Бывшая лучшего друга (СИ) - Брежнева Маша

— Что тебе нужно от меня? Хотя стой, я знаю, что нужно. Ты выяснил, что я болею, и приперся в надежде застать меня одну дома и по-тихому совратить?

— Малыш, держи фантазии при себе, — удивлённо, но довольно произнёс Ярик. — А вдруг мама услышит? Ты же… хорошая девочка?

— Моя мама — детский тренер по теннису, и если надо, ракеткой она тебя приложит быстро и качественно.

— Ты такая смешная, когда злишься, — вновь улыбнулся Яр и принялся разглядывать комнату.

Мама — детский тренер. Теперь он все понимал, откуда такая тяга к спорту и такое количество кубков, медалей и грамот на стенах. Удивительно, как же с этим связана любовь к технике и программированию?

— Может, ты все-таки расскажешь, зачем пришел? — прервала осмотр Аля. — С тестом проблемы?

— У меня? С тестом? Спортсменка, ты, кажется, перегрелась. Держи градусник, — Яр одной рукой потянулся к колпачку с электронным градусником, но в него тут же прилетала подушка, пущенная заботливыми Алиными ручками.

Тогда Яр поднялся с места, схватил крепче подушку, едва не завалившую чашку, и направился к Альбине.

— Душить меня будешь?

— Просто верну на место, — он положил подушку на край дивана, а сам присел на корточки напротив девушки. Протянул ладонь, приложил к ее лбу, успев почувствовать жар, пока она не дёрнулась.

— Ты горишь, как огонь, — тихо, но с узнаваемой интонацией произнёс Яр.

— У меня агония… от тебя! — ответили ему.

— Ложись и отдыхай, вредина. Если тебе так станет легче, можешь распечатать мой портрет, приклеить к стене и швырять в него апельсинами, которые я принёс.

— Ты принёс только апельсины?

— А ты чего хочешь? Апельсинов? Вслух рассказов длинных? Чтобы я убил соседей?

Она улыбнулась. Впервые за время их «отношений», которым Ярик придал слишком пикантный статус перед мамой Али. Но она улыбнулась, и он не удержался сделать это в ответ.

— Просто апельсинов, — после паузы сказала Альбина.

— Значит, длинные рассказы вслух в другой раз, — подвёл итоги Ярик. Мысленно он сделал вывод, что Кир и Марат явно гордились бы им сейчас. Достойная смена подросла. — Я ещё приду, — добавил Яр, направляясь к двери.

— Да чтоб тебя! Дай мне поболеть спокойно!

— Спокойно? Не дождёшься, зайчик.

- Не боишься, что я тебя заражу?

— Ну так мы целоваться не будем, да и вообще, зараза к заразе не липнет.

Эту фразу он сказал, уже стоя в коридоре под пристальным вниманием мамы-детского тренера.

— Ракеткой не бейте, пожалуйста, — молитвенно сложил он руки, быстрыми шагам двигаясь к вешалке с одеждой.

— Что вы говорите такое?

— Альбина обещала, что если я буду плохо себя вести, мне достанется. Но я шучу, не обращайте внимания. Спасибо, что впустили и… классная дочь у вас. Берегите ее.

Яр ушел и захлопнул за собой дверь, но даже быстрый выход на морозный зимний воздух не проветрил его голову. Она была безнадёжно заполнена только одним.

Глава 28

— Чем занимаешься? — спросил Ярик у Кира, который сидел в своей комнате с открытой дверью.

— Выкладываю видосик с Алей, у нас как раз два должно еще выйти с перерывом до того, как рекламу пилить начнем. Беситься не будешь больше?

— Не планировал. Знаешь, она заболела, — спокойно сообщил Яр.

— Правда? Что-то серьезное? В универ не пришла?

— Не пришла, у нее простуда. Думаю, за несколько дней оклемается, вид хоть и болезненный, но вполне себе боевой.

— Так-так-так… А откуда ты знаешь? — сразу хитро прищурился Теклер. Он даже телефон отложил в сторону, предвкушая интересный рассказ.

— Был у нее в гостях и чуть не довел до истерики ее маман.

— В гостях, говоришь? Прямо вот у нее дома?

Яр закатил глаза и облокотился на дверь.

— Прямо вот да. Не веришь? Я не похож на парня, который в состоянии навестить заболевшего человека?

— Ты? — Кир оценивающе посмотрел на друга. Оценка явно была отрицательной, но озвучивать ее Теклер не стал, дабы не провоцировать. — Да ладно, похож. Просто не в случае с Алей. Ты все-таки мирись-мирись-мирись и больше не дерись?

— Да щас вот, с ней так не канает, даже больная меня подушкой побила.

— Ути бозе, и как пережил только?

— Да ну тебя, долго издеваться будешь?

— А что, медаль на шею тебе повесить за то, что к девчонке в гости съездил? — удивился возмущению Ярика Теклер. — Яр, тебе это кажется геройством, судя по всему, но это совершенно обычная жизнь. То есть ноги девочек не должны автоматически раздвигаться при виде нас красивых, если эти девчонки знают себе цену.

— Ты сейчас оправдываешь Полину, которая годами от тебя бегает? Типа она слишком хорошо себе цену знает?

— И это тоже, но я к тому, что тебе не стоит слишком превозносить одно свое достижение. Просто продолжай в том же духе. И еще…

Ярик уже хотел молча уйти, но на фразе «и еще» задержался.

— Мне кажется, на самом деле она немного стесняется.

— Она? Стесняется? — со смехом в голосе спросил Яр.

— Да, именно. Я не утверждаю, мы не так много общались, но вряд ли Аля больший гуру отношений, чем ты, так что вы оба хороши.

— Напомни, когда я говорил, что мне нужны отношения?

— Когда мечтал сняться голым в моем блоге, — напомнил о «пятилетнем» споре Кир.

Яр второй раз за вечер закатил глаза и теперь уже ушел в свою комнату. Стесняется? Вот та, которая откусит руку, даже если ты палец не давал? Та, которая на любое слово имеет в ответ десять? Разве такое возможно?

Яр задумался. В его группе программистов, где учились преимущественно парни, к старосте все относились прекрасно, видно даже было еще на первом курсе, что к ней пытались подкатывать, но официально она ни в каких отношениях не состояла. Ярик был уверен, что и не шифровалась. Значит, для этого зайца на первом месте были учеба и теннис, а мальчики потом. Когда-нибудь далеко потом. Может, тогда Кир прав? Но Яр не привык иметь дело с милыми одуванчиками. Обычно, как верно заметил друг, все само собой происходило, — красивой мордашкой и чувством юмора любой может успешно пользоваться. А вот Альбину этот список достоинств явно не трогал.

Значит, придется поискать в себе и другие.

— Ты уверен, что я могу пойти с тобой? — спросила Полина у Кира, когда он позвонил ей утром следующего дня. Это была не просто среда, а день записи в татусалон. Полина учла все пожелания Теклера и доделала эскиз, который вдохновил мастера, и Кир записался на первое же свободное время, которое ему подходило.

— Конечно. Посмотришь, как оживает твое искусство на мне. К тому же, мастер отличный, я тебя с ним познакомлю, вдруг пригодится.

— Думаешь, я буду бить еще?

— Не исключаю. Судя по наличию второй большой татуировки, первый опыт тебя не испугал, а люди порой не ограничиваются парой татуировок, если подсели на процесс.

— Ты о себе сейчас? — намекнула Поля.

— И о себе тоже. Так что, приедешь? Я бы заехал за тобой, но боюсь, что могу не успеть, если туда-сюда кататься.

— Кир, я сама приеду, не заблужусь, ты только точный адрес скинь.

И действительно приехала. Он правду сказал — интересно смотреть, как то, что еще несколько дней назад существовало только в воображении, вдруг становится рисунком на теле. И сам процесс нанесения татуировки Полину не отпугивал, как некоторых, а завораживал.

Кир встретил ее у входа в здание, не поцеловав при встрече. Нельзя было сказать, что с момента того поцелуя на кухне отношения сделали огромный скачок вперед, но их хотя бы уже не стеснялись называть отношениями. А для такого случая это уже огромный, невероятный прогресс. Нет, разумеется, Полина не начала трубить всем знакомым, что теперь у нее есть парень, да и вообще, она все никак не могла сказать это вслух: «Кирилл Теклер — мой парень». Зато сам Теклер говорил, еще как говорил.

«Только попробуй еще раз куда-нибудь сбежать. Раз осталась тогда со мной, привыкай, что теперь моя».