Подари мне ребенка - Инна Инфинити

- Оказалось, там работает главбухом моя бывшая жена.

За нашим столом воцаряется гробовая тишина. Мы с Женей и Костей переглядываемся.

- Юля-пила?! - восклицает Женя.

- Юля что? - не понимает Матвей.

Пихаю Женю ногой под столом.

- Пила, - отвечает за него Костя. Я мысленно матерюсь. Матвей никогда не разрешал критиковать его жену, даже когда развёлся с ней. Если он узнает, какое прозвище мы ей дали, набьёт нам морды. - Ну, она же пилила тебя все время, - продолжает Костян. - Мы с ребятам прозвали ее пилой.

Матвей таращится на нас, потеряв дар речи.

- Ну, это давно было, - говорю, пытаясь спасти ситуацию. - Когда она запрещала тебе с нами видеться. Но когда ты развёлся, мы перестали так ее называть.

- Вы охренели называть мою жену пилой?! - агрессивно возмущается.

- Да не называем мы ее так!

- К тому же она твоя бывшая жена, - добавляет Костя, делая акцент на «бывшей».

Матвей зло стискивает в руке стакан с пивом.

- Так что ты хотел рассказать? - стараюсь перевести тему. - Ты купил компанию, а там Юля работает?

- Да, - буркает.

- Даже не знаю, что меня больше удивляет, - Женя делает глоток из стакана. - Что ты случайно встретил Юлю через несколько лет после развода или что Юля работает. Ты сказал, она главный бухгалтер?

Мы с Костей обмениваемся взглядами. Надеюсь, Матвей не заметил в интонации приятеля двойной смысл. Дело в том, что когда Матвей и Юля были женаты, она не работала. Вообще. Сидела целыми днями дома и в прямом смысле ни хрена не делала. Из-за круглосуточного ничегонеделания у Юли ехала крыша, и ей мерещилось, что Матвей изменяет. А друг ещё защищал ее: Юлечка много по дому делает, полы моет, борщ варит. Это же так тяжело и совсем несовместимо с работой.

- Да, она главбух, - к счастью, Матвей не заметил подоплёки. - И я теперь не знаю, что мне делать. Если я ее уволю, то это будет как-то по-детски, что ли. Типа я ей мщу. А с другой стороны, так как я сейчас объединяю компании, то с главбухом мне нужно коммуницировать каждый день. Если б она была простым бухгалтером, то ещё ладно, можно было бы не замечать ее. Но она главный бухгалтер! Я не могу игнорировать главного бухгалтера, особенно в период слияния компаний.

- Увольняй, - категорично заявляет Женя. - Или продавай компанию обратно. В общем, что хочешь делай, но чтобы Юли возле тебя не было. Иначе ты опять…

Я не даю Жене договорить, снова пихая его под столом. Наверняка он хотел сказать «иначе ты опять превратишься в подкаблучника».

- Иначе я опять что?

- Иначе ты опять не будешь с нами видеться, - быстро нахожусь с ответом. - Когда ты был женат, ты почти перестал общаться с нами.

- Потому что когда есть семья, приоритеты другие. Вам не понять, потому что у вас семьи никогда не было. Вы привыкли тусоваться, часто менять девушек. Вы не понимаете, что значит, когда есть обязательства перед человеком. Жена - это самый главный человек…

Матвей продолжал бы тираду дальше, но Женя с Костей демонстративно зазевали.

- Да ну вас, - Матвей бросил на стол смятую салфетку, давая понять, что больше не хочет говорить.

- У меня тоже ситуёвина…. - грустно говорю. Не то чтобы я хочу пожаловаться на жизнь, но тяжело носить все в себе. - От меня беременны две девушки.

Женя давится пивом, Костя выплевывает его обратно в стакан, а Матвей замирает с поднесённым ко рту кольцом кальмара.

- Что?! - восклицают втроем одновременно.

- От меня беременны две девушки, - повторяю.

Друзья в шоке замолкают.

- Это как?! - Матвей первый прерывает долгое молчание за столом.

- Ну, с одной запланированно, со второй нет….

- В смысле запланированно? - удивляется Женя. - У тебя разве есть постоянные отношения?

- Нет. Это Таня. Мы с ней решили родить совместного ребёнка.

Матвей и Женя поверхностно знают Таню, поскольку в студенчестве она иногда приходила на наши тусовки. Костя один или два раза тоже ее видел.

- Зачем?

- Ну, мы взрослые люди и захотели ребёнка. Что вас удивляет?

- Всё.

- Так у Тани же кто-то был, - вспоминает Костя.

Ах, как же я забыл, что Костян к ней подкатывал. Но Таня тогда уже встречалась с Захаром, поэтому дала Косте от ворот поворот.

- Она рассталась с ним.

- Да? - удивляется. - А почему ты мне об этом раньше не сказал?

В груди вспыхивает неприятное чувство. Оно быстро разрастается по всему телу, начинает пожирать меня. Это… ревность?

- А тебе зачем? - спрашиваю с претензией.

- Между мной и Таней пробежала искра, но она тогда была в отношениях, так что у нас не сложилось. Но раз теперь она свободна…

- Никакой искры между вам не было! - перебиваю. - И Таня не свободна. Она ждет ребёнка от меня.

Костя недовольно цокает.

- Опять я опоздал, - с сожалением.

- А вторая кто? - влезает в нашу с Костей перепалку Женя.

Вздыхаю.

- Помнишь, у нас в больнице работала медсестра, Илона?

Женя прищуривается, вспоминая.

- Сисястая брюнетка?

- Да.

- Помню, - пару секунд таращится на меня. - Ты что, мутил с ней?!

- После того, как она уволилась, - спешу оправдаться перед начальником. Женя не поддерживает служебные романы, хотя среди врачей они очень распространены. Считает, что отношения на работе мешают трудовому процессу. В принципе, я согласен, поэтому никогда не вступал в связи с женщинами-коллегами по больнице.

- Так-так, это интересно. И как же ты умудрился с двумя одновременно?

- С Таней мы планировали, а Илона проколола презервативы, чтобы специально от меня забеременеть. Думала, так я на ней женюсь.

Женя присвистывает.

- И правда ситуёвина. Что думаешь делать? Правда, что ли, женишься?

Не успеваю ответить, как Костя перебивает:

- Серёг, не вздумай жениться на такой бабе. Она будет хуже матвеевской Юли.

- Что значит хуже моей Юли? - тут же щетинится Матвей. - При чем тут вообще моя Юля?

- А чего это ты уже называешь ее «моя»?

Матвей осекается.

- Я не собираюсь жениться на Илоне, - вступаю в разговор, пока Костя и Матвей не поругались. - Я так и