Декаданс - Людмила Семенова

Однако вечером накануне выписки произошло нечто совсем неожиданное: в больницу приехал Игорь, с которым Полина не встречалась давным-давно. Когда он вошел, девушка невольно встрепенулась, впервые за эти тяжелые дни подумав о своей мертвенной бледности, осунувшемся лице и неприбранных волосах, которые она до этого наблюдала в зеркале почти безучастно.

— Привет, — сказала девушка тихо и мягко, хоть и без энтузиазма. — Как ты узнал, что я здесь?

— Не поверишь, совершенно случайно, — ответил Игорь, присаживаясь на табурет возле ее койки. — Я на днях вернулся из Сибири, где у меня проходили выставки, — ну, про это как-нибудь потом расскажу поподробнее. Хотел занести тебе подарок, который оттуда привез, позвонил, а твоя мама мне все и рассказала. Это ничего?

— Да ничего, конечно, спасибо, что пришел. Как у тебя дела?

— Все в порядке: пишу, собираю материал, езжу, смотрю по сторонам, в общем все как раньше. Не женат и пока не собираюсь.

— Понятно, — произнесла Полина, и на некоторое время между ними повисла неудобная пауза. Наконец Игорь, нервно сглотнув, заговорил:

— Полина, ты не рассердишься, если я задам один вопрос? Просто мне показалось, что мы с тобой не совсем чужие, хоть и не знаю, как это назвать...

— Спрашивай, — вздохнула Полина, уже предвидя, к чему он клонит.

— Чей это был ребенок?

Решив не останавливаться на запредельной бестактности бывшего сокурсника, которая уже давно не была для Полины новостью, она сухо ответила:

— Игорь, там не было никакого ребенка, только плод, который не имел ни единого шанса сформироваться и выжить. Тебе все это ничего не говорит? Ну ладно, я понимаю, мужчинам у нас прощается и не такое невежество...

— Нет, почему же, я знаю, о чем речь, — возразил Игорь. — Но я имел в виду...

— Знаю, ты имел в виду, с кем я спала, — жестко перебила его Полина. — Это ты хотел знать, верно? А вовсе не то, как мне удалось выкарабкаться, что будет дальше и есть ли у меня вообще силы об этом говорить. Так ведь, Игорек? И ты уверен, что имеешь основания спрашивать такие вещи у девушки, про которую сам себе когда-то что-то нафантазировал... Давай я тоже у тебя спрошу, с кем ты спал за эти два года!

Игорь осторожно коснулся ее прохладной руки.

— Поля, я спрашивал совсем о другом. Конечно, ты вольна встречаться с кем угодно, но почему этот человек, который вроде бы тоже потерял ребенка, не сидит сейчас на моем месте? И по-хорошему я хотел бы задать этот вопрос ему лично.

— Зачем, Игорь? — устало спросила девушка. — И на каком основании? Что ты, в самом деле, морду ему бить пойдешь? Я не намерена больше видеться с этим человеком, но его имя тебе все-таки не назову, из элементарного самоуважения.

Игорь, задумчиво постукивая пальцами по колену, вымолвил после паузы:

— Вообще-то, Поля, это же я во всем виноват...

— То есть? — искренне удивилась Полина.

— Ну как же? Если бы я тогда не сглупил, не встал в позу из-за ерунды, у нас с тобой бы все получилось и мы сейчас были вместе. И тебя бы не затянуло в какую-то сомнительную историю! А так ведь и было, да, Поля? И потому ничего и не вышло, это как шальные деньги — надолго не задерживаются...

Полина подивилась тому, как душевная нечуткость в Игоре уживается с острой, почти животной интуицией, с которой он сразу так точно оценил ситуацию. Но от этого разговор не был менее тягостен для нее, и она с досадой спросила:

— Да с чего ты взял? Это физиология, а не нравственность, внематочная беременность может произойти и у счастливых замужних женщин.

— Но это не твой случай: тот, от кого ты забеременела, или не в курсе, или не желает тебя увидеть. А я вот хотел... Все это время хотел видеть тебя.

— Игорь, я тоже жалела о том, что у нас произошло, — вдруг сказала Полина. — Но ничего уже не вернешь обратно. Нам обоим надо пытаться как-то налаживать жизнь, иначе прошлое не отпустит до старости. Еще раз спасибо тебе, что пришел, но мне немного тяжело говорить, да и в сон постоянно клонит.

Она с искренней теплотой улыбнулась и протянула Игорю руку, хотя это далось ей не без усилий. Парень осторожно пожал ее и погладил Полину по волосам.

— Ну прости, Поля, что я такой дурень! Всегда я все порчу, что уж скрывать... Но ты позволишь мне хотя бы иногда тебе звонить?

— Конечно! — заверила его та. — И желаю тебе успехов. Надеюсь, мы встретимся на твоих будущих выставках.

Когда Полина вернулась домой, мать показала ей подарок Игоря из Сибири, который тот все-таки завез в ее отсутствие, — берестяную корзину, в которой были красиво упакованы варенье из морошки, гречишный чай, мед и флакончик духов с запахом кедра.

— И это еще не все, — заметила Арина Юрьевна. — Вот, посмотри!

Она показала дочери буклет к выставке Игоря. На обложке та увидела себя — мечтательницу из Прованса в нарядном платье, со струящимися по плечам золотистыми завитками волос, любующуюся лавандовым полем, которое было залито полуденным южным солнцем. На титульной странице было написано от руки: «Полине на память».

— Все-таки он тебя еще любит, — грустно констатировала Арина Юрьевна.

— Я допускаю, мама, — вздохнула Полина. — Но одной любви недостаточно, чтобы жить душа в душу, как вы с папой, надо еще иметь хоть капельку мудрости. И не только женщине.

— Ну ладно, доченька, — кивнула та. — Ты отдыхай, у тебя еще несколько дней, чтобы прийти в себя, а там вернешься на работу и все понемногу остынет. Вот увидишь!

Глава 15

И где-то пару недель, когда Полина уже окрепла, все действительно было спокойно, но однажды девушка, вернувшись дома, увидела, что мать очень взволнована и огорчена.

— Представляешь, Поленька, сюда звонила Инга, — сказала Арина Юрьевна. — Она говорила, будто бы у нее к тебе важное дело, но она все никак не может поймать тебя по мобильному...

— Это какие-то выдумки, мама, она мне не звонила, и сообщений тоже не писала, — отрезала Полина. — Ей зачем-то понадобилось поговорить именно с тобой. Что она спрашивала?