Развод. У него была другая жизнь - Лея Вестова
— Простите, — произнес он тихо. — Вам не стоило становиться свидетелями этого. Катя, я позвоню тебе. Если ты согласишься поговорить.
— Посмотрим, — ответила Катя прохладно, но я видела, что она старается не выдать своих эмоций. — Мам, пойдём. Нам тут больше нечего делать.
Она потянула меня за рукав, и я была готова последовать за ней, когда вдруг поймала взгляд Андрея. И что-то в этом взгляде заставило меня замереть. Загнанность, усталость, почти отчаяние — так на меня смотрел совсем другой Андрей, не тот самоуверенный бизнесмен, с которым я прожила пятнадцать лет. И уж точно не тот холодный, отстранённый человек, каким он был последние месяцы нашего брака.
— Андрей, — вырвалось у меня прежде, чем я успела обдумать свои слова. — Ты в порядке?
Глупый вопрос. Конечно, он не в порядке. Но он понял, что я имею в виду. Его взгляд на мгновение потеплел:
— Справлюсь. Как всегда.
Я кивнула, не зная, что ещё сказать. Ирина стояла рядом с ним, бледная, с сжатыми губами, словно каждая секунда нашего разговора причиняла ей физическую боль. Андрей взял её под локоть, не грубо, но решительно, и они направились к выходу из торгового центра. Толпа медленно расступилась, а затем так же медленно рассеялась, разочарованная, что представление закончилось.
— Вот это встреча, — пробормотала Катя, глядя им вслед. — Не думала, что они так публично поссорятся.
— И это не наше дело, — я обняла её за плечи. — Пойдём домой, милая.
Она кивнула, прижавшись ко мне, и впервые за долгое время не стала отстраняться, когда я поцеловала её в макушку. Мы направились к выходу, не говоря больше ни слова. Но мои мысли продолжали крутиться вокруг увиденного, вокруг выражения глаз Андрея, вокруг его усталого вида.
Вина — эта эмоция, которую я знала слишком хорошо, вдруг вскинулась во мне как змея. Я не должна сочувствовать человеку, который разбил нашу семью, предал меня и Катю, выбрал другую женщину. И всё же... что-то в его лице, в его глазах, заставляло меня думать, что не всё так просто…
«Не твоё дело, Ольга», — строго сказала я себе. — «Не твой мужчина, не твои проблемы».
Андрей взрослый человек и должен был сам разбираться с последствиями своих поступков.
Глава 20
Звонок Андрея в тот же день поздним вечером после злополучной встречи в торговом центре застал меня врасплох. Несколько секунд я просто смотрела на экран, размышляя, брать ли трубку. Катя уже спала, мама смотрела свой любимый сериал в гостиной.
— Алло, — мой голос прозвучал более сдержано, чем я ожидала.
— Ольга, — его голос звучал глухо, будто он говорил откуда-то издалека. — Прости за поздний звонок. Нам нужно поговорить.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Эта фраза никогда не предвещала ничего хорошего.
— О чём? — спросила я, перейдя на кухню, чтобы не беспокоить маму.
— Не по телефону, — он помедлил. — Можем встретиться завтра? В кафе «Бристоль»? В двенадцать?
«Бристоль» — небольшое кафе недалеко от моей работы. Тихое, неприметное место, где вряд ли встретишь знакомых. Место, куда мы иногда заходили в начале наших отношений, когда были просто парой, без обязательств, без общего прошлого.
— Зачем?
— Я должен тебе кое-что объяснить, — он говорил медленно, словно тщательно подбирая слова. — Это важно.
Я закрыла глаза, опираясь о кухонный стол. Сколько раз я представляла этот разговор — Андрей звонит, хочет встретиться, объяснить свой поступок, попросить прощения... Но сейчас, когда это действительно происходило, я чувствовала только усталость.
— Хорошо, — наконец сказала я. — Завтра в двенадцать.
— Спасибо, — в его голосе прозвучало искреннее облегчение. — До завтра.
О звонке я никому не сказала. Даже маме, которая, заметив мою задумчивость, спросила, всё ли в порядке. «Просто устала», — солгала я, и она не стала настаивать. А потом я долго лежала без сна, глядя в потолок, пытаясь представить, что такого важного хочет мне сказать Андрей.
Я пришла в кафе на пять минут раньше назначенного времени, но Андрей уже ждал за столиком в дальнем углу, у окна.
— Привет, — он поднялся, когда я подошла к столу. Неловкий момент — мы оба не знали, как приветствовать друг друга. Рукопожатие? Поцелуй в щеку? В итоге всё ограничилось кивком.
— Спасибо, что пришла, — он говорил тихо, почти шёпотом. — Я бы выпил кофе. Ты?
— Давай, — согласилась я, присаживаясь напротив.
Мы заказали кофе молодой официантке, после чего наступила неловкая пауза. Андрей смотрел в окно, на проезжающие машины, я — на свои руки, нервно теребя кольцо, то самое обручальное, которое почему-то до сих пор носила, вопреки всему.
— Как Катя? — наконец спросил он.
— Нормально, — ответила я. — Учится хорошо. Нашла подработку — помогает младшим школьникам с английским.
— Подработку? — он нахмурился. — Ей же всего четырнадцать. Вам не хватает...
— Дело не только в деньгах, — перебила я. — Ей нравится. Это развивает ответственность.
Он кивнул, но я видела, что ему неловко. Разговор не клеился, и я уже начала жалеть, что согласилась на эту встречу, когда принесли кофе.
— Ольга, — Андрей обхватил чашку обеими руками, словно пытаясь согреться, — то, что я хочу тебе рассказать... это сложно. И я прошу только выслушать меня до конца. Не перебивать. А потом решать, что думать и что делать.
Я кивнула, ощущая, как внутри нарастает тревога.
— Помнишь, когда у твоей мамы случился инсульт? — он смотрел мне прямо в глаза. — За две недели до этого я получил результаты обследования. У меня диагностировали рак.
Кофе в моей чашке шевельнулся, расплескиваясь на блюдце. Я даже не заметила, как дёрнулась рука.
— Что? — мой голос прозвучал неестественно высоко.
— Рак щитовидной железы, — повторил он тише. — Я проходил полное обследование, знаешь, как обычно, ежегодный чекап. И там обнаружили. Сначала подозрение, потом биопсия, потом диагноз... Всё случилось быстро. Слишком быстро.
Я смотрела на него, не в силах поверить. Рак? У Андрея? У моего мужа, всегда такого здорового, крепкого, уверенного в себе? Это казалось невозможным, нереальным.
— Но... почему ты ничего не сказал? — вырвалось у меня прежде, чем я вспомнила о его просьбе не перебивать.
Он горько усмехнулся.
— Я собирался. Правда. Искал подходящий момент. А потом у твоей мамы случился инсульт, и ты была так... так поглощена заботой о ней. Ты буквально жила между домом и больницей, Оля. Какое право я имел добавлять тебе ещё и свои проблемы?
Я вспомнила те дни — как я разрывалась между работой, больницей, домом. Как Андрей стал
