что я принадлежу ему.

Боже…

Это даже у меня в голове странно звучит.

Я теперь его…

Легкий поцелуй в шею и внизу снова просыпается тягучее и сладкое, как мед, желание.

Слегка поерзав на его коленях, наклоняюсь и сама целую его в губы. Поцелуй выходит робким и почти невинным, уже собираюсь отстраниться, но Яр перемещает свою руку мне на шею, усиливая нажим, не давая отстраниться и впивается в мои губы.

Я таю от этих прикосновений, руки и ноги в миг становятся ватными.

Звук входящего звонка прекращает все, что происходит сейчас в этой комнате.

Встав с коленей Ярика, возвращаюсь в спальню, телефон разрывается трелью в кармане пальто.

— Да мам? — два пропущенных…

— Алиса, где тебя носит?! И почему ты не отвечаешь на звонок? — от голоса мамы внутри все холодеет.

Пытаюсь быстро что-то сгенерировать, что бы это звучало правдоподобно. Ни одной мысли…

— Я в кино, — быстро выпаливаю, первое, что приходит в голову.

— А телефон на беззвучке, мы решили пойти на два сеанса подряд, я через час буду дома, — тороторю я, в надежд, что это звучит хоть на тридцать процентов правдоподобно.

— Вы вдвоем с Лерой?

— Да, — Господи…. Как стыдно врать…

— Через час жду дома, не позже, — мне кажется она мне не поверила.

Быстро набираю Леру.

— Лер, если вдруг тебе позвонит моя мама, скажи, что мы с тобой в кино, пожалуйста. Я позже объясню, — хорошо, что подруга сразу ответила на звонок.

— Хорошо, я уже поняла, какое у вас кииноо, — понижает голос так, что он сейчас звучит мистически.

— Спасибо, — из меня вырывается вздох облегчения.

— Надеюсь у тебя все нормально?

— Да, все очень хорошо, — кошусь на кровать и пульс ускоряется.

…

Обратная дорога занимается примерно минут тридцать. Мы все время болтаем о всякой ерунде, не затрагивая того, что произошло в охотничьем домике.

Ярик не выпускает меня из объятий, припарковавшись на другой улице, но время неумолимо бежит вперед, так что у меня остается минут семь чтобы дойти до дома.

…

Я падаю на кровать, счастливая и безумно влюбленная, в полной уверенности, что жизнь прекрасна и ничто ее не может омрачить. Как окажется позже — зря…

Глава 40

Ярослав

Просыпаюсь среди ночи от ноющей боли в левой руке.

Откинув одеяло, встаю с кровати и спускаюсь на кухню. Там в ящике долго ищу обезбол. Губы сильно пересохли, во рту как будто хрустит песок, даже моргать больно, будто из моего организма испарилась вся влага.

Выпив сразу две таблетки плетусь обратно в спальню. Все тело ломит, голова раскалывается. Такое чувство, что мне настучали по ней, предварительно надев железное ведро.

Ложусь в кровать и просто жду, когда подействует обезбол, периодически отключаюсь и снова открыв глаза, чувствую, что руку в локте практически невозможно согнуть. Снова встав с кровати, включаю свет в комнате и вижу следующую картину…

Рука в сгибе увеличилась в размере раза в два точно, красно-малинового цвета, пульсирует так, будто искрят оголенные провода. Жутко горячая. Меня самого тут же бросает в жар, становится трудно дышать.

Что за херня, все было же нормально?

Обезбол здесь уже вряд ли поможет.

Спускаюсь в гостиную, там горит свет. Семь утра. Кому там еще не спится кроме меня?

Мама сидит на диване перед плазмой и бесцельно переключает каналы.

— Ярик? Ты чего так рано встал? — мама оборачивается на шум.

— Да рука болит, — подойдя ближе, показываю причину своего раннего пробуждения.

— О Господи! — мама прикладывает руку ко рту и ошарашено смотрит на меня.

— Что ты молчал, надо срочно звонить в Скорую, — причитает мама, вскакивая с дивана, отправляется на поиски мобильника.

— Да хорош, какая скорая, просто сделаю рентген и все, уверен ничего серьезного, — отмахиваюсь по привычке. Терпеть не могу, когда мам носится со мной, будто мне семь лет, и я поцарапал коленку, перелезая через деревянный соседский забор.

Да было и такое…

Раньше мы жили простой жизнью, как живет большая часть населения нашего города. Обычный дом, обычная машина.

Как говорят — средний класс.

В семь лет тебе ужасно хочется быть взрослым. Думать, как взрослый. И поступать также.

В нашем районе жили такие же ребята как я. Но тогда они считались очень крутой компанией и дружить с ними стремились все, кто хоть немного стал выше кухонного стола.

Им на тот момент было лет по двенадцать, для меня они казались такими крутыми. Как-то раз я предложил им дружбу, на что они только хмыкнули и отправили меня досиживать на горшок. Но в один из дней они сами подошли ко мне и выдвинули условие: «Хочешь быть в нашей компании, тогда тебе придется привезти для нас вооон тот скутер», — один из мальчишек показал на участок соседа, который недавно обзавелся именно таким транспортом. (Тогда скутеры были очень популярны, каждый четвертый, наверное, ездил на нем).

«Но, я же его украду», — маленький, наивный Ярик.

«Да не ссы пацан, мы покатаемся