Там, где тебя нет - Елена Левашова

– Да, вот эти люди, – протягиваю мужчине список бывших соседей. – Для меня это очень важно.

– Вы же понимайте, что я не имею права делиться конфиденциальной информацией? – с волнением в голосе отвечает он.

– Я… Вот, держите, – протягиваю заранее приготовленный конверт с вознаграждением. Как я только додумался предусмотреть эту ситуацию?

– Хм… Ладно, бог с вами. Надо, так надо, – протягивает директор фирмы, спешно выхватывая конверт из моих рук.

Бинго! Какая же Рокси умница, что потащила меня с собой! Теперь у нас есть адреса моих соседей. Мы прощаемся и почти бежим к машине, с трудом скрывая радость. Наша поездка не зря… Все не зря, потому что мы до сих пор живы и здоровы… Можем любоваться падающими с неба мелкими снежинками, гирляндами, оплетающими стволы деревьев, пышными, покрытыми снегом елями. Жить и быть счастливыми прямо сейчас…

– Моя Рокси… Ты такая умница, что потащила меня сюда, – прижимаю свою крошку к груди и целую в холодный нос.

– Садись за руль, Таир. Поедем к… – она выхватывает из моих рук список. – Три семьи живут по одному адресу, в высотке на проспекте Серафимовича. Кто-то из них расколется.

Ивановых не оказывается дома. Их соседи подтверждают, что старики часто проводят время со своими детьми и могут неделями не появляться в квартире.

– Остаются двое, Дань. И еще есть же другие… мы объедем всех, слышишь? – поддерживает она меня.

Стучусь в дверь, обитую коричневым кожзаменителем, и наклоняюсь, прислушиваясь к шагам в квартире.

– Иду, иду… – звучит слабый старушечий голос. – Кто там?

– Это… Даня Орлов. Помните такого? Мою маму звали Елена, мы жили в домике возле яблочного сада. Маленькие домики по улице…

– Данечка, конечно, помню! Радость-то какая… – в проеме вырастет хрупкая фигурка старушки с белоснежными волосами. – Помню, помню… Хорошо, что зашел. Ты здесь живешь?

– Нет, эээ…

– Клавдия Андреевна, – подсказывает мне Роксана. – Мы можем войти?

– Входите, мои дорогие, – Клавдия Андреевна растягивает губы в улыбке. – Сын мой умер в прошлом году, я одна совсем, деточки… – она сглатывает нахлынувшие слезы. – Гостей и не бывает у меня. Вы просто так зашли или…

– Или, – киваю я, проходя внутрь темного узкого коридора. – Я хочу спросить у вас кое-что.

– Данечка, давай я вас чаем напою? А потом и спросите, – участливо говорит старушка.

Мы с Рокси охотно принимаем приглашение. Сбрасываем куртки и разуваемся. Моем руки в небольшой ванной комнате и проходим в кухню. Клавдия Андреевна суетится возле кухонных шкафчиков. Раскладывает печенье и конфеты в вазочку, застилает стол старенькой скатертью в цветочек.

– Помню Леночку, царствие ей небесное. И тебя помню, Данечка, ты же с сыночком моим дружил, помнишь?

– Помню, конечно. А вы не помните моего папу? К маме же приходили мужчины?

– Приходили. И с одним из них я разговаривала. Он пришел, а Лены дома не было. Он и попросился подождать ее у меня. Тогда дождь пошел, мне его так жалко стало…

– Погодите, а их было двое? – оживляюсь я.

– Да. Но со вторым у нее вроде как ничего не было.

– А как их звали? И почему мне мама ничего не говорила?

– Дурачок ты, Данечка, – снисходительно произносит она. – О чем она должна говорить? Он ее оставил беременную. Пропал… В те времена о таком не распространялись. Имя я его и не знала никогда, а вот второй…

– Расскажите о втором. Кто он и когда приходил?

– Его звали Басир, – отвечает Клавдия Андреевна. – И он приезжал за несколько месяцев до исчезновения твоего отца. После твоего рождения мужчин я не видела. Ни с кем она не встречалась.

Рокси вскрикивает, а я впиваюсь непонимающим взглядом к посеревшее окно… Басир, значит? Тот, кто приютил меня в маленьком домике чеченского аула. Тот, кто всегда знал, чей я сын… Знал и молчал.

Данил.

С трудом держу себя в руках… Такого просто не может быть. Не бывает. Выходит, Басир знал, кто я? Прикидывался добродушным старичком и… знал. Может, он причастен к моему заданию? Почему я поехал в Чечню? И почему никто не смог потянуть предложенное задание? Может, Басир подсказал конторе мою кандидатуру?

– Данил, все нормально? – шепчет Рокси, сжимая мою кисть.

Только бы не взорваться и не напугать старушку… Тупо смотрю на женщин, с трудом умещая в голове полученную информацию.

– А ты его знал, Данечка? – улыбается Клавдия Андреевна. – Он такой красивый в молодости был. И татуировка на плече… Змея или…

– Аллигатор, – поправляю ее хрипло.

Ложка дрожит в моих руках. Отбивает позорный ритм, касаясь края чашки. Я опытный разведчик, готовый к любому испытанию. Но этого я выдержать не могу. Удивление и возмущение вьют из моего самообладания веревки. Оно улетучивается или превращается во что-то ничтожное. Я словно рассыпаюсь на части, сидя в маленькой кухне пожилой женщины…

– Даня, так ты его знаешь? – повторяет вопрос Клавдия Андреевна.

– Знаю. Не думал, что он тоже знает меня. Он ничего такого не говорил…

– Данил, нам вроде пора… – осторожно произносит Рокси.

Видимо, она боится, что я окончательно расслаблюсь и вывалю старушке все о нас.

– Спасибо за чай, Клавдия Андреевна. Если вам будет нужна какая-то помощь, звоните. Вот телефон, – протягиваю старушке визитку.

– Спасибо, Данечка. Я женщина одинокая и… Спасибо, – смахнув слезинки, протягивает она.

Мы с Рокси спешно одеваемся и спускаемся по ступенькам к машине. Я настолько сломлен новостью о Басире, что и слова произнести не могу… На меня словно бетонная плита упала.

– Таир… Что теперь делать? – Рокси начинает первой. Садится на пассажирское сиденье и ласково поглаживает мою кисть.

– Я не знаю, что сказать, Рокс. Мне так больно… Я ведь считал Басира одним из лучших людей на земле. Именно там, в его доме я понял, что такое настоящая семья. Его все так любили, а он… Он знал моего отца. Знал и молчал. Не признался даже тогда… Я ведь почти два года жил у него в доме. А потом появилась ты и он… Черт!

– Успокойся, Таир. Выходит, Басир не милый старичок, живущий в ауле, а…

– У конторы не бывает случайных людей. Нам надо ехать в Чечню, Рокси. Все ответы там. Я прижму Басира к стенке и выпытаю правду! Он приходил в дом моей матери и знал моего отца.

– Это опасно, Таир.

– Это судьба, Катя. Судьба медленно и верно ведет нас туда, где все начиналось. Кто такой Хасан Гаджиев и какое отношение он имеет к Басиру? Может, они родственники? Тогда…

– Тогда Басир твой родственник. А у Басира большая семья. Это же хорошо, Таир? –