Габриэлла Лопез - Клон. История любви

— У отца никого нет! — покачал головой Лукас. Иветти удивилась.

— А я пришел звать тебя на свою свадьбу! Пусть приходят и твои подруги: Норма и Лауринда. Я женюсь на подружке Диогу, — продолжал Лукас.

— Что ты делаешь с собой? Одумайся! Ты поменял свою жизнь на жизнь Диогу? Зачем? — изумилась Иветти.

Но юноша не ответил. Он был поглощен свой новой жизнью.

Латиффа случайно подслушала этот разговор в магазине мужа. Мохаммед весело болтал с покупательницами — двумя девушками. Ревнивая Латиффа стояла рядом и услышала, как одна из них, выбрав кулон, заявила, что наденет его на свадьбу Лукаса. И Латиффа тотчас позвонила в Фес, доложив все Зорайде.

Жади расплакалась.

— Это урок, который преподал тебе Аллах, — изрек мудрый дядя Али.

Но Жади не слушала его, умоляя Зорайде рассказать все подробности.

— Скажи, на ком он женится? На этой Маизе?! — в отчаянии говорила Жади.

— Какая теперь разница? — пожала плечами служанка.

— Большая! Если на ней, то это значит, они встречались, когда мы уже были вместе! Значит, из-за нее он побоялся сбежать со мной! — Жади напоминала одержимую. Она сверкала диковатыми глазами. — Мне нужно знать!

Но Зорайде и сама не знала имени невесты и только вздыхала, с жалостью глядя на Жади.

В доме Али готовился праздничный ужин, которым начинался пост. Назира возлежала на тахте с задумчивым и нарочито несчастным видом. Она демонстративно отказывалась от любой еды.

— Вы уже несколько дней не едите, скоро на ноги встать не сможете, — Зорайде переживала и за Назиру.

— Если я не смогу стать счастливой, то лучше умру! — с пафосом провозгласила Назира.

И едва служанка отошла в сторону, тотчас начала жевать хлебцы, спрятанные под подушкой.

— В следующем году за столом в месяц Рамадан будут и наши дети, — сказал Саид Жади, сидевшей рядом с ним и постоянно что-то жевавшей.

— Не знаю. Со мной что-то не так… Знаешь, иногда мне кажется, что я бесплодна, что у меня не будет детей… Если ты хочешь взять другую жену, то я не возражаю, — Жади заулыбалась.

— Мне не нужна другая жена, я люблю тебя, — муж нежно поцеловал ее.

Жади сидела, как на иголках, и ей удалось не заметно ускользнуть в прихожую. Она торопливо набрала номер Лукаса. Трубку взяла Далва.

— Алло, кто это? — она закрыла трубку рукой. — Похоже, международный звонок…

Лукас сразу поднял голову от списка приглашенных.

— Лукас дома? — неуверенно шептала в трубку Жади.

— А кто его спрашивает? — нянюшка покосилась на Лукаса.

— Это меня? — спросил он, но служанка не ответила.

— Жади, скажите ему, это Жади… — пролепетала бедняжка.

— Его нет, он ушел с невестой, — Далва вложила в голос столько язвительности и ненависти, что Лукас невольно всерьез заинтересовался, кто звонил.

Жади залилась горькими слезами.

— А ты ждал звонка из-за рубежа? — хитро спросила Маиза у своего жениха.

Он растерянно молчал. Его выручила няня, заявившая, что спрашивали Леонидаса, и, наверняка, Иветти.

— Я… не-е-ет — наконец протянул Лукас. Маиза улыбнулась и посмотрела на Далву, та ей подмигнула. Выражение лица Маизы сразу изменилось, она поняла, кто звонил и кому…

— Ты помнишь, что происходит с женщиной, которая обманула мужа? Ее выводят на площадь и бьют плетьми, а потом сажают в тюрьму! И все это из-за мужчины, который собирается жениться на другой! О, Аллах! — бедная Зорайде пыталась внушить Жади хоть каплю разума своими нравоучениями.

Ведь если раньше она находилась под защитой дяди Али, то теперь Назира, Саид и Абдул не будут с ней церемониться. Но для Жади главное было узнать, обманывал ли ее Лукас.

— Я разведусь, Зорайде, разведусь! Если я не вышла замуж за любимого, то я останусь одна! — закричала Жади.

— Саид никогда не согласится на развод, а если даже он тебя отпустит, то на что ты будешь жить?!

— Я буду учиться! Буду работать!

Зорайде не понимала, почему Жади не может оценить своего счастья и любви к ней мужа, но та оставалась непреклонна.

— Согласится и отпустит, потому что я обману его! Я заставлю его поверить, что счастлива с ним! Разве не ты меня учила, что если ты слабее, то должна не ссориться, а подчиняться?! Ну вот, я так и буду делать! Я заставлю Саида дарить мне драгоценности, а когда их будет много, я уеду, и никто больше не услышит про меня!

— Бедный Саид! — вздохнула служанка.

— Никто не пожалел меня, Зорайде, и мне теперь тоже никого не жалко!

И уже на следующий вечер Жади танцевала для Саида в черном одеянии, с мечом, стараясь пленить мужа еще больше.

Зорайде вновь согласилась на уговоры Жади погадать ей. Жади умоляла сказать, получит ли она свободу, будет ли счастлива в гордом одиночестве, но служанка лишь обронила, что Жади придется выбрать между человеком у зеркала и человеком, который отражается в нем.

— Бойся зеркал! Буря, которая перевернет твою жизнь, родится в зеркале! — предостерегла ее Зорайде, но Жади не прислушалась к этим малопонятным словам.

А буря уже рождалась…

Иветти пришла в ресторан с Жоржи Луисом. В стороне от них, за столиком, одиноко сидел Леонидас и смотрел на счастливую пару. Иветти тоже заметила его и подошла к нему.

— Я один, твое место не занято… И никогда не будет занято, — сказал ей Леонидас в ответ на вопрос о том, где его новая невеста.

Иветти открыла рот от удивления.

— Может быть, ты хочешь сказать, что все еще любишь меня?!

Леонидас кивнул в сторону Жоржи Луиса, который уже расплачивался с официантом, собираясь уйти.

— Твой друг явно недоволен, тебе лучше вернуться к нему.

Иветти задумчиво переводила взгляд со своего «львеночка» на журналиста и, наконец, решила послушаться Леонидаса.

— Это… — начала она, подойдя к Жоржи.

— Знаю, это Леонидас Феррас, — прервал он ее. — Я подумал, что ты пересела к нему.

Вечер был безнадежно испорчен самой Иветти. Она несла глупости. В машине с Жоржи Луисом рассказывала ему о «львеночке», и журналист не выдержал и высадил ее. Она поймала такси и поехала обратно в ресторан, но и там ее ждало разочарование, — «львеночек», конечно, уже исчез.

Перед родами Деуза ушла из дома, оставив Иветти записку, и стала ловить такси. По дороге она вспомнила слова Албиери о том, что ей лучше рожать в его присутствии. Терзаясь сомнениями, она вышла у приюта милосердия, но не пошла туда, а позвонила из автомата Албиери. И доктор кинулся ей на помощь. — Я всегда следую велениям своей совести, хотя они далеко не всегда совпадают с общепринятыми моральными нормами, — заявил профессор, забрал Деузу с собой, посадил в машину и повез в больницу, где когда-то родились Лукас и Диогу.