Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ) - Анна Варшевская

я решаю приготовить ему что-нибудь, раз отпустила домработницу. Успею всё сделать и уйти, оставлю на столе записку — а то приедет уставший, пусть хоть перекусит немного. После прогулки с Грэем, подумав, покупаю хороший кусок свинины, мариную мясо в вине, специях, мёде и имбире. Ещё взяла замороженную бруснику, сделаю соус.

Всё готовится, мясу стоять в духовке ещё час, и на меня нападает жуткая зевота. Смотрю на время — только-только семь вечера, а Илья Сергеевич писал, что у него самолёт в восемь. Ну и ладно, ничего не случится, если я подремлю на диване. Выставляю будильник, чтобы не упустить мясо, и моментально засыпаю.

Илья

— Да! Хорошо, я понял! Буду! — кладу трубку и шиплю ругательства себе под нос.

Михаил, мать его, Александрович хочет непременно встретиться сегодня вечером, а то, видите ли, в выходные он улетает с семьёй в отпуск и будет недоступен. Приходится срочно менять билеты — благо нашёлся более ранний рейс — и сразу из аэропорта ехать в офис.

В приёмной я никого не обнаруживаю, но это и неудивительно — сам разрешил Мари уйти в пятницу пораньше, ей ведь ещё с Грэем гулять. Вот только не готов был к ощущению пустоты, которое на меня навалилось, когда вошёл в тёмное помещение. Раньше никогда такого не было — есть секретарь, нет секретаря — какая, в сущности, разница. Впрочем, до Мари в моей жизни много каких ощущений не было.

В задумчивости задерживаюсь возле её стола и вздрагиваю, когда за спиной раздаётся голос Михаила Александровича:

— Илья Сергеевич, добрый вечер, хорошо, что вы уже на месте.

Оборачиваюсь к партнёру и изображаю на лице улыбку. Всё равно он меня напрягает. То ли из-за того, что к Мари подкатывал с какими-то странными предложениями, то ли ещё почему-то… А может, я завидую ему — просто потому, что он был знаком с моим эльфом до меня.

— Пройдёмте в кабинет, — первый прохожу к себе, включаю свет.

— Я вас надолго не задержу.

Киваю в ответ, и мы быстро обсуждаем все срочные дела, которые нужно решить до его отпуска. Слава богу, много времени на это и правда не понадобилось.

Пока я собираю бумаги, Михаил Александрович поднимается и смотрит в приоткрытую дверь на пустой стол моего секретаря.

— Как вам Мари? — вдруг поворачивается ко мне с вопросом.

— Отлично, — помедлив, отвечаю осторожно. — Она хорошо справляется.

— Не сомневаюсь, — Михаил Александрович смотрит на меня внимательно, — она девушка способная, всё схватывает на лету.

Внезапно в голове ярко вспыхивает картинка — коленки на сиденье машины и кружево чулка. Видимо, партнёр что-то успевает заметить на моём лице, потому что холодно прищуривается.

— Ей непросто пришлось последние годы. Девочка очень одинока, единственный родной и самый дорогой в её жизни человек — это сестра.

В мозгу шевелится какое-то трудноуловимое воспоминание, почти дежавю. Я от кого-то слышал совсем недавно похожую фразу, но голос собеседника не даёт сосредоточиться. А Михаил Александрович продолжает:

— В таком состоянии девушки легко поддаются уговорам, им хочется найти крепкое плечо, защиту или хотя бы поддержку. Но не стоит думать, что у Мари нет друзей, которые не заступятся за неё в случае чего, — он посылает мне многозначительный взгляд.

— Я думал, Мари живёт с… подругой? — отвечаю ему таким же многозначительным взглядом, но собеседник непонимающе поднимает брови.

— Они живут вдвоём с сестрой, — хмурится, — впрочем, это не имеет отношения к делу.

— Я с большим уважением отношусь к Мари и не собираюсь причинять ей неприятности, — решительно сворачиваю категорически не нравящийся мне разговор и прохожу к выходу.

— Отлично. Думаю, мы поняли друг друга, — Михаил Александрович протягивает мне руку, и я, мгновение поколебавшись, сжимаю её покрепче. Грозить он мне вздумал. Сам про неё ничего толком не знает, а туда же! Мы с Мари без посторонних разберёмся!

Уставший, приезжаю домой. Поднимаясь в квартиру, впервые не радуюсь, что меня сейчас встретит только Грэй. Я бы не отказался, чтобы ко мне в коридор выбежала моя эльфиечка. Вздохнув, открываю дверь и сразу понимаю — что-то не так. Нет, Грэй-то выскакивает в прихожую и виляет всей задней частью вместе с хвостом, но… Принюхиваюсь к приятным запахам, быстро снимаю обувь и, не скинув даже куртки, прохожу в квартиру.

На кухне никого не обнаруживаю, хотя духовка работает — аромат оттуда такой, что рот тут же наполняется слюной. Следом захожу в гостиную, где горит приглушённый свет, и замираю, видя свернувшуюся на диване клубочком фигурку.

Мари крепко спит, подложив ладонь себе под щёку. Тихо подхожу ближе, тянусь убрать прядь волос, упавшую на глаза, но останавливаюсь, боясь её разбудить. В груди разливается тепло — как же я соскучился!

На полу вдруг что-то вибрирует, и я вижу телефон — наверное, уронила, когда заснула. Поднимаю и на экране высвечивается: «Дорогая». Это что, та самая?.. Не успев подумать, что делаю, смахиваю звонок с экрана, но, видимо, неудачно — и из динамика раздаётся голос:

— Хэй, систер, я помню про твоего ненаглядного шефа с собакой, но мне нужно тебя спросить! Можешь отвлечься?

Глава 25

Илья

— Алло? Алло, Мари? Ну, блин, ещё и звука нет, — звонок прерывается, и я в ступоре смотрю на погасший экран.

В голове крутятся, складываясь в единую картинку, кусочки головоломки. Так, значит, Михаил Александрович не ошибся, когда сказал, что они живут вдвоём с сестрой… И сама Мари — фраза, показавшаяся мне сегодня такой знакомой, про самого ценного в её жизни человека — она говорила это о сестре! И сестру называла «дорогая», а я-то думал, что…

На секунду начинаю сердиться, что меня всё это время водили за нос, но потом разом всплывают другие воспоминания — слова, обмолвки, молчание в нужных местах. Она же не обманывала… просто умалчивала, позволяла думать не о том, не опровергала моих предположений — но ведь я их и не высказывал!

Кстати, ну, допустим, партнёра у неё действительно нет. Точнее, партнёрши. А как насчёт её ориентации? Если больше она ни в чём