Облом - Р. С. Болдт

надо сказать, слабовато — и высокомерно вздернул нос.

— Шейн Дуглас.

Следовало отметить вот что. Как парень, не важно, притворялся я геем или нет, ни за какие коврижки я бы не осветлил свои чертовы пряди волос, как эта деревенщина. Ах да, лучшая часть всего этого — он один из тех парней, о которых ранее говорила Мэггс. Он носил вязаный жилет. Долбанную вязаную жилетку.

Слава Богу, что она увернулась от этой беды.

— Рад знакомству, Шон.

— Я Шей…

— Мы с Мэггс направлялись домой, — хитро подмигнул идиоту и добавил, — моя девочка становится игривой после бокала вина.

Мэгги издала удивленный звук, и я прижал губы к ее виску, поцеловав его, и прошептал:

— Улыбайся. Делай влюбленный вид, а не измученный.

— Вы двое живете вместе? — глаза Шейна сузились, почти обвиняя нас. Как будто у него было право на это.

— Мы с Мэггс живем вместе уже… сколько? — я вопросительно посмотрел на нее. — Уже год почти?

Наконец очнувшись, она обратила свой взгляд на меня.

— Около года райского наслаждения, — с восторгом сказала девушка.

Она протянула руку и обхватила мою голову, притягивая ближе к себе, чтобы потереться носом о мой нос и оставить легкий поцелуй на губах.

— Фу, мерзость. — Мы оба повернулись на голос женщины, стоящей рядом с Шейном, с презрением произнесшей эти слова.

Разве кому-то из нас было дело до мнения того, кто спал с мужчиной, состоящим на тот момент в отношениях с другой женщиной? Дайте-ка быстро подумать.

Не-а.

Я равнодушно махнул рукой и фальшиво улыбнулся:

— Что же, блондиночка, не все могут быть бессовестными разлучницами, не так ли? — подмигнув Шейну, я хлопнул его по плечу.

Сильнее, чем нужно.

— Спасибо, чувак. Благодаря тебе, мне удалось заполучить самую сексуальную, самую восхитительную женщину в Саратога-Спрингс.

Я обнимал Мэгги, когда мы выходили из «Кьянти» и пока не завернули за угол, возвращаясь домой, но затем она отпрянула от меня и внезапно остановилась посреди тротуара.

— Ты видел его лицо? А ее? — Мэгги озарилась так, словно сейчас четвертое июля, и мы смотрели салют. В такие моменты как этот, я ощущал, как у меня перехватывало дыхание от ее красоты.

— Это было бесценно.

— Абсолютно! — Она вскинула руки, смотря на небо. — Наконец я чувствую себя полностью свободной. — Опустив руки, она зашагала ко мне, подходя ближе, черты лица смягчились. — Я чувствую, что у него больше нет ни малейшей… раздражающей власти надо мной. — Она приблизилась еще на шаг, ее голос стал более слабым, почти что шепотом. — Спасибо тебе.

Я убрал руки в карманы, потому что это было единственным способом удержать себя, чтобы не притянуть ее и не зацеловать так, словно я сумасшедший, и пожал плечами.

— Пожалуйста.

Какое-то время наши взгляды были прикованы друг к другу. Может секунду, а может и несколько минут. Тем не менее, не было смысла отрицать того, о чем я думал.

Я воображал, как прижму ее спиной к кирпичной стене здания, находящейся за ней. Как поцелую ее настолько страстно, что опухнут даже губы. Этот поцелуй она еще несколько дней будет ощущать на губах. И в конечном итоге, он приведет к тому, о чем я давно мечтал.

Ну, нет, не к этому. Ну, точнее, это тоже, но не совсем то, что я имел в виду. То, о чем я действительно давно мечтал. Она поймет, что я люблю ее, и что она меня тоже любит. Не как друзья, а как мужчина женщину.

А затем мы перешли бы к другому делу, о котором я тоже давно мечтал. К делу, которое я жаждал всё чертово время. Вещь, которая сняла бы нагрузку с моего запястья. Я готов был поклясться, что дрочил за последний год гораздо больше, чем в пубертатном периоде.

— Рай, — выдохнула она, в ее голосе звучали вопросительные нотки, ее взгляд опустился к моим губам, а свои она закусила.

— Мэггс… — сказал я, резко выдохнув. — Ты должна перестать так на меня смотреть или… — Я попытался отвести взгляд от ее губ.

И полностью провалился.

— Или что? — она прошептала настолько тихо, что я едва услышал. Мои пальцы напряглись в карманах брюк, но взгляд ее глаз пробудил меня к действию. В ее глазах было чистое желание.

Страсть.

Жажда.

Руки вылетели из карманов брюк и расположились на ее бедрах, прижав ее к твердому, крепкому кирпичному зданию.

— Мэггс, этого ли ты хочешь? — Я прижался к ней сильнее, и она ахнула в тот же миг, как только почувствовала мое возбуждение.

— Я… не должна… — Я мог видеть борьбу в ее глазах, в ее голосе.

— Ты хочешь отпраздновать сегодняшний вечер, когда ты действительно освободилась от придурка, поцелуем?

Черт возьми, о чем я? Мне нужно было остановить это безумие. Мне просто нужно было сказать ей…

Все мои мысли ускользнули, когда вдруг она встала на носочки и прижалась губами ко мне, тем самым перехватив мое дыхание. Способность мыслить исчезла. Я мог только чувствовать.

Я чувствовал ее тело, что так внезапно прижалось ко мне.

Я чувствовал полноту и мягкость ее губ, которые доставляли сладкое, страстное удовольствие.

Я чувствовал ее руки, которые проводили по моим волосам, посылая дрожь по всему телу.

Но в тот момент, когда ее язык ворвался в мой рот, изменилось всё.

Игра. Началась.

Легкий вечерний ветерок подхватил мою сдержанность и унес с собой, а мои руки оторвались от грубой кирпичной стены позади нее. Я обнял ее лицо и ответил на поцелуй, мой язык проникал всё глубже, играя с ее языком, пробуя на вкус.

БИ-И-ИП!

Мы непроизвольно дернулись из-за громкого и неожиданного гудка машины. Наше дыхание было прерывистым, мы стояли и смотрели друг на друга, взгляды метались между губами и глазами, после чего вновь возвращались к губам. Как будто мы оба хотели целоваться, но боялись. Похоже, та машина вырвала нас из чар.

Развернувшись, мы молча пошли в сторону дома; мы оба забылись в собственных — вероятно противоречивых — мыслях. Где-то в глубине души я задумался, а не был ли тот сигнал знаком. Типа, время пришло, Рай. Признайся прямо сейчас.

Только вот я не знал, как это сделать. Все сценарии, что я прокручивал в голове, были схожи.

Всё оканчивалось ее ненавистью ко мне.

Глава 29

Мэгги