Богатая и любимая - Елена Зыкова

Мотоциклист охраны догнал автомобиль Даши, с могучим ревом мотора обогнал «БМВ» и занял свое прежнее место в эскорте. Он махнул рукой, обозначив тем самым, что все в порядке.

Сергеев сказал, облегченно вздохнув:

— Слава богу. Я думал, что он шею себе свернул. Малашенко вступился за приятеля:

— Васька почти чемпион страны по мотокроссу. Так просто шею сворачивать ему не положено по его чемпионским званиям. Вы отпустите его, Николай Александрович, на чемпионат мира в Японию? Через месяц?

— Отпущу.

Следом за мотоциклистом Малашенко сбросил скорость, затем соскользнул с шоссе на боковую дорогу, и они тут же оказались в густой тени высоких сосен. Еще через километр вдоль этой дороги потянулись заборы, а за ними просматривались особняки. Разностильные: у кого под бунгало, у кого под альпийское шале, а кто попросту срубил здоровенную русскую северную избу — в три этажа, е широкими окнами, солярием на крыше. Почти на каждых воротах или на углах ограды можно было разглядеть камеру слежения. Даша спросила растерянно:

— Николай Александрович, а кто здесь живет?

Сергеев пожал плечами.

— Состав пестрый. Бизнесмены, банкиры. Авторитеты из уголовной братвы. Чиновники из администрации президента. А недавно поселился цыганский барон. У кого есть деньги или хоть сколь-нибудь значимая властишка — тот сюда и устремляется.

— Ничего себе соседи!

— Не волнуйтесь, Дарья Дмитриевна. Тут не принято ходить друг к другу в гости. Все живут за своими заборами, за спиной своей охраны и контактов с соседями не поддерживают.

— Как на подводной лодке.

— Точно.

— Но это же сдохнуть с тоски можно!

— Хорошо, что вы мне напомнили. С тоски вы не умрете. В вашем доме есть прислуга. Супружеская пара, беженцы из Таджикистана. Всю зиму они приглядывали за домом, сами живут во флигеле. Они проверены и мной, и официальными службами. Абсолютно надежны. Если хотите, смените их на каких-нибудь своих знакомых или родственников, которым доверяете.

— У меня нет здесь ни знакомых, ни родственников.

— Тем лучше, наверное.

— Чем лучше?

— А тем, что никто не будет назойливо прилипать к вам, просить постоянно помощи, клянчить подачки, пользоваться вашей добротой, а в конечном счете — продадут вас за копейку!

— Да, Николай Александрович, — грустно произнесла Даша. — Страшную вы прожили жизнь.

— Какая досталась, я не жалуюсь.

Мотоциклист резко остановился с заносом заднего колеса и дал громкий сигнал. Через несколько секунд ажурные ворота, врезанные в высокую ограду из железных прутьев, плавно отошли в сторону. Следом за мотоциклистом Малашенко прокатил машину по короткой аллее и остановился у высоко крыльца особняка.

Даша вышла из машины и оглянулась.

Да-а, братишка жил с размахом. Особняк был оригинальным, точнее сказать — несколько американизированным. За стеклянными стенами под плоской крышей голубела ванна просторного бассейна. С южного бока особняка пристроен зимний сад — с пальмами и диковинными, яркими цветами. Этому зданию стоять бы где-нибудь в Калифорнии, в Голливуде, на холмах Беверли-Хилз.

Пока ехали, Даша побаивалась, что увидит замок в стиле «новых русских». С дурацкими башнями, нелепыми эркерами и прочей безвкусицей. Ан нет! В особняк брата можно было без стеснения приглашать хоть королеву Великобритании. Наполовину застекленный, словно парящий в воздухе, он гармонично вписывался в окружающую его сосновую рощу.

Ворота за спиной Даши начали было закрываться, но снова пошли назад. Джип охраны вкатил на подворье, и охранники выбрались из машины. Даша окликнула их:

— Ну что там с пострадавшим?!

Рослый охранник небрежно отмахнулся:

— Давно известно, что детей и пьяниц охраняет специальный ангел-хранитель. Отвезли в больницу, ногу он, судя по всему, сломал. Но бодр и весел. Оклемается.

От флигеля, аккуратно притулившегося под соснами, метрах в пятидесяти от особняка, подошли к Даше двое — немолодые мужчина и женщина, неуверенные и даже испуганные.

— Разрешите представить, Дарья Дмитриевна, — произнес Сергеев. — Бушков Валентин Иванович, Бушкова Тамара Николаевна. Они и приглядывают за вашим хозяйством.

— Здравствуйте, — в один голос проговорили супруги.

— Добрый день, — ответила Даша и хотела добавить что-то ободряющее (уж больно у супругов был робкий вид), но вмешался Сергеев:

— Я поеду на фирму, Дарья Дмитриевна. Дела не разгребешь. Бушковы вам все покажут и объяснят, что к чему. — Он оглянулся и позвал: — Малашенко, поехали со мной за наградой. Грефа здесь вполне хватит.

Даша уже приняла решение, — будет жить здесь до снега, а может быть, останется и зимой. Крикнула:

— Андрей, будешь возвращаться, привези сюда Джема!

— Само собой.

— И загляни в больницу, проведай этого парня, которого мы сбили по дороге!

На это Малашенко только плечами пожал и полез за руль «БМВ».

Внутренний интерьер особняка оказался строгим, выдержанным в классическом стиле. Здесь было немного неуютно, но на аристократический лад изысканно, тут уж ничего не скажешь. Более всего Дашу порадовали два камина: один, большой (барана можно зажарить), — в просторной гостиной, другой, маленьким, — в рабочем кабинете. Она тут же представила себе, как зимой за стеклянной стеной свирепеет трескучий мороз, а у нее в кабинете горят дровишки в камине, — открытое пламя всегда радует душу.

Греф перехватил Дашу, когда она, едва не задыхаясь от восторга, обследовала бассейн. Даже вышка для прыжков в воду установлена!

Греф весело сообщил:

— Бушковы накрыли стол к нашему приезду. Владимир Дмитриевич обычно трапезничал на кухне, так что они придержались его традиций. Но могут все перебросить и в столовую. Ты как прикажешь?

— Не надо. Я всю жизнь только на кухне и питалась.

— Хорошо, я пойду скажу им, чтоб разогрели в духовке гуся. Холодный он не очень-то вкусный. Уж больно жирный оказался, мерзавец.

Греф вышел из бассейна, а Даша не утерпела — бассейн выглядел слишком соблазнительным, чтоб не искупаться. Она нашла пульт управления, под каждой кнопкой имелась инструкция. Нажатие на кнопку «шторы» включило невидимый мотор, и стеклянные стены бассейна тут же закрылись плотными синими шторами, а под потолком вспыхнули лампы освещения.

Даша разделась догола, вскарабкалась на вышку и больно плюхнулась животом в теплую воду. Охнула, погрузилась с головой и поплыла.

И так можно каждый день?! И даже ночью?! Ох, братишка мой любимый, в какое же безобразие ты меня засунул?!

Даша даже всплакнула по ходу своего заплыва.

В предбаннике сауны, встроенной в торец бассейна, она нашла простыни, халаты, махровые полотенца. Быстро вытерлась, отыскала фен и высушила голову, после чего оделась и побежала в особняк.

Супруги Бушковы И Греф ждали ее на просторной кухне возле накрытого стола — на одну персону, что Даша заметила не сразу. Она весело пригласила:

— Ну, садимся и отметим новоселье.

Бушков замялся и ответил осторожно:

— Да нет,