Моника Айронс - О, Коломбина!

— Говорят, что бокалы бьются к счастью, — сказал он. — Этот оказал мне большую услугу.

Луиза дернулась, как от удара. Ее глаза наполнились слезами, но она сморгнула их, решив не показывать ему свою слабость. Ее трясло от разочарования.

— Мне лучше уйти, — сказала она.

Она обошла всех членов семьи, попрощалась и пообещала Рафаэлю передать Амели его заверения в любви. Кармен проводила ее до двери, где она с удивлением обнаружила Алехандро.

— Я пройду часть пути вместе с тобой, — сказал он.

12

Она ожидала, что Алехандро сразу после того, как они выйдут, извинится и уйдет, но он шел рядом с ней, спокойный и холодный.

— Нехорошо было с твоей стороны говорить так, — наконец нарушила молчание Луиза. — Про бокал…

— Извини, я не хотел быть грубым.

— Будто мне так важна твоя вежливость! закричала она. — Дело не в этом. У нас ведь все еще может получиться.

— Если бы это было возможно! — ответил он через несколько секунд. — Ты сама знаешь, как действуешь на меня. Только в этом нет никакой пользы.

— Почему ты так твердо намерен противостоять мне? — страстно спросила она.

— А что еще должен делать мужчина, если он встретил свой идеал женщины, но, как оказалось, она обманывала его за деньги?

— Идеал? — прошептала она, не уверенная, что все правильно расслышала.

— Смешно, не правда ли? Я считал себя таким умным, таким ловким, но как же я ошибался!

— Поэтому ты ненавидишь меня?

— Я не ненавижу тебя. Просто ты больше не выглядишь прежней, а я хотел бы, чтобы все было иначе. Видишь ли, рай для дураков, он такой прекрасный, особенно когда тебя оттуда вышвыривают. Ты хочешь найти путь обратно, убедить себя в том, что не знаешь того, что знаешь… Поверь мне, я несколько последних дней пытался вернуться обратно в этот рай, даже зная, что там живут одни дураки. Потому что самое прекрасное время в моей жизни прошло там.

— И для меня тоже, — тоскливо сказала она. Неужели нет никакого пути обратно?

— Если бы я мог, давно бы уже нашел его.

— Все было бы иначе, если бы мы не встретились так.

— Нет, все дело в том, — сказал он, — что у тебя душа истинного жителя Регонды. С того самого времени, как мы познакомились, ты носила маску.

— Нет, — отрицательно покачав головой, сказала она, — Я носила ее только в начале.

— Все время, — повторил он. — Когда казалось, что ты снимаешь маску, ты всего лишь меняла ее на другую. Ведь у тебя их так много. И кто может разобраться в этом лучше меня?

— Но я была не единственной, кто носил маску. Ты сразу должен был сказать мне, кто ты такой.

— Должен был, но я влюбился. Разве в это время имеют какое-то значение имена? Я думал, что ты самая потрясающая девушка, которую я когда-либо видел. Я устал от хлопот моего дяди, который постоянно представлял мне женщин, жаждущих стать графинями. Ты смотрела на меня, а не на титул, так мне тогда казалось, и я не мог сопротивляться желанию рассказать тебе все позже… — Он сухо рассмеялся. — Правда, нелепо, словно я был героем какой-то идиотской сказки.

Я был рад, что ты не охотишься за моими деньгами и титулом, а ты все это время думала, что это я охочусь за твоими деньгами.

— Ты сам заставил меня подозревать худшее.

Когда я сказала тебе, что я баронесса, ты стал таким странным, будто это имело для тебя какое-то значение.

— Имело. Я не мог поверить, что встретил женщину, которую могу любить и на которой могу жениться, и мой дядя не будет против. Я думал, что ты — единственная честная женщина в мире интриганов. — Он вздохнул. — Наверное, мне надо извиниться перед тобой. Было нечестно ставить тебя на пьедестал, потому что, если бы я не сделал этого, мне было бы не так тяжело, когда ты свалилась с него.

Ее гнев все усиливался.

— Тогда хорошо, что я свалилась сейчас, потому что рано или поздно с тебя упали бы розовые очки. Алехандро! Твои мечты не были реальностью. Я обычная женщина, которая пытается жить так, как может. Я вступаю в компромиссы, не всегда поступаю правильно, часто делаю то, что приходится делать, неважно, нравится мне это или нет. Я стиснута обстоятельствами так же, как и все. Впрочем, ты — исключение из правил.

У тебя больше свободы, чем у кого бы то ни было. У тебя есть две жизни, и ты прыгаешь из одной в другую, когда тебе вздумается!

— Ты же не думаешь, что я поверю, что дочь барона де Монтале занимается подобными вещами только для того, чтобы зарабатывать себе на хлеб?

— Да, черт побери, я ожидаю, что ты поверишь в это, — гневно воскликнула она. — Все деньги, которыми владел мой отец, пошли на «лошадок», так он их называет, или осели на столах в Монте Карло. Вся собственность заложена до последнего гвоздя, и банки жаждут возвращения кредитов. Жениться на мне? Для этого надо сойти с ума. Папа попросил бы у тебя денег взаймы в первые же пять минут после венчания, и если бы ты был глупым настолько, чтобы дать их, он бы от тебя не отстал. Так что будь счастлив, что все произошло именно так!

Она ускорила шаг, и ему пришлось бежать, чтобы нагнать ее. Какое-то время они шли молча.

Казалось, полная луна лукаво прячется между пальмами, скудно освещая землю. Луиза повернула на темную улицу.

— И потом, ведь дело было не в деньгах, сказала она, и ее голос таинственно поплыл к Алехандро из темноты. — Я взялась за эту работу, потому что хотела наказать всех обманщиков за Жюля. Я говорила тебе о нем в наш первый вечер.

— Мужчина, которого ты любила, и которого, как тебе показалось, ты увидела в лодке? Так это была правда?

— Да, правда. Я не придумывала его. Как ты помнишь, мы должны были приехать на Регонду в свой медовый месяц, но я не сказала тебе, что был выбран отель «Санта Лучия», Королевский номер. Жюль ожидал, что я буду оплачивать счета. Он думал, что я наследница не только титула, но и денег. Когда он обнаружил правду, то сразу исчез.

Алехандро пробормотал что-то, что звучало как ругательство.

— И ты приехала сюда, в этот отель?

— Мне ничего не оставалось делать.

— И Жюль был здесь, вместе с тобой? — резко спросил Алехандро. — В твоем уме, в твоем сердце?..

— Да, всю дорогу от аэропорта до острова, согласилась она. — Всю дорогу до Главного Канала, и в номере он тоже был со мной. Его призрак шептал мне на ухо, что весь мир — это одна большая афера. Он превратил Регонду в горькую шутку, хотя она могла быть такой прекрасной… — Ее горло перехватило при мысли о том, чем стал для нее остров благодаря Алехандро.

Но она потеряла его и теперь выпускает из рук последний шанс вернуть его любовь. Потому что больше не может бороться. У нее вдруг кончились силы.