Белла Джуэл - Разбитое сердце

— Так. Ты едешь, и разговор окончен.

Она бросилась на пол и начала верещать. Покачав головой, я побежала к маме, проверить как она. Ее глаза были закрыты, она была холодной и влажной на ощупь. Черт! Нужно срочно звонить в скорую. Я набрала 911 и сообщила оператору о том, что случилось. Они успокоили меня, что скорая уже выезжает и будет на месте менее чем через 5 минут. Я снова попыталась подойти к Имми, но она начала кричать и убегать от меня.

В полной прострации я сосредоточилась на маме, решив заняться Имми, когда приедет скорая, и я буду твердо знать, что мама в безопасности. Я побежала в комнату матери и увидела, что она не двигается. В приступе страха, я бросилась к ней и упала на колени.

— Мама?

Тишина.

— Что с бабулей? — закричала Имми, заметив панику в моих глазах.

— Ничего, милая. Т-с-с-с, она спит.

Имми заплакала и я понимала, что не могу позволить ей смотреть на все это. У меня остался только один человек, к которому я могу обратиться, который жизнь отдаст за то, чтобы с Имми все было в порядке. Я должна позвонить Максу. Имми не знает его, но по крайней мере, я уверена, что с ним она будет в безопасности.

— Детка, послушай меня, — сказала я, разворачивая дочь к себе. — У мамы есть друг, с которым ты можешь побыть немножко, пока я отвезу бабулю в больницу. Ты согласна?

Ее глаза заблестели от слез.

— А у него есть мультик «Гадкий я»?

Я улыбнулась. Ей нравился этот мультик про дурацких желтых человечков.

— Ну, если даже и нет, то мы одолжим ему наш. Что скажешь?

— А он очень строгий?

Я покачала головой.

— Нет, он очень хороший.

— Ладно, тогда я согласна пойти к нему.

Имми уже привыкла к тому, что за ней кто-то присматривает, потому что мне приходилось много работать, чтобы выжить, и я не могла все время находиться с ней дома. Она общительная, и любит находиться в компании. Она не боялась мужчин, поэтому я надеялась, что она не испугается и своего отца. Мысль о том, что она впервые с ним встретится, пугала меня, но у меня не было выбора. Я очень надеялась, что Макс согласится.

Вскоре приехала скорая и я не успела набрать номер. Я спешно объяснила им, что случилось, пытаясь бороться со слезами, когда они осматривали маму. Она очень тяжело дышала. Я заглушила в себе всхлипы и увела дочь, у которой вновь начиналась истерика. Я усадила ее на кровать подальше от происходящего.

— Сейчас я позвоню своему очень хорошему другу, хорошо?

Она кивнула, вытирая слезы.

Я нашла номер Макса и начала звонить. Я не ждала, что он ответит, но когда он взял трубку я с облегчением вздохнула.

— Анабелла.

Я пыталась подобрать слова и четко выразить мысль, но вместо этого у меня получилось какое-то приглушенное бормотание.

— Макс, мне нужна твоя помощь

— Что случилось? — спросил он, в его голосе послышалась нотка беспокойствия.

— Мама. Она очень больна. Приехала скорая, чтобы забрать ее, но….

— Черт. Она в порядке?

— Нет, Макс, — прошептала я. — Моя сестра не в городе сейчас, и Пиппа уехала с Тайком….Имми… она очень расстроена.

Он молчал.

— Я бы не позвонила тебе, если бы не была в таком отчаянии, Макс. Ты знаешь, я бы не стала этого делать. Я не хотела, чтобы все было именно так. Я обещала, что ты сделаешь свой выбор сам, но она в истерике. Она не может на все это смотреть. У меня больше не осталось никого, кому бы я могла доверять.

— Неужели ты доверяешь мне? — хрипло спросил он.

— Возможно, у нас с тобой есть некоторые проблемы, но я знаю, что ты никому не позволишь ее обидеть, даже, если ты не знаешь ее.

— В этом-то вся и проблема, Анабелла. — Его слова прозвучали словно пощечина. — Она не знает меня.

— Я объяснила ей, что ты присмотришь за ней, и она согласилась.

— Черт, я даже не умею…

— Макс, пожалуйста, — всхлипнула я. — Ты единственный, к кому я могу обратиться.

— Мисс?

Я повернулась и увидела в дверях доктора.

— Сейчас состояние вашей матери стабильно, но нам срочно нужно отвезти ее в клинику. Вы будете ее сопровождать?

— Я…у меня маленькая дочь, — вздохнула я. — Я поеду следом за вами.

Он кивнул и объяснил мне, в какую больницу нужно ехать.

— Боже, — сказал Макс. — Черт, ладно, я выезжаю.

— Спасибо тебе.

Я положила трубку и взглянула на Имми, которая смотрела на то место, где только что стоял врач.

— Мамочка, бабуля умрет?

— О, милая…

Я подошла и взяла ее в охапку. Она пока еще не совсем понимала, что такое смерть. Но она чувствовала, что происходит что-то плохое. Я взъерошила ее мягкие локоны, пытаясь успокоить ее. Присев на кровать, я взяла ее на руки и начала убаюкивать, утешая ласковыми словами. Я даже не услышала, как пришел Макс. Он стоял в дверях и смотрел на нас. Вдруг Имми сказала:

— Мамочка, тут дядя пришел. Этот тот самый хороший друг?

Я подняла голову и увидела Макса, который внимательно рассматривал дочь. В его глазах читались боль и растерянность.

— Да, — прошептала я, поднявшись с кровати и опустив дочь на пол. Я вела ее вперед, пока мы не остановились прямо напротив Макса.

— Имоджен, знакомься, это Макс, мой друг.

Имми подняла на него глаза, и в моей душе все перевернулось при виде того, как он смотрит на нее, и как с каждой проходящей секундой его взгляд становится все мягче. Наконец, он сел на колени и внимательно посмотрел на нее. Когда он говорил, то его голос становился более глухим от нахлынувших эмоций.

— Привет, малая. Как делишки?

Она смущенно улыбнулась.

— У меня все хорошо. А бабуля заболела.

Он кивнул.

— Да, это грустно.

Она кивнула.

— Мама сказала, что если я побуду с тобой, пока она помогает бабуле, то ты разрешишь мне посмотреть «Гадкий я».

— Хм, думаю, мы что-нибудь придумаем.

Макс взглянул на меня, его глаза заблестели от прилива чувств. Я расплакалась и отвернулась, зажав нос в попытке задавить в себе тяжелые всхлипы. Я старалась взять себя в руки и достойно пережить эту ситуацию, но это был наихудший момент для знакомства. Я хотела, чтобы все было иначе, и при других обстоятельствах. Но у меня просто не было выбора.

— Я позабочусь о ней, — решительно заявил Макс.

Я повернулась к нему, он стоял так близко, что я просто уткнулась в его грудь. Сделав шаг назад, я сказала:

— Я верю тебе.

Он наклонился ко мне, и, когда его губы оказались на уровне моего уха, сказал:

— Она просто прелестна. Это все ты виновата.

Я снова заплакала и отвернулась, лишенная всякой способности переносить все это. Я села на корточки перед Имми.

— Веди себя хорошо, договорились? Я привезу твои любимые кексы, но только, если ты будешь самой послушной девочкой на свете.