В плену страха - Ольга Купцова

нашей победе сделан. О чём я совершенно забываю рассказать Богдану. Только под утро вспоминаю, и мне стыдно.

Проснувшись раньше Богдана. Не думала что так обернётся оставшись у него переночевать, переждать буран. Окажусь в его кровати. Но я ни о чём не жалею. Пусть даже если ни чего больше и не будет между нами.

Но его слова говорят о другом. Он рад что мы встретились, и предлогает быть счастливой с ним. На что я промолчала, когда засыпала.

А может мне это уже приснилось?

Но всё равно, его действия, и слова, говорят о другом. И я рада ловить те моменты, что сейчас происходят. Ведь мы женщины, которые прошли через насилие. Как собачки, которые прожили на цепи. И освободившись от этих цепей, ищем заботу и даже любовь от тех кто нас пожалел, и приласкал. С надеждой что такого больше не произойдёт, принимаем их добро, и заботу о себе.

Когда к завтраку почти всё готово, первой просыпается Танюшка.

— Доброе утро цыплёночек! — первая её приветствую, заходя к ней в комнату.

— Доброе утро! — радостно отзывается она, подтягиваясь.

Я подхожу к кровати, и сажусь на край.

— Я так рада что ты не ушла! — не ожиданно говорит мне.

— А почему я должна уйти?

— Мне сон приснился, что ты ушла. — расстроенно отвечает мне.

— Эй ты чего! Это же сон. — сказала та которая сама боится своих снов.

— Я не хочу что бы ты уходила от нас. Я хочу что бы ты на всегда осталась с нами.

С этими словами она тянется ко мне в объятья. Я прижимаю её к себе, на глазах навирнулись слёзы, к горлу подкатил ком. Я еле себя сдерживаю, что бы не расплакаться. Такого поворота я не ожидала.

Я не могу ей обещать что не уйду ни куда. Ведь это от меня не зависит. То что произошло между мной и Богданом, ещё ни чего не значит.

— Танюшка, девочка моя любимая. Я не могу тебе обещать того чего не смогу сделать. Но я тебе обещаю что пока я ни куда не уйду, и даже буду жить у вас.

Боже мой! Этот ангелочек, с белокурыми кудряшками, и сияющими синими глазами. Смотрит на меня с такой надеждой.

— Правда!?

— Правда! — отвечаю ей совершенно искренне.

За этой картиной нас застаёт Богдан.

— Что это у вас тут происходит?

Танюшка отстранилась от меня, обратившись к отцу.

— Просто я не хочу что бы Ника уходила.

— А куда ты собралась уходить?

Спросил Богдан меня.

— Пока ни куда. Просто Тане приснилось что я ушла.

— Ох уж эти сны, не дают моим девчонкам покоя! — Богдан шумно выдохнул, одновременно почёсывая затылок.

Я решила уйти от темы снов. Вспомнив что так и не рассказала Богдану про достижения его дочери. И сейчас удобный момент ему об этом сказать, а лучше показать.

— Таня! — воскликнула я. — А я ведь вчера не рассказала твоему папе нашу новость.

— Какую? — Богдан смотрел на нас удивлённо.

— Покажем? — спросила я у Тани.

— Да! — радостно согласилась она.

Я помогла Тане сесть и спустить ноги с кровати. Она потихонечку спустилась держась за кровать, я её поддерживала. Когда Таня встала на ноги, я её отпустила. Она немного постояла. И тут неожиданно стало и для меня. Она оттолкнувшись от кровати, сделала два шага в сторону Богдана, чуть пошатнулась я её подхватила что бы не упала. Взяв её на руки, прижала к себе обнимая.

— Танюшка! Ты большая умничка! — потом посадила её на кровать. Расцеловала в обе щёчки.

— Девочка моя, ты молодец. Только пожалуйста больше так не делай. Если ты научилась стоять, это не значить что ты должна сразу идти. Я понимаю твоё желание ходить.

— Почему? — растерянно спросила она у меня.

— Потому что ты могла себе навредить. Ходить надо начинать держась за опору, что бы не упасть. А если бы ты упала!?

— Но ты же была рядом! — возмутилась она.

— Я рада что ты мне доверяешь. Но а если бы я не успела тебя подхватить?.. Мне страшно представить… — я замолчала, не стала продолжать.

— Ладно. Всё равно ты молодец. Давай одеваться, и пошли завтракать.

Я посмотрела на Богдана. В его выражение лица, взгляде глаз, я не могла понять его чувств. Он просто молчал, и смотрел.

Какое-то время он не отводил взгляд от нас. Как будто завис. Потом в нем как будто что то щёлкнуло, и он направился к нам. Встав на колени перед кроватью, сгрёб меня с Таней в объятья. Какое-то время мы просто молча так стояли.

— Вы обе молодцы. — наконец то заговорил он. Поцеловал Таню в щёку, потом меня.

— У меня нет слов… Я даже не знаю что сказать… Сказать что я рад… Нет… Я даже не знаю как описать то что я чувствую… Блин… В первые я не могу подобрать слова радости… Девчонки вы молодцы.

И он опять нас прижал к себе.

— Папа! Ты нас раздавишь!

— Доченька моя! Знаешь как я был рад когда ты маленькая делала свои первые шаги. Тянула ко мне ручки. А сейчас я счастлив. Счастлив что ты будешь ходить. Что не будешь прикована к инвалидному креслу.

Я смотрела на Богдана, в его глазах стояли слёзы. Он одновременно плакал и смеялся, шмыгая носом. Это было удивительное для меня явление. Прежде ни когда не видела что бы мужчина плакал от радости, да и вообще что бы плакал.

Я встала с кровати, попросила Богдана помочь Тане одеться и умыться. Сама пошла на кухню накрывать на стол.

Ругая себя за то что нельзя так привязываться ни к нему, ни к Танюшки. Ведь рано или поздно нам придет расстаться, и это расставание будет очень болезненным для меня. Понимая что вот так я не смогу всю жизнь прятаться и бояться. Я должна найти выход из этой ситуации, и что то предпринять.

Только вот что?

Хорошо. Об этом я подумаю позже. И найду решение. Ведь у меня получилось убежать, и скрываться от Юры. Значить найду выход как не прятаться. Но пока я буду делать всё возможное, что бы научить Таню заново ходить. И для этого я приложу все свои знания, и умения.

За завтраком я напомнила Богдану, о том что через неделю новый год, а он ещё не приготовил гирлянды как обещал.

— Как только расчищу дороги, и перевезём твои вещи. Сразу же съезжу в супермаркет за гирляндами.

— И ёлкой. — добавила Таня.

— Конечно как и договаривались. А письмо