Джулия Гарвуд - Провинциальная девчонка

– Мистер Фриленд?

Имя показалось Тео знакомым, но он так и не вспомнил, где мог его раньше слышать.

– Учитель музыки в средней школе, – подсказала Мишель. Черри повела их через гостиную и уголок, выгороженный для столовой. Обстановка была самая убогая, а мебель – вытертая. Маленькую кухню загромождали длинный дубовый стол и десять разномастных стульев.

Дарил уже ждал их. Сидя во главе стола, он кормил бананом малыша, устроившегося на высоком стуле. К сожалению, больше желтой массы оказывалось на его лице и ручонках, чем во рту. При виде матери ребенок расплылся в беззубой улыбке. Но тут вошла Мишель. Мальчик немедленно нахмурился. Нижняя губка задрожала.

Девушка, не пытаясь подойти ближе, пообещала:

– Сегодня никаких уколов, Генри.

Парнишка залился слезами. Черри похлопала сына по ручке и утешила горстью «Чириоз» <Овсяные хлопья с витаминно-минеральными добавками>, положенных перед ним на подносик.

– При каждой встрече я делаю Генри больно, – пояснила Мишель. – Придется нанять медсестру, которая делала бы уколы. Конечно, когда я смогу себе это позволить.

– Не обращайте на него внимания. Через минуту-другую он сообразит, что на этот раз вы пришли не к нему, – посоветовала Черри.

Дарил встал и протянул руку Тео. Мишель познакомила мужчин. Оказалось, что левая рука Дарила была забинтована до самого локтя.

– Почему бы вам не сесть рядом с доктором Майк, около этой стопки бумаг, – предложила хозяйка, – пока она посмотрит руку Дарила.

Дарил, не столь деликатный, подвинул документы поближе к Тео.

– Большой папочка Джейк считает, что вам это может быть интересно… раз уж вы адвокат и все такое…

Тео мигом распознал ловушку, но все же кивнул и уселся. Мишель тоже поняла, что происходит, но послушно сделала вид, будто осматривает руку Дарила. Проверив цвет его пальцев, она спросила:

– Меняете повязку каждый день?

– Да, – бросил тот, не сводя глаз с Тео. – Черри об этом заботится.

– У нас еще остались бинты, которые вы приносили нам на прошлой неделе, – пояснила Черри, как и муж, пристально глядя на Тео и нервно комкая в руках передник. Мишель решила помочь хозяевам.

– Дарил работал на сахарном заводе братьев Карсон.

– После несчастного случая они меня уволили. Избавились и концы в воду, вот что они сделали, – добавил Дарил, потирая подбородок.

– Несчастный случай произошел с вами на работе? – уточнил Тео.

– Так оно и было.

– Дарил двадцать два года там проработал, – вставила Черри.

– Верно, – подтвердил муж. – Начал в тот день, когда мне исполнилось семнадцать.

Тео наскоро произвел мысленные вычисления и потрясенно осознал, что хозяину всего тридцать девять-сорок. Не больше. А выглядит на десять лет старше. Такой же потрепанный, как и дом. В волосах седые пряди, на правой ладони вечные загрубелые мозоли, плечи сгорблены.

– Расскажите, как это случилось.

– До или после того, как вы посмотрите эти бумаги? – спросил Дарил.

– До.

– Постараюсь покороче. Я стоял за прессом, это такая большая машина, без которой на заводе не обойтись. Перед этим я предупредил Джима Карсона, что он неисправен и следует временно отключить его и отремонтировать. Только тот не послушал. Ясное дело, деньги тратить никому неохота. Это-то я понимаю. И все же зря он от меня отмахнулся. Так или иначе, я делал свое дело, и вдруг приводной ремень лопнул, и вся чертова штука обрушилась на меня. Всю руку размозжила, ни одной целой кости, верно, Майк?

– Почти, – согласилась девушка, все еще стоявшая над больным. Ей показалось, что это его нервирует. Поэтому она подвинула стул и села между ним и Тео.

– Вы сами оперировали? – спросил он Мишель.

– Не я, – покачала головой девушка.

– Доктор Майк улестила хирурга-ортопеда в Новом Орлеане. Он меня и починил, – пояснил Дарил.

– Хорошая работа, верно, Дарил? – добавила Черри.

– Уж это точно. Сохранил мне все пальцы. Я уже могу ими двигать.

– Настоящее чудо, – вторила Черри.

– Джим Карсон пришел в мою палату. Но не для того, чтобы навестить, – продолжал Дарил. – Заявил, что с моей стороны было преступной небрежностью работать на неисправном прессе. Мол, я обо всем знал и все же включил машину. Назвал меня бездельником и выгнал.

– А на этом заводе есть профсоюз?

– О нет, братья Карсон скорее закроют завод, прежде чем допустят туда профсоюз. Жалуются, что едва сводят концы с концами, так что еле на выплату жалованья хватает, а если придется иметь дело с рабочими, которые еще и указывают, что делать, тогда уж лучше сразу свернуться.

– Они всегда угрожают уйти на покой и закрыть завод, если кто-то будет воду мутить, – вмешалась Черри. Она давно уже оставила в покое передник и подошла к раковине, чтобы намочить тряпку и вытереть ребенку личико.

– У вас есть ручка? – обратился Тео к Мишель. – Мне нужно сделать кое-какие заметки.

Девушка открыла сумку и порылась в инструментах. Тео заметил, что малыш наблюдал за Мишель с выражением, которое можно было назвать не иначе, как комически подозрительным.

– Генри вам не доверяет, – ухмыльнулся Тео. Мальчик повернулся к нему и улыбнулся. На подбородок капали слюни.

Пока мать пыталась отмыть банан с его пальчиков, Мишель вручила Тео блокнот и ручку. Тот надел очки и принялся писать.

– А как насчет выходного пособия? – осведомился он.

– Джим сказал, что их страховочные взносы вырастут, если я предъявлю претензии, и что мне все равно ничего не полагается, поскольку несчастье произошло по моей вине.

– Дарил беспокоится о других рабочих, – пояснила Черри. – Если Джим Карсон закроется, все останутся без работы.

Тео понимающе хмыкнул и снова принялся читать документы. Разговор немедленно прекратился. Супруги выжидающе смотрели на него. Тишину нарушало только хлюпанье грызущего кулачок младенца.

– Вы подписывали какие-то бумаги насчет увольнения? – осведомился Тео.

– Никаких.

– Не забудь сказать Тео об адвокате, – напомнила Черри.

– Я как раз к этому подхожу. Джим подослал ко мне Френка Триппа.

– Все прозвали его Паразитом, – усмехнулась Черри, помешивая жаркое. – Причем зовут так прямо в лицо. Мы не привыкли говорить гадости за глаза. Пусть знает, что мы о нем думаем.

– А теперь успокойся, Черри, и дай мне докончить, – Мягко попросил Дарил. – Френк – адвокат из Сент-Клера, не сиди я в своем доме, ей-богу, сплюнул бы при поминании о нем. Настоящий мошенник, что ни говори, а его партнер Боб Грин – того же поля ягода. Они открыли контору и работают на ежемесячных… как это сказать, Черри, душенька?