Кэтлин Стивенс - Возвращение в рай

Наконец он заставил себя встать. Потом клерк тихо сказал ей что-то, она повернулась, ее глаза встретились с его глазами. Ключи от номера брякнулись об пол. В лице Сандры не было ни кровинки. Испугавшись, что она упадет, Ричард кинулся к ней.

— Как ты узнал? — хрипло спросила она, и он вздрогнул.

— Я сходил в твою контору, и мне дали адрес.

— О Боже!

— Ты приехала, чтобы сделать анализы. Но почему ничего не сказала мне?

— Ричард, я должна была узнать все сама. В понедельник будет готов результат. Я собиралась тебе сказать, если…

— …Если реакция отрицательная, — закончил он за нее.

Она кивнула.

— А если положительная?

— Тогда вернусь на работу, — быстро ответила Сандра, взяв себя в руки, как будто ничего не случилось.

— А как же я?

Он поднял ключи и повел ее к лифту. Ее губы задрожали.

— Ты не должен был приезжать.

— Но раз уж я здесь… — Он нажал кнопку десятого этажа. — И как ты теперь со мной поступишь?

Сандра беспомощно покачала головой. Они молча поднялись. Ноги утонули в толстом ковре, покрывавшем пол, когда они шли по коридору к номеру.

Ричард открыл ключом ее дверь, и она вопросительно посмотрела на него.

Он улыбнулся.

— Меня надо накормить и развлечь. Не так часто я прилетаю к тебе на уик-энд. Хотя ты, наверное, уже все это проделала без меня.

Она провела пальцем по краю двери, слабая улыбка появилась на губах.

— Ничего подобного. Я просто бродила по городу.

Он коснулся ее волос.

— Под дождем.

— И под дождем, и в солнце, и в туман. Какая разница?

— Теперь есть разница. Мы сейчас отправимся кое-куда. Ты привезла с собой платье?

Его взгляд не пропустил ни одной детали ее облика — рубашка, брюки, плотно облегавшие бедра. Она казалась ошеломленной — сперва от того, что видит его перед собой, потом от этого приказа.

Сандра кивнула.

— Хорошо, а я в соседней комнате. — Он открыл дверь, соединявшую их номера, и закрыл за собой.

Сандра стояла посреди комнаты и невидящими глазами смотрела в окно. Ричард в Сан-Франциско, здесь, в отеле, совсем рядом. Она вошла в ванную. Он пролетел полмира, чтобы провести с ней выходные. И так взволновать ее. С тех пор как она впервые увидела Мура, один его взгляд повергал Сандру в смятение.

Она испугалась, услышав стук в дверь, потом его голос произнес ее имя.

— Я в ванной.

— Выходи. — Голос приблизился. Ричард был уже за дверью ванной. — Я хочу есть.

Она вылезла из воды, обернулась большим полотенцем и приоткрыла дверь.

— Хочешь печеной картошки?

— Никогда не напоминай мне о ней! — Он страстно поцеловал ее. Сандра придерживала верхний край полотенца одной рукой, а другой обняла его за шею.

— Осторожно, а то твой костюм намокнет. — Ее сердце забилось бешено, она отступила назад. — Я никогда не видела тебя в костюме. — Морщинки вокруг его глаз стали глубже, он казался уставшим и озабоченным.

И она понимала, что от нее зависит — разгладится ли лицо любимого. Надо заставить его забыть, зачем он сюда приехал, помочь хорошо провести выходные. Может быть, их последний совместный уик-энд.

— Мне нужно несколько минут, чтобы одеться. — Она вытолкнула его за дверь.

Ричард вернулся в ее жизнь, и она почувствовала, как в ней снова зашевелилась надежда. И отчаяние. Сможет ли она снова сказать ему «прощай»? Хватит ли сил?

Мур ждал ее в коридоре. Она вышла, и он сразу заулыбался.

— Я не забыл эту блузку, ты в ней ужинала со мной.

Он окинул взглядом ее длинную ручной вязки юбку, потом снова — бледно-розовую шелковую блузку. Наклонился, поцеловал в волосы, в лоб и в губы. Ее колени дрожали, она не знала, сможет ли пройти по коридору к лифту. Тем не менее ей удалось выйти даже на тротуар, где Ричард поймал такси.

Она вспомнила другой вечер, давний, перед отелем в Катманду. Ричард, как и в тот раз, давал указания водителю, куда их везти. Сейчас он велел ехать в «Сосалито», в ресторан при отеле на склоне горы с видом на залив.

Сев за столик, они сделали заказ, и Сандра откинулась на спинку кресла.

— Ты смутил меня тогда, придя в отель. Ты ведь и словом не обмолвился, что собираешься пригласить на ужин.

— Ты хочешь сказать, что тогда поела перед моим приходом?

— Нет, я слишком нервничала. Я не знала, чего ты хочешь. — Она провела пальцем по краю стола. — А чего ты хотел?

Он коснулся ее руки.

— Видеть тебя и поговорить с тобой. Рассказать о долине Мананг.

— Ты мог бы это сделать и в больнице.

— Да. Но тогда бы я не увидел тебя в розовой шелковой блузке, которая очень тебе идет, когда ты взволнована или смущена. Она подчеркивает румянец на щеках.

Сандра почувствовала, что снова краснеет, и опустила глаза.

— А как ты добрался до Катманду? Кибо хорошо о тебе заботился?

Он кивнул.

— Тот мост мы оба обошли. Получилось дольше, но я не преодолел бы его без твоей помощи.

— Извини.

— Не извиняйся. Я не хотел выглядеть дураком.

— Вообще-то, это требует мужества — признаться в собственном страхе. — Сандра сказала это и посмотрела на огни залива.

Они молчали.

— Да, требует, точно.

Она взглянула на Мура, ее глаза сверкали от слез.

— Ричард, я до смерти боюсь.

Он накрыл ее руку своей.

— Знаю, что боишься. — Его голос стал глуше.

Официант принес сок. Сандра промокнула глаза салфеткой и откашлялась. Глаза Мура тоже подозрительно покраснели.

— Я пообещала себе, что помогу тебе хорошо провести выходные. И готова начать, — сказала Сандра с улыбкой.

— Только никаких слез, — произнес он. — Это приказ.

Она тяжело вздохнула и подняла два пальца, как в салюте скаутов.

— Обещаю. — Она принялась за суп, а потом спросила: — Что бы ты хотел? Как тебя развлечь?

Он широко улыбнулся, и ее сердце снова дико забилось.

— Ну… — Он задумался, скрестив на груди руки и ожидая, когда официант расставит принесенные блюда. — Ну, поедем на Энджел Айленд и Алькатрас. И в форт Пойнт, и…

Она засмеялась.

— Так у нас же только два дня.

— А мы могли бы заниматься этим всю оставшуюся жизнь.

— Ричард! — предупредила она. — Никаких «мы могли бы»…

Он махнул рукой.

— Решено. Расскажи мне лучше о том, как возвращалась с группой полковника. Видели Йети?

— Нет, даже никаких следов.

— Вы разбивали лагерь у ручьев, любовались горами, беседовали с местными жителями, веселились на праздниках…

— Это я так подхожу к делу, не полковник. Мы шагали по восемнадцать миль в день. Чай в десять и остановка на отдых — в четыре. Ставим палатки, в девять тридцать спать.