Любовь не для заучек (СИ) - Ареева Дина

— Нет, нет, что вы, я не буду ничего забирать, — Ангелина торопливо мотает головой. — Демьян, Анна Александровна права, я действительно не могу пропускать лекции.

Мать удовлетворенно кивает, хоть ее улыбка все еще выглядит натянутой. Только мне некогда вникать, я хочу своего Ангела. И я стараюсь поскорее свернуться.

Потом с матерью разберемся, сейчас я слишком возбужден, чтобы кого-то слушать. Мы быстро прощаемся и грузимся в свой микроавтобус.

Въезжаю в салон, Ангелина проходит следом и садится на сиденье напротив. Кладу руки на ее колени, раздвигаю стройные ножки. Еду руками до упора — она в чулках, погода еще теплая. Подцепляю пальцем перемычку белья и большими пальцами раздвигаю гладкие складки.

Пройтись бы языком, но это уже дома, нам ехать всего ничего. Мне просто надо ее почувствовать.

Ангелина негромко вскрикивает и сползает по сиденью, раскрываясь. Она любит так, я знаю. Особенно когда я одним пальцем нахожу клитор, а вторым погружаюсь внутрь.

Водитель отделен пуленепробиваемым стеклом, поэтому мы можем немного пошалить. Ему не слышно, если не переходить рамки.

Мой язык уже хозяйничает во рту у Ангелины, пальцы размазывают соки по шелковой нежной плоти. Ее рука накрывает мой пах, и я бы трахнул ее прямо в салоне, но мы уже приезжаем.

Я еще в лифте расстегиваю ширинку, пока мы целуемся. Ангел сама дрожит от нетерпения, и когда попадаем в квартиру, первой стаскивает с меня рубашку. Забирается ко мне на кресло, руки поднимает, чтобы мне удобнее было платье с нее стянуть.

Доезжаем до дивана и переваливаемся на него, впиваясь друг в друга как будто год не трахались. Я уже в ней, мой член сам дорогу нашел. У меня вообще такое чувство, что наши тела как только оказываются в видимой доступности, сами слипаются. И похуй, есть рядом кто, или нет.

Сейчас нам не до долгих прелюдий, мы сильно завелись в машине. И я мерно двигаюсь, толкаюсь в свою девчонку, заставляя ее выгибаться и стонать.

Осознание, что очень скоро я смогу выебать ее по-настоящему, заводит еще сильнее. Выносит на другой уровень, где мы трахаемся по животному, резко и быстро.

Я помогаю Ангелине рукой. Она такая чувствительная, что мне достаточно нескольких касаний влажными пальцами, чтобы она забилась в оргазме. От вида кончающей Ангелины меня взрывает оглушающим и ослепляющим оргазмом.

Мы еще долго лежим, не разжимая объятий, пока я наконец не прихожу в себя.

— Я тебя люблю, Ангел, — хрипло шепчу и глажу спутанные волосы.

— Я тебя тоже очень люблю, Демьян, — шепчет она в ответ. — Только мне правда не стоит с тобой ехать.

— Почему? — спрашиваю лениво. Моему телу сейчас так кайфово, что не хочется даже разговаривать.

Ангелина перекатывается на живот и заглядывает мне в глаза.

— Потому что твоя мама этого не хочет.

***

Ангелина

Сегодня я осталась дома. У нас только две пары, на первую я опоздала из-за Демьяна, и на вторую уже решила не идти.

Утром проснулась от того, что он ласкал меня языком между ног.

Это он так меня будил. Раздвинул колени, прижал локтями и вылизывал.

Подумать не могла, что мужчина может от этого получать такое удовольствие. Но Демьян как с ума сошел, особенно после того как я в первый раз сделала ему минет.

Он знал, что для меня это впервые, и долгое время не позволял так его ласкать. Хотя ему хотелось, я же видела. И мне хотелось научиться, я хочу стать для него самой любимой и желанной. И я его буквально заставила мне позволить.

Насколько мой первый минет был неумелым и неловким, настолько Демьян был внимательным и нежным. До сих пор не верится, что это тот колючий и насмешливый циник, с которым я столкнулась возле универа. И потом регулярно пересекалась в их роскошном доме.

После того как Демьян меня разбудил, мы занялись любовью. Позавтракали, и Каренин уехал на тренировку, а я решила навести в доме порядок.

Мы периодически вызываем клининг, но это касается только уборки. Нашими с Демьяном вещами я занимаюсь сама. Сейчас хочу перебрать одежду, заправить стирку и перегладить белье. Мне приятно прикасаться к вещам Демьяна и не хочу, чтобы это делала домработница. Я ревную даже ткань, которая прилегает к его телу.

Неожиданно звонит домофон. Подбегаю, на экране Вишневская. Я удивлена, но вида не подаю. Демьян ее сын, она не обязана спрашивать у меня разрешения его навестить.

— Входите, Демьян еще не вернулся.

— А я не к Демьяну, детка, я к тебе. Можно?

Все так же стараюсь не высказывать удивления.

— Конечно. Проходите.

Она разувается и идет на кухню.

— Ты угостишь меня чаем?

— Да, сейчас, — включаю чайник, достаю пакеты для чая. — Вам зеленый, как обычно?

— Да, дорогая. Мне приятно, что ты помнишь, — кивает Анна.

Сыплю в пакет скрученные зеленые листики, пакет кладу в заварник и заливаю кипятком. В груди ворочается непонятное предчувствие, но я его заглушаю. Нельзя в любой ситуации готовиться к худшему, мне пора учиться доверять близким моего любимого мужчины.

Но пока не получается. Ставлю на стол чашки, мед, печенье. Разливаю чай.

— Ты тоже садись, Ангелина, у меня к тебе разговор, — говорит Вишневская, придвигая к себе чашку.

Значит, я оказалась права, она пришла не просто так. Сажусь за стол, складывая перед собой руки, чтобы не выдать волнение.

— Ангелина, детка, — мягко заговаривает Анна, — Демьян хочет, чтобы ты поехала с нами. Но скажи, ты готова пожертвовать ради него всем?

— Чем именно? — уточняю скорее, чтобы потянуть время.

Демьян уговаривает меня забрать документы из университета, обещает, что я смогу продолжить учебу за границей.

— Всем. И в первую очередь, образованием.

Я не смею заявить в лицо матери, что ее сын готов оплачивать мне учебу в европейском вузе. Говорю обтекаемо:

— Почему именно жертвовать? Мы с Демьяном будем вместе учиться, он ведь забрал свои документы из университета и тоже теряет год.

— Послушай, — она придвигается ближе и доверительно наклоняется, — не повторяй моих ошибок. Я доверилась мужу, и посмотри, чем это закончилось.

— Ваш муж оказался подонком и негодяем, как вы можете сравнивать его с Демьяном? — я возмущена абсолютно искренне, но Анна, как ни странно, не обижается.

— Дорогая моя, не сомневайся, как только ты оказываешься полностью зависимой от мужчины, он ведет себя совершенно иначе. Я всего лишь хочу, чтобы ты не позволяла ему распоряжаться своей жизнью. Поверь моему опыту, он лишь станет больше тебя уважать, если ты сумеешь настоять на своем. Ты продолжишь учебу, а к нам приедешь на каникулах. Сколько тут осталось! Зато тебе не придется бросать университет. Давай по честному, не факт, что у тебя получится продолжить учебу в иностранном вузе. Как у тебе с языками? И в целом с успеваемостью? Представь, в какое положение ты себя поставишь, если Демьян все оплатит, а ты не потянешь учебу. Тем более, оплату.

Густо краснею, потому что здесь мне похвастаться нечем. И оплачивать самой учебу я, естественно, не потяну. И мама не потянет.

— Милая, я желаю тебе добра! — продолжает ласково Анна. — Ты столько сделала для Демьяна! Поэтому я советую тебе закончить семестр, а там видно будет. Заодно подтянешь язык, я тебе помогу, оплачу любые курсы.

Она права, я согласна с ее словами. Но почему-то одновременно не покидает чувство, что она внутренне сильно напряжена. И очень ждет моего ответа.

— Хорошо, я подумаю, — отвечаю медленно, и она как будто выдыхает. Доверительно прикасается к руке, и я едва сдерживаюсь, чтобы ее не отдернуть.

— Деточка, надеюсь, ты понимаешь, что о нашем разговоре Демьяну лучше не знать. В любом случае решение за тобой, а я приму любое, лишь бы у вас все было хорошо. Спасибо за чай.

Она стремительно встает и идет к двери, а я замечаю, что к чаю она даже не притронулась.

Глава 23

Ангелина

— Ангелина! — меня окликают. Оборачиваюсь.