Собственное дело - Нина Юрьевна Князькова

- Если тебе что-то не понравится, то я могу съездить к тебе домой и забрать больше твоих вещей, - улыбнулась я, глядя, как он вертит в руках упаковку.

Петр сильно напрягся и покачал головой.

- Не надо, - сообщил торопливо. – Пашка мне и так собрал все нужное.

Я спрятала усмешку. Да, Пашка….

- Тогда собирайся и идем плавать. Платоша! – Крикнула я во всю мощь легких. Сын тут же выскочил из детской, роняя все на своем ходу. – Мы идем плавать в бассейн.

- Ур-раа! – Взвизгнул ребенок и унесся в комнату тем же маршрутом, чтобы переодеться.

Я подмигнула Петру и тоже отправилась переодеваться. Где-то был у меня очень… подчеркивающий фигуру купальник. Кажется, самое время его надеть, если я вообще хочу обратить на себя внимание этого мужчины. Другой вопрос, зачем мне все это? Пока не знаю, но потом обязательно разберусь. Для начала мне хватает и того, что с Петром мне весьма комфортно находиться и на работе, и дома. А остальное приложится.

Мы с Платошей уже успели залезть в воду, где сын тут же принялся резвиться (занятия в бассейне детского сада не прошли даром), когда вошел Петр. Он постоял немного у двери в туго затянутом халате, и только потом подошел к воде. Осторожно сел на выступ и отложил костыли в сторону. Осмотрелся, тяжело вздохнул, развязал пояс халата и под моим немигающим взглядом снял его с себя. Я на несколько мгновений залипла. Даже сейчас в его теле чувствовалась мощь, а когда выздоровеет, это будет не мужчина, а чистая энергия и сила. Эх, мне бы такого.

Я с трудом отвела взгляд и сосредоточилась на сыне, который показывал, как он умеет здорово нырять. Нечего мне пока себя обнадеживать. Моя работа по соблазнению собственного начбеза только началась, и ее там непочатый край.

Я обернулась только после того, как позади себя услышала тихий всплеск и чертыхание.

- Что? – Тут же спросила.

Петр стоял в воде по плечи и держался за бортик.

- Поскользнулся немного, - чуть смущенно выдал он и, отвернувшись, поплыл, аккуратно загребая воду руками. Было заметно, что он осторожничает, движения делает не в полную силу и вообще, ведет себя как-то немного скованнее обычного.

- Тебе больно? – Не удержалась от вопроса.

- Нет, - резко ответил он и зыркнул на меня так, что мне вообще любые вопросы задавать расхотелось.

Платоша быстро устал и выбрался из воды. Я позвала Тамару Антоновну, чтобы та его уложила спать, а сама просто легла на воду, расслабляя мышцы. Плавать я не очень-то любила, пару раз даже тонула в реке в детстве. Меня оба раза Колька спасал и никому об этом не говорил, но плавать научил так, чтобы больше никогда не тонула. Вот, не тону. Просто лениво лежу на воде и краем глаза наблюдаю за тем, как Петр раз за разом переплывает бассейн. Отдыхает секунд двадцать у бортика и снова начинает плавать.

Еще минут через десять меня окончательно укачало от этого мельтешения, и я выбралась из воды. Вытерлась полотенцем, отжала волосы и отправилась к пакету, который принесла Тамара Антоновна и оставила у двери. Отлично! Все инструменты и материалы привезли.

Позади послышался плеск и тихое чертыханье. Кажется, Петр тоже наплавался.

- Иди сюда, - поманила я его в сторону душевой (под это дело здесь была отведена комната с двумя системами типа «тропический ливень»). К моменту, когда он дошел до комнаты, я уже нацепила поверх купальника рабочий фартук (все равно потом мыться) и поставила на середину стул. – Садись, - велела.

- Зачем? – Руки и ноги Петра мелко подрагивали после нагрузки, но на костылях он держался хорошо.

- Стричь тебя буду, - я щелкнула ножницами и тихо хмыкнула, увидев на его лице что-то вроде недоверия.

- Может быть, не надо? – Попятился он назад.

- Не доверяешь мне? – Выгнула я бровь.

Тяжело вздохнув, он все же опустился на стул и отдал мне костыли. Я убрала их подальше, чтобы не сбежал, и достала из пакета накидку. Набросила ее на мокрые плечи и вытащила из пакета остальные инструменты, которые сложила на табурет, который подтянула к себе.

- Эмм, может быть, ты оденешься? – Вдруг услышала позади себя.

- Зачем? – Удивилась я. – Все равно потом все мыть придется.

- Ладно, - сквозь сжатые зубы пробормотал он и затих.

Я же подошла к мужчине, обняла его лицо ладонями, повертела голову, чтобы оценить масштаб работы. Вообще-то, все было пока не так уж и запущенно, так что я принялась за работу.

Мурлыкая себе под нос детскую песенку, я, не торопясь и часто проходясь по голове Петра пальцами, орудовала профессиональными ножницами. Часто отходила в сторону и осматривала твое творение, затем снова возвращалась к стрижке. Проблема возникла лишь тогда, когда я решила заняться его бородой.

- Я сам… потом, - попытался он отвернуться от меня.

- У тебя спина устала? – Тут же забеспокоилась я. Петр медленно покачал головой и отвел взгляд. – Так, чтобы нам обоим было удобнее и быстрее, держи руки вот так, - я взяла его руки и умостила их на своей талии. – Можешь немного перенести вес и разгрузить спину, а я тут минуты за три управлюсь, - сообщила я и, не обращая внимания на прерывистое дыхание мужчины, взяла в руки машинку и без насадок принялась равнять излишнюю растительность, низводя ее до брутальной щетины.

Закончив, я немного отклонилась, чтобы рассмотреть свою работу и вновь повертела руками его лицо.

- Бритвой потом сам пройдешься, если захочешь, - сообщила Петру, который почему-то закрыл глаза. Но горячими ладонями за мою талию он держался крепко. – Эй, ты спишь? – Снова не удержалась и пробежалась пальцами по его голове.

- Не сплю, - едва слышно ответил он.

- Вот и хорошо, - я с сожалением сделала шаг назад и руки с моей талии упали вниз. – Сейчас костыли тебе дам. Ой, только накидку снять нужно.

- Не надо! – Тут же открыл он глаза.

Я пожала плечами.

- Замерзнуть боишься? Ладно, - я быстро смахнула состриженные волосы вниз