Елена Белкина - Странные женщины

Васенька отнес ее в крохотную спальню, где помещалась только постель, уложил ее. Потянулся губами к ее губам.

— Подожди, — сказала она. — Никак не проходит.

— У тебя просто давление упало. Ничего страшного.

— И мерзну почему-то.

— А ты под одеялко. Барахлишко снимай свое — и под одеялко, и грейся. А я сейчас.

Он вышел, она накрылась одеялом, не снимая «барахлишка». Одеяло пахло чем-то чужим, не мужским, а женским: дезодорант или духи. Он спит под ним со своей женой. И естественно, встречаясь с Лизой, не меняет постельного белья: для конспирации. Иначе жена спросит: почему свежая простыня, наволочка, пододеяльник? Словам его, что хотел сделать сюрприз, не поверит. Господи, какие пошлые мелочи…

Васенька появился с чашкой в руке:

— Выпей кофе. И давление поднимется, и согреешься! А почему мы одетые еще?

— Сейчас. Не спеши.

— Дело ваше. Ничего, я сам горячий, я тебя после кофе окончательно согрею.

И Васенька, не стесняясь ее (да и кто любовницы стесняется?), разделся, демонстрируя тощее тело, поросшее кое-где рыжеватыми волосами; ребра обтянуты бледной кожей. Забрался под одеяло, постучал для юмора зубами, показывая, что тоже замерз. Глядел на нее и ждал. Она пила кофе не спеша.

И думала примерно так: хочу я все вспомнить или не хочу? Если хочу, нужно пробовать все варианты. Вдруг в момент сближения с этим Васенькой ее озарит? В конце концов, ее тело, судя по всему, не раз было в Васенькином владении, почему бы и сейчас… (Рука Васеньки стала гладить ее нетерпеливо и довольно бесцеремонно, как свою собственность.) Влечения — ноль. Вернее — минус. Он не нравится ей, этот Васенька. У него лицо не очень умного человека. Он слишком деловито и привычно уложил ее в постель. Лысина его не нравится…

— Ну, все? Все? — спросил Васенька, заглядывая в чашку. — Уже лучше? Лучше уже?

Взял чашку из ее руки, поставил на пол.

— А теперь я буду греть тебя, теперь я тебя согрею, я весь горячий, сейчас почувствуешь, — зашептал он, пытаясь снять с нее кофточку. — В чем дело? — удивился, почувствовав сопротивление.

— Ни в чем. Бывает, что женщина не может?

— Бывает. Но у тебя это было две недели назад.

— Я не про это. Я… Ну… Состояние души.

— Тем более! — воскликнул Васенька. — Сейчас у тебя будет другое состояние души!

— Я не хочу.

— С ума ты меня сводишь.

— У меня проблемы. Я думаю о них.

— И думай. Голова думает, а остальное-то свободно!

— Ты в состоянии немного подождать?

— В состоянии, — сказал Васенька и обиженно лег на спину. И заговорил раздраженным голосом: — Проблемы! Ты стала совсем как Игорь твой! У него всю жизнь проблемы! А почему? Потому что слишком много хочет. А что народ говорит? Народ говорит: кто много хочет, тот мало получит! Если уж актером быть, то только гениальным! Если зарабатывать, то миллионы! Ну и сидит на кукане! Лично я никогда не собирался гениальным актером быть. Я умею перестраиваться. Я не мечтаю, а вкалываю. В тридцать лет переучился? Переучился. Компьютерщиком стал? Еще каким, и даже курсы веду. Для всех по выходным, для тебя дополнительно — в понедельник. (Он хохотнул самодовольно.) Надо оргтехнику продавать? Продаю. Надо ремонт машин освоить? Освоил. Мастер на все руки! Что, не так? Я не позволяю себе впадать в депрессии там всякие, как твой Игорь. Извини, конечно. Слишком большая роскошь по нашим временам. Он просто дурак, извини. Я бы ради такой женщины все сделал. И вообще, в любое время и в любых обстоятельствах нужно уметь находить радость. Мы ведь нашли радость друг для друга? Так ведь? Так?

— Так, так, — подтвердила Лиза, радуясь, что Васенька в похвальбе своей выложил довольно много информации. Он тоже из актеров. Скорее всего они вместе учились. Кроме дополнительного понедельника, он обучает ее и в самом деле работать с компьютером: она что-то смутно помнит. Зачем ей это нужно? Собирается тоже уйти из театра? Не ради же только встреч с Васенькой она пошла на эти курсы!

Больше информации не поступило: Васенька умолк. Явно чего-то ждет. То есть не чего-то, она знает, чего он ждет. Она даже честно пытается уговорить себя. И не получается. Она не чувствует ничего, кроме неприятного ощущения, что рядом лежит чужой голый мужчина.

Может, попробовать поссориться с ним?

Надо нащупать тему, предмет для возможного раздора.

— Послушай, — сказала Лиза. — Вот ты говоришь, что на месте Игоря все для меня сделал бы. А что тебе мешает быть на его месте?

— Что это с тобой? — удивился Васенька. — Разве не я тебе это предлагал? Разве не ты сказала: невозможно? Нашу квартиру не разменять, вашу тоже, жить негде, дочь еще не выросла. Куча причин и отговорок! Не ты говорила? Не ты?

— Да, ты предлагал. Потому что знал, что я откажусь, — со странной уверенностью сказала Лиза.

— Ничего я не знал.

— Хорошо. Теперь я согласна.

— Ты серьезно?

— Вполне.

Васенька поерзал и сказал:

— Да, но, как ни печально, проблемы действительно есть. Нашу квартиру можно, к примеру, обменять на однокомнатную и комнату. Вашу — тоже. По однокомнатной мы оставляем им, сами берем по комнате и тоже меняем ее на однокомнатную. Но в самом деле, как твой балбес будет жить в одной комнате со взрослой дочерью? Она не захочет. Она сбежит куда-нибудь. И мой сын тоже ведь вырастет…

— Не надо ничего менять. Заработай. И купим двухкомнатную квартиру. И возьмем Настю к себе.

— Ты издеваешься? Ты знаешь, сколько сейчас двухкомнатная стоит? А я, извини, не ворую, не спекулирую, я зарабатываю деньги исключительно головой и руками. А головой и руками заработать сейчас нельзя! И даже если заработаю, ладно. Но я тебе честно должен сказать: я люблю тебя, но с дочерью твоей мне будет трудно. Понимаешь, я совестливый слишком. Я буду мучиться, что рядом, в заботе и ласке, чужой, извини, ребенок, а мой собственный — со стервой матерью где-то там… Я изведусь весь.

— Значит, я правильно угадала? Ты предлагал, но не собирался в действительности ничего делать?

— Я собирался! И собираюсь! Но надо подождать. Насте будет восемнадцать, можно отправить ее куда-то учиться…

— Да, конечно! Потом сын твой вырастет. А самое лучшее дождаться, когда дочь выйдет замуж, сын женится, мой муж и твоя жена выйдут на пенсию. Гуляй — не хочу!

Она добилась, чего хотела: Васенька обиделся.

Он встал и начал одеваться.

И тут в двери кто-то стал орудовать ключом.

Васенька с вытянувшимся лицом прошептал:

— Машка? Не может быть. Почему так рано? Быстро вставай! На кухню! Чашку захвати! Налей себе кофе! И мне!