Госпожа Громова - Юлия Кажанова

вопросы, и поверь, они могут быть бестактными. Богатым можно все. И вот тут нет места смущению и розовым щечкам, лишь холодный взгляд и легкая улыбка.

— Борис, зачем ты посвящаешь меня в свои дела, если я должна буду потом уйти? Зачем мне знать так много?— это вопрос не давал мне покоя уже давно. Свидетели долго не живут, так пишут в любых книжках. А так же там было, что жена сидит дома и молчит, в дела не лезет. Так зачем я учила целые списки с родословной?

Громов снимает рубашку и откидывает её. Подходит ко мне и склоняется к самому лицу.

— А что ты знаешь? Я дал тебе лишь основу. Как по мне, лучше быть проинформированным, чем слепым котенком. Ты должна знать, с кем можно говорить, а с кем нет, если меня не будет рядом. За кем можно пойти, а от кого держаться как можно дальше. Я не хочу, чтобы моя женщина казалась глупышкой. Красивая женщина рядом — это всегда хорошо, но если она ещё и умная, так вдвойне приятно!

Сижу и перевариваю его слова. С какой-то стороны он прав. Знания — сила. Но не аукнется ли мне это потом? Поглядывая на молчаливого Бориса, я не знала ответа. Я вообще его не знаю. Да, он дал досье на себя, но этого мало. Для меня мало.

— Почему ты хмуришься?— спрашивает, проводя ладонью по щеке. И этот жест был так необычен для него. Важная шишка, которую все бояться, и такая нежность.

— Мы можешь чаще вот так просто говорить?— решаюсь на просьбу, хотя знаю, что мне могут легко отказать, и я не должна злиться.

— Почему бы и нет. Но не в ближайшие дни. Прости, у меня много дел. Сегодня и завтра приедет твоя подруга. Сходите в салон, подготовитесь к вечеру,— точно, вечеринка.

— Борис, а можно не белое платье? Я люблю белый цвет, но тебе не кажется, что его слишком много в моём шкафу?

Губы мужчины дрогнули в улыбке, но глаза остались холодными.

— Дома ходи в белом, мне нравится. А для вечера я сам выберу тебе наряд другого цвета. Идет?— хоть что-то.

— Спасибо,— благодарю, и решаюсь ещё раз проверить, что же нравится мужчине. Прижимаюсь щечкой к его руке и закрываю довольно глаза.

Рычит, а потом запускает руки в мои волосы и сильно сжимает. И как это понимать?

— Ты меня с ума сводишь! Моя, только моя!— шипит, а потом жадно целует. Кажется, ему понравилось. А ещё я поняла, что агрессия и Борис  неразлучны. Он всегда будет такой дикий и необузданный.

Громов оторвался от моих губ, когда они прилично опухли.

— Сегодня к вечеру привезут твой подарок. Ты выбрала комнату, куда его поставят?— неожиданно спрашивает он вставая.

— Подарок?— он разве мне что-то обещал? И как можно так резко меняться?

— Рояль. Он большой надо много места. Хорошо, что дом полупустой. Походи с подругой выберите, где его разместить,— говорит муж, как ни в чем не бывало, при этом роясь в своем шкафу.

Он достает белую сорочку и начинает одеваться.

— Хорошо, я поищу,— говорю чуть заторможено, так как ликую в душе. Настоящий рояль у меня! Неужели я смогу коснуться клавиш и отдаться музыке? Просто погрузиться в приятные ощущения, и отдохнуть душой.

-Умница, я буду к ужину. Кстати, умеешь завязывать?— и показывает синий тонкий галстук.

— Прости, в моей семье не было мужчин. Но я могу посмотреть в интернете,— хотелось что-то и ему сделать приятное. Пусть это будет такая мелочь, как завязать узел на его шее.

— Ну, попробуй,— усмехнулся он. А потом за пару секунд сам себе сделал идеальный узел. И зачем тогда я? Или это была проверка? От этого мужчины можно что угодно ожидать.

— Так, я пошел, а ты отдохни. Охрану я сниму, можешь погулять по дому и на улице. Салон у вас завтра, я уже все заказ,— быстро говорил он, накидывая пиджак.

— А салон — это безопасно? Там не будет всех этих  съёмок и ...

— Я его  арендовал на весь день. И поставил им условие, нарушат, я под снос здание отдам. Поэтому поверь, они будут сама любезность и понимание,— усмехнулся Борис, приводя себя в идеальное состояние.

Теперь он собран, расчетлив и как всегда неотразим. Костюм сидит идеально. Даже и не скажешь, что недавно он овладел мной. Я-то вот сижу помятая и немного растрепанная. Надо будет переодеться перед приходом Зои и душ принять, а то ещё подумает, что меня тут мучили.

— Отдыхай, родная,— произносит Громов и целует в макушку. А потом быстро уходит, оставляя меня растрепанную и удивленную. А в ненастоящих отношениях целуют на прощание?

Глава 24

Зоя пришла как раз, когда я переоделась в брючки и блузку. Переплела косу, так как за несколько минут страсти она растрепалась. Расчесывая длинную гриву, думала, может укоротить её? На каре я, конечно, не решусь, а по лопатки? Нет, даже это много. Почти половину длины надо будет отрезать. Но возможно, если длина будет меньше, Борис не будет так хватать. Хотя… Отложим этот момент на потом.

— Мила, можно?— раздался голос подруги за дверью.

— Входи,— крикнула ей и поднялась на встречу.

— Привет, ты как? — радостно пропела Зоя, крепко обнимая меня.

— Жива, и почти здорова,— смеюсь, и радуюсь встрече. Мы не виделись всего ничего, но такое чувство, словно год прошел.

— Что у вас за кипишь? Должна признаться, удивлена такому количеству охраны. На вас напали?— уже прошептала Зоя, косясь на дверь, где все еще бегала охрана, и мне хотелось смеяться, так как я подумала так же, когда все началось.

Перед тем, как ответить, посмотрела на дверь, где стоял Саша и посматривал на нас. И чего он её даже не закроет? Если так, то личный разговор отложим не надолго.

— Пойдем, прогуляемся!— сказала громко, и охрана в коридоре пришла в движение.— Я позже расскажу, что случилось,— прошептала подруге, хватая её под руку.

Зоя дурой не была, молча кивнула. Вот и отлично. Но поговорить откровенно мы можем там, где камер нет или они далеко. Я не успела проверить, есть ли звукозапись. Поэтому не рискуем и говорим о другом.

— Мила, я тут извиниться хотела,— начала разговор подруга, идя со мной по коридорам дома.