Измена. В ловушке лжи (СИ) - Владыкина Мария

Классный руководитель сына огляделась по сторонам и потянула меня куда-то из зала.

- Куда вы меня ведёте?

- В кабинет. Поговорим наедине.

Я не успел возразить, как мы уже оказались в каком-то небольшом помещении. Возможно, кабинете психолога, или что-то типа того.

- Что ещё вы хотели обсудить? Просто перестаньте мне написывать. Я отец вашего ученика. Это уже переходит всякие нормы и границы.

- Боитесь, что жена увидит сообщения? Я же знаю, вам нравится, что я пишу. Иначе вы бы уже давно сделали то, чем пока только грозитесь.

- Всё, я вас блокирую сейчас в последний раз. Ещё раз напишете – сообщу директору, – я достал телефон из кармана, и учительница тут же выхватила его из моих рук.

- Эй, отдайте! Вы чего делаете?

В кабинете было мало пространства, и при желании я, конечно же, легко мог отобрать телефон силой. Но передо мной всё же была женщина.

- Даже пароля нет? – подняла удивленно бровь Екатерина.

- Он мне не за чем. Отдайте, – я протянул руку раскрытой ладонью вверх.

- Готово, – посмотрела на меня, улыбнувшись, Екатерина.

- Что, готово? Я, надеюсь, вы не настолько осмелели вдруг, что решили написать что-то моей жене?

- Нет. Всего лишь поставила пароль. Теперь можешь не бояться, что жена увидит твои сообщения, – неожиданно перешла она на «ты».

- Телефон, – продолжал повторять я.

- Забери сам.

Екатерина положила телефон в руку, которой опиралась о стол, стоящий здесь.

Я сделал шаг в её направлении, потянулся к телефону, и она меня в этот момент поцеловала.

Как можно быстрее я отстранился от неё.

- Ты что, вообще с ума сошла?

Екатерина же, продолжая улыбаться, посмотрелакуда-то вверх, и я невольно проследил за её взглядом. В углу кабинета весела камера.

Ну, отлично! Наверняка, так как я сам потянулся за телефоном, выглядело всё со стороны так, будто это я её поцеловал.

- Вас снимает скрытая камера! – засмеялась учительница.

Я схватил сильно её за руку и выдернул свой телефон, всё ещё зажатый в ней.

- Только попробуй мне ещё раз написать, – прорычал я.

Развернулся и уже собирался выйти, как услышал небрежно кинутое в спину:

- Пароль – сегодняшняя дата! Начало наших отношений, – и снова заливистый смех.»

49 глава

Егор

Какого числа было это школьное мероприятие? Ещё бы вспомнить… Я зашел в свой телефон, прикинул несколько дат, когда были выходные, и это могло произойти, и со второй попытки ввел четыре цифры и разблокировал телефон учительницы.

До склада оставалось минут двадцать пути, и мне бы было хорошо подумать о делах фирмы, в которых явно что-то намудрил Кирилл, как минимум позвонить коллегам, которые со вчерашнего вечера просто «стояли на ушах». Однако всё, что я мог – это пялиться в этот телефон и искать хоть что-то, что могло бы ещё освежить мою память или натолкнуть на мысли о том, что мне делать со всей этой сложившейся ситуацией.

Из моей головы не выходил образ Леры, лежащей без сознания. Я знал, что она уже пришла в себя, и собирался заехать к ней после разговора с учительницей, но страх, что в её памяти я останусь вот таким – изменщиком, который предал свою семью и разбазарил часть фирмы, всё ещё откликался во мне какими-то фантомными болями.

На данный момент получалось, что все по итогу проиграли. Кирилл уже в полиции, Катя, скорее всего, окажется там в ближайшее время, как только я найду, что конкретно можно ей предъявить. Потому что как ещё её наказать, я до конца не придумал, да и оставлять её среди обычного мирного населения мне казалось опасным.

Лера собирается переселить меня в дом и разводиться, Слава переживает из-за нашего разрыва, особенно обижается на меня.

И кто, чёрт возьми, здесь в выигрыше? Зачем вообще это всё затевалось?

В телефоне учительницы на первый взгляд вообще не было ничего интересного. Почти никаких приложений, записей. Галерея с фотографиями тоже практически пустая. Исключением служил как раз тот ролик со мной в главной роли. Можно было бы удалить его, ну а толку? Всё равно наверняка где-то хранилась копия. Хотя, иногда в жизни бывает такое, что и в таких мелочах люди могут проколоться.

Я ещё раз, скрипя зубами, его пересмотрел, и на всякий случай удалил, в том числе и из корзины. Видеть это было мерзко. Мне даже не хотелось представлять реакцию Леры, если бы она это увидела.

В этот раз я смотрел не только на себя, пытаясь идентифицировать, я ли это на самом деле, но бросал взгляд и на Екатерину, и на обстановку вокруг.

Место было мне однозначно незнакомо, ну, то есть сейчас я его не помнил. А вот что я заметил сейчас, в отличие от первого просмотра, так это то, что Екатерина время от времени словно смотрела в сторону камеры, которая нас снимала. Значит, она точно была уверена, что ведётся запись, и хотела, чтобы там было видно, чем именно мы занимались.

Единственной моей надеждой и оправданием могло быть то, что я был в той ситуации в невменяемом состоянии. Иначе…Мне больше нечего было сказать в свою защиту. Иначе это бы означало, что я именно такой козёл, которым меня считает моя собственная жена.

Большинство имен в записной книжке телефона мне также ни о чём не говорили. И это было не удивительно, у нас в жизни было мало точек соприкосновения с Екатериной Николаевной. По крайней мере, в той части жизни, которую я помнил. Мы познакомились в начале учебного года и были связаны только школой.

В последнюю очередь я открыл мессенджер, через который мне она присылала сообщения, и решил его пролистать. И вот здесь было уже более интересно.

Наша с ней переписка, и переписки с ещё какими-то двумя мужчинами были вынесены в отдельную папку. Я первым делом пролистал быстро наш с ней диалог, но там было то же самое, что я обнаружил и на своём телефоне. А вот в двух других диалогах было что почитать.

Судя по тому, что я там увидел, я был не единственной «жертвой» Екатерины. Ещё как минимум двое мужчин получали от неё фотографии и сообщения эротического содержания. Причем, если с одним из них речь шла уже о деньгах за молчание, которые они завуалированно обсуждали в чате, то со вторым хитроумный план был в самом разгаре.

Только позавчера мужчина получил полуголую фотографию Екатерины, лежащей на кровати, и отреагировал на это весьма странно: «Кажется, вы случайно отправили фото не в тот чат. Если что, фотография прекрасна, но придется её удалить, ведь я женат, а жена может не так всё понять.»

Я прикрыл глаза, откинувшись на спинку автомобильного сидения. Я не думал, что со стороны это выглядит так жалко. Примерно то же самое я отвечал ей, когда она присылала свои фотографии и сообщения мне.

Я не знал ни одного из них. С аватарок на меня смотрели абсолютно незнакомые люди. И где она только их находила? Неужели всё это отцы детей, которые учатся в Славиной школе?

Сколько нас было? Таких мужчин, жизнь которых она разрушила?

Я переписал себе номера обоих контактов. Пока не решил, зачем именно, но никогда не знаешь, что тебе пригодится. Вдруг будет суд, и мне понадобится помощь кого-то из них как свидетеля?

Хотя, судя по тому, что оба они были женаты, они могли и не согласиться ничего никому рассказывать.

Я уже хотел заблокировать телефон обратно, тем более, что мы подъезжали к складу, но успел увидеть, как пришло сообщение от некой «Лары».

Текст меня чем-то зацепил, и я включил телефон снова.

«Поболтали. Спрашивала про день аварии. Кажется, особо ни о чём не в курсе. Ты куда пропала?»

Я мог бы подумать, что это сообщение не касалось меня, и автором была просто какая-то подруга учительницы. Но «авария»…? Вряд ли это могло быть совпадением.

С кем эта девушка болтала, и кто мог спросить её про день аварии? На ум приходила только Лера, но она сейчас была в больнице, вряд ли она могла с кем-то прямо вести беседы.