Роберт Мендельсон - Восточная мадонна

Майк сел, теперь уже окончательно проснувшись.

– Послушай, Мардж. Насчет этого расследования… Это черт знает что. ВВС желают знать, что собирается предпринять Клэй. Он не вернулся на базу, хотя у него была такая возможность. Согласно последней информации, которой мы располагаем, он погрузился на яхту, принадлежащую некоему канадцу, и заставил его отплыть на следующий же день после того, как тот высадился на берег. Мы пытаемся связаться с официальными лицами в Ванкувере, но это не так просто, поэтому у нас нет представления о том, куда он направляется. А у тебя?

– Никакого. Да и как он может куда-то направляться, он же в плену!

– Вьетнамец, у которого ночевал Клэй, заявил, что когда он садился на яхту, то был вполне свободным человеком.

– А что это за яхта?

– Нам пока ничего не известно. Мы знаем только, что он там был и отплыл на этой канадской яхте вместе с вьетнамской женщиной.

– С женщиной? С какой еще женщиной? Клэй – с вьетнамкой?

– Да, она полукровка, насколько нам известно.

– И куда же она повезла его?

– Похоже, что это не она его повезла, хотя мы не знаем, кто у них отдает приказы. Этот район хорошо знаком Клэю. Мы посылали туда самолеты, чтобы обнаружить их, но – никаких следов.

– А что вам известно о женщине?

– Не очень много… Впрочем, мы знаем, что она – из вьетконга. Она, вероятно, взяла Клэя в плен после аварии и вела куда-то под конвоем. Однако похоже, что затем ситуация изменилась.

– Что ты имеешь в виду? Кстати, она красива?

– Я имею в виду, что сейчас она уже не хозяйка ситуации. Клэй был освобожден и мог вернуться на базу, но вместо этого исчез под покровом ночи и теперь, как нам известно, куда-то плывет.

– Она – молода?

– Не знаю. Слушай, Клэй в свое время служил в Японии и в Таиланде… Может быть, он направляется именно туда? У него есть там друзья?

– Не могу сказать.

– Ты не пытаешься защитить его, Мардж?

– Иди к черту!

– Ты не понимаешь, Мардж, точно такой же допрос с пристрастием тебе устроят в Париже.

– Какой еще допрос с пристрастием! Ты ради этого сюда приехал? Ты не сможешь насильно заставить меня говорить, и никто не сможет!

– Если о наших отношениях станет известно, мне запретят вести это дело. Сейчас ВВС проводит расследование из Парижа. В Вашингтоне – слишком людно, да и журналисты могут разнюхать… Извини, я не хотел тебя обидеть.

– Я не защищаю его, – холодно произнесла Мардж, – хотя, возможно, и должна. Господи, ВВС знают о Клэе больше, чем я… Когда ты уезжаешь?

– Как раз об этом я и хочу сказать. Уехать хорошо бы прямо сейчас, в крайнем случае – завтра. И ты должна поехать со мной. Тебя хотят видеть в Париже в связи с этим расследованием, причем чем скорее, тем лучше. Возможно, тебя даже попросят поехать в Сайгон, Бангкок или куда-то еще – в те места, где он может оказаться.

– Господи, Майк, но мы же ничего не знаем друг о друге, и он не станет просить, чтобы я куда-то ехала. Ведь мы разведены!

– Неужели ты не понимаешь, что в Париже тебя засыплют вопросами? Я просто хочу подготовить тебя.

– Пошли они к дьяволу со своими вопросами! Жена не может свидетельствовать против своего мужа.

– Но это же не судебный процесс, Мардж. Может быть, Клэй стал жертвой обстоятельств. Я лишь спрашиваю у тебя, что бы он мог предпринять в такой ситуации.

– Спроси у его друзей из ВВС.

– Это невозможно, все считают его мертвым, и нас это вполне устраивает.

– На сколько я должна уехать?

– До тех пор, пока мы его не найдем.

Мардж уже не слушала Майка, и то, что он говорил, было ей неинтересно. А она еще переживала, что использует его… Дерьмо! Это он использовал ее, чтобы разыскать Клэя. Вполне возможно, что она ему и не нравилась вовсе, но теперь ей уже было на это наплевать. Она не чувствовала вины, а он мог катиться к черту. А потом до нее вдруг дошло, что они сошлись именно благодаря Клэю, который теперь попал в беду, так что наилучшим образом она может помочь ему, оставаясь пока с Майком.

21

Клэй перевел приборы на ручное управление и взялся за штурвал. Ветер свистел и заставлял яхту буквально перелетать с волны на волну. Он разогнал облака, и в небе появился яркий круг луны, осветивший пену на воде и туго надутые паруса – Клэй подтянул их сразу, как только поднялся на палубу, чтобы судно двигалось с максимальной скоростью. Он был рад, что опять пришла его очередь стоять на вахте, он вновь участвовал в гонках и пока – побеждал. Пусть говорят, что Уэйн-Тернер бежит, Клэю наплевать, у него слишком хорошее настроение, чтобы думать об этом. Холодный свежий ветер обдувал его лицо и прочищал голову. Когда на вахте стоял Говард, он не старался разогнать яхту, потому что ему некуда спешить, а вот Клэю – наоборот. К этому времени ВВС, наверное, уже сообразили, сколько будет дважды два, и поняли, что он жив. Они, конечно, узнают, что он ночевал в деревне капитана Нью, и только по поводу Бернадетт им придется поломать голову.

Им, несомненно, удастся избежать огласки, но Мардж они будут обязаны сообщить. Бедная Мардж, почему он всегда был так жесток с ней! Она не понимала его, да и как она могла его понять? Она не знала, кто он, но ведь и он сам этого не знал. Она обвиняла его в бессердечии, говорила, что он далек от нее и между ними нет понимания, она говорила, что он – нетерпим, и, наверное, была права. Но в то время он ничего не мог с собой поделать. Возможно, Клэй был жертвой, которую заставляли играть чужую роль. Сейчас он не хотел копаться в этом, скоро ему предстоит узнать, кто же он на самом деле. Разработанный им план снова действовал.

Снизу, из-под ног Клэя, раздался стук, заставивший его подпрыгнуть и побежать на корму. Там, под лестницей, он увидел Говарда, который, стоя к нему спиной, делал что-то при тусклом свете маленькой лампочки, свисавшей с низкого потолка. Он обернулся, но не заметил Клэя. В руках у него была пила, и он возился с палубными досками прямо позади двигателя. Пожав плечами, Клэй вернулся обратно, сел возле штурвала и посмотрел на паруса. Яхта летела вперед.

Чувство надвигающейся опасности возникло ниоткуда. Оно навалилось на него вдруг, без всяких причин. Примерно то же самое бывало с ним раньше, по мере приближения ракеты. Он включил автопилот и бросился в рубку. Радар был включен, и Клэй пристально вглядывался в стекло его светящегося экрана. За пятьдесят или шестьдесят километров к югу какое-то движущееся пятнышко пристроилось к ним в кильватер. Оно перемещалось слишком быстро для простого торгового судна, но слишком медленно для патрульного катера. Возможно, никакой опасности вовсе и не было. Стоит ли поднимать тревогу, размышлял Клэй? Надо ли сообщить Говарду, что их преследуют? Нет, он просто паниковал. Снаружи завывал ветер, резко креня яхту из стороны в сторону. Клэй вновь прошел на корму и немного ослабил паруса. Если ветер будет крепчать, ему придется их приспустить.