Анна Скуратова - Растрёпанные чувства

Лена не знала, как долго сможет выдержать навалившееся на неё признание, и рванула дверцу машины от себя, пытаясь выбраться из этой чертовой машины, так прочно удерживающей её вблизи с таким желанным и таким жестоким человеком.

- Помоги мне, - пискнула она, борясь с ручкой.

- Постой. Я не могу отпустить тебя в таком состоянии, - холодный, чужой голос больно резанул её по ушам.

- Можешь. Мне станет гораздо лучше вдали от тебя.

- Прости, ещё раз. Я не думал, что все зайдет для тебя так далеко.

'Неужели он не может просто помолчать', - Лена сдерживала слезы, но каждую секунду готова была разразиться слезами и истерикой.

- Выпусти меня, наконец, - закричала она, - если ты думаешь, что я очень расстроена твоими словами, то не обольщайся.

Слезы крупными, постыдными горошинами покатились по щекам. Пушистые ресницы мгновенно намокли, слиплись и вызывающе устремились вперед острыми стрелочками. Прикрыв ладонями щеки, Лена безвольно поникла в мягком сиденье. Она не хотела бороться, говорить, смотреть, дышать. Ей не хотелось жить, может быть потом, когда-нибудь, но не сейчас.

На этот раз Игорь не выдавил ни звука. Страшась, её очередной дробной очереди обвинений, он тронул авто. Оставшаяся дорога до университета, обоим не принесла никакого удовлетворения и не внесла ни капли примирения в их отношения.

У него кровью обливалось сердце, от её всхлипов, которые она пыталась душить ладонями, от вида её покрасневшего носика и глаз, ему захотелось ударить себя кулаком в челюсть и выбить из себя все остатки дури. Обнять эту нежную малышку и никогда не выпускать из объятий. Но...это не выход. Казалось гораздо больше факторов разделяющих чем связывающих. Разница в возрасте, статус, его чувства, её чувства, ребенок...Он никогда не умел утишать женщин и до сегодняшнего дня, наивно считал, что обладает даром их не расстраивать.

А ей безумно хотелось, шага, пусть самого малюсенького с его стороны, что простить все, пойти навстречу и покрыть поцелуями это гордое, красивое лицо, глаза, запустить руки в шелковистые волосы. Он молчал. Упорно и бесповоротно.

Не открывая глаз, она поняла, что он паркуется на стоянке перед университетом. Щеки уже успели высохнуть, но озеро горьких невыплаканных слез по-прежнему сковывало душу, продолжая плескаться внутри, причиняя тупую боль.

Игорь открыл перед ней дверцу, подал руку. Она выбралась из машины игнорируя помощь. Хрупкая, почти сломленная переживаниями фигурка устремилась к громадным дверям, не обращая никакого внимания на любопытные взгляды десятка заинтересованных людей. Ей было абсолютно наплевать на всех и вся. Лена никогда раньше не позволяла себе влюбляться и позволив себе это в первый раз, поняла, что на Земле нет ничего коварнее любви и даже легкой влюбленности.

Глава 18

- Доброе утро, Игорь Борисович, - ехидный, слащавый голос Евгений Дмитриевича раздался по кафедре, куда только что степенно вошел Игорь.

- Утро, доброе, - улыбнулся он в ответ.

- Я как погляжу у Вас распрекрасное настроеннице?

- Обычное.

- А вот мне кажется Вы сегодня слишком веселы.

- Вы ошибаетесь, - Игорь старался избежать разговора с самым знаменитым старым сплетником и развратником университета.

Евгений Дмитриевич преподавал на кафедре 'общей химии', но довольно часто торчал в гостях у историков и филологов, так как к тем захаживало больше молоденьких студенток, да и сами кафедры располагались в основном здании университета. Тогда, как его кафедра сидела на последнем этаже одного из малюсеньких корпусов. Никто не любил, и тем более не уважал Евгения Дмитриевича, за его назойливость и похотливость. Трижды за последний год ректор сталкивался с неприятными случаями домогательства со стороны преподавателя. Но каждый раз тому удавалось выходить сухим из воды. Девочки клялись и божились, но с того, как с гуся вода. Раз нет явных доказательств изнасилования, то ничего не было. Напрасно девочки твердили, что старый противный до омерзения мужик лез к ним со своими безобразно слюнявыми губами и пытался лапать их руками. Тот, просил провести экспертизу, выявить истинную причину всех синяков и гематом и только после этого обвинять кристально чистого человека с незапятнанной репутацией во всяких гнусностях.

Ректор просил старого пройдоху написать заявление по собственному желанию, но тот наотрез отказался в первый раз, во второй, а в третий устроил скандал, что дескать в стране напряженка с профессионалам в его области и только крайне недалекий руководитель, может пытаться избавиться от столь ценного кадра. И что если его попробуют убрать окольными путями, он откровенно опозорит университет и вынесет на всеобщий суд свои собственные похождения, так как терять ему тогда будет нечего. Мягко намекнув, что у него есть что порассказать.

- Игорь Борисович, я гляжу Вы на работу не один сегодня приехали.

- Да, Вы как всегда очень проницательны.

- И кто же эта молодая особа, позвольте поинтересоваться?

- Думаю, Вам хорошо, известно, что это наша студентка первого курса.

- Ваша, откровенность всегда меня подкупала, - расхохотался Евгений Дмитриевич, потрясая жирным брюхом, наползшим и поглотившим брючный ремень, - Вы даже не считаете нужным скрывать Ваши отношения?

- Отношения? - Игорь пристально посмотрел на оппонента.

- Ах, да бросьте право слово, прожигать меня глазами, - хохотнул охамевший толстопуз, - Всем давно известно, что у Вы с ней спите.

- Что-о-о? - он неожиданности Игорь даже не повысил голос. У него на секунду приподняли брови, но он быстро взял себя в руки, - Евгений Дмитриевич, попрошу Вас извиниться, если не передо мной - за оскорбления в свой адрес я Вас прощаю - но перед Еленой, Вы просто обязаны будете извиниться.

- Ха-ха-ха, за правду извиняться. Вы в своем уме? Если Вы не сожительствуете со своей студенткой, то позвольте узнать, почему Вы живете под одной крышей.

- Ваша, осведомленность, как всегда ограничивается поверхностными сплетнями - это не моя вина и поэтому я не считаю себя обязанным отвечать на этот вопрос.

Семь голов поворачивались от одного дискутирующего на другого, шариковые ручки застыли в онемевших руках.

- Позвольте догадаться об истинной причине, которую Вы так галантно стараетесь замолчать сейчас?

- Нет. Ваши гнусные предположения оскорбляют не только меня и ни в чем неповинную девушку, но и всех присутствующих в этом кабинете. Я прошу Вас удалиться, дабы не накалять и без того огнеопасную обстановку.

- Ну, Игорек, признайтесь, Вы же спите с этой девчонкой?