До мурашек - Ана Сакру

и по бедрам рассыпается боль, покрывая кожу испариной. Шиплю сквозь зубы, сжимая руки в кулаки.

- Охуеть...- сипит Левка мне в макушку, снова наваливаясь всем телом и толкаясь глубже, - Бля…я сейчас…Сейчас…

Движение бедрами, еще, еще…У меня весь низ безвольно немеет, мелко дрожу…Резкий толчок глубже, выбивающий из меня болезненный стон, я чувствую, и Лёва глухо стонет мне в ухо сквозь сцепленные зубы и кончает внутрь. Выходит сразу, наполовину скатывается в моего тела, утыкается лицом в подушку и тяжело, шумно дышит, пытаясь прийти в себя.

Я тоже так дышу, задница болезненно ноет, но меня все равно размазывает кайфом и ощущением нестерпимой нежности к нему. Хочется целоваться, ласкаться, обняться в конце концов…

Поворачиваю к Левке голову и взъерошиваю его влажные волосы. Приоткрывает один глаз и как-то очень странно смотрит на меня.

- Всё нормально? – хрипло интересуется.

- Да, - улыбаюсь.

- Хорошо, я – курить, - тут же встаёт с кровати.

33. Гулико

Мне казалось, я уже готова спокойно реагировать на его каждый раз внезапную для меня холодность, но это совершенно не так. Обидой пробивает словно глухим ударом в солнечное сплетение. Вдвойне больно от того, что слишком хорошо помню, каким он был со мной раньше. Сравнивать невыносимо, но не сравнивать я не могу.

Дыхание застревает в горле тугим слёзным комом, по телу ползёт холод, и я кутаюсь в простынь, пока Лёвка натягивает белые боксеры, достает мятую пачку сигарет из кармана валяющейся на полу куртки и идет на балкон, за всё это время ни разу не взглянув в мою сторону.

Только открыв балконную дверь нараспашку и встав в проёме, облокачивается голой спиной о пластиковый профиль и поворачивает голову в мою сторону, прикуривая сигарету. Мгновенно ощущаю на себе жгучий изучающий взгляд, и сама трусливо отвожу глаза. Поправив простынь на груди, сажусь на кровати, обняв колени, и рассматриваю свои руки.

Повисает густая тишина, пропитанная зноем секса, сигаретным дымом и сожалением. Надо уходить...

Краем глаза вижу, как тлеет Левкина сигарета, вижу, как он занимает собой почти весь дверной проем, вижу, как луна серебрит его тело, вижу, как он красивый. И невозможно закрытый для меня. Делаю глубокий вдох и нахожу в себе силы встать.

Так и придерживая на себе замотанную простынь собираю вещи, разбросанные по полу. Присаживаюсь на кровать спиной к Лёвке, надеваю трусы, продеваю, было, руки в лямки бюстгальтера.

- Что ты делаешь?

Оборачиваюсь. Тяжело смотрит исподлобья.

- Мне пора.

- Нет, - коротко мотает головой и уходит на балкон, чтобы затушить в пепельнице сигарету.

Пока его нет, успеваю надеть штаны. Возвращается, когда выворачиваю рукава курточки. Застываю с одеждой в руках, когда Лёвка направляется прямо ко мне широкими шагами. Останавливается в паре жалких сантиметров, от чего всем телом ощущаю исходящее от него тепло, улавливаю запах кожи. Смотрит сверху вниз так, будто бабочку пытается к полу пришпилить.

- Оставайся.

- Зачем?

Вместо ответа двусмысленно выгибает бровь, а губы трогает чувственная полуулыбка.

- Думаю, с меня уже хватит...- бормочу глухо и натягиваю майку.

- Нет, - Лёвка мгновенно повышает голос, хватая меня за плечо, в серых глазах молнией мелькает протест, - Останься.

Его пальцы до лёгкой боли впиваются в мою руку, оставляют жгучие следы на коже. Смотрим друг на друга в упор. Он чуть качается ко мне, нависая ближе. С приоткрытых губ слетает тихий выдох, долетая до моего запрокинутого к нему лица теплым, покалывающим облаком. Я теряюсь, мечусь по нему взглядом.

- Зачем? - спрашиваю тихо.

- Не зачем...просто...Не уходи...Полежим. Заснём...

Нервно улыбаюсь, не зная, как реагировать. Его низкий бархатный голос так и вибрирует груди, рассылая волны приятных мурашек, хотя Лёвка уже молчит. Молчит и выжидательно смотрит.

- Родители заметят, что меня нет.

- Тебе не пять лет. Позвонят - скажешь, что всё в порядке.

Сильно прикусываю губу, думая, но чувствую, как Лёвка, тут же зависнув, смотрит, на мой рот, и отворачиваюсь.

- Это бессмысленно...

- Да, определенно, - хмыкает хрипло и, устав, наверно, уговаривать словами, молча снова стягивает с меня майку, смотря в глаза.

И я как кролик перед удавом. Даю ему обратно меня раздеть, больше тоже ничего не говоря. Оставив на мне только трусики, Лёва крепко обнимает меня и прижимает к себе. Обнаженная грудь и живот впечатываются в его горячий торс, от ощущения кожа к коже ведёт, ноги слабеют. Запрокидываю к нему лицо, когда гладит по волосам, убирая прядку за ухо. Ловлю его взгляд, и от выражения серых глаз, направленных на меня, перехватывает дыхание.

- Лёв...- сама не знаю, что хочу сказать. Может просто произнести вслух его имя.

Наклоняется ко мне, нежно трется носом о мой нос, и только потом мягко целует, гладя мой язык своим, пока немного неуклюже пятится со мной обратно к кровати.

*** Утром просыпаюсь в смятой, влажной постели одна. Резко сажусь, озираясь. Прислушиваюсь. Лёвки рядом нет точно, прилегающая ванная комната тоже пуста, небо в просвете между шторами ещё довольно серое, и в воздухе разлито ощущение раннего утра. Тянусь за телефоном. Так и есть. Семь утра. Выпутываюсь из простыней и отправляюсь в душ. Надо привести себя в порядок.

Пока наскоро моюсь, пытаюсь привести мысли в порядок, но там полный разброд и шатание. Под кожей гуляет нервная дрожь. Я слишком взбудоражена прошлой ночью. У меня столько вопросов, а ответов нет. В голове мечутся обрывки фраз, обрывки секса, обрывки эмоций от горечи до экстаза. Весь спектр...

Полнота ощущений, от которой я уже давно отвыкла. Что-то похожее мне давала сцена, но никогда - другой человек. И это как наркотик - хочется ещё.

А он? Чего хочет он?

Прикрываю глаза, подставляя грудь и шею под упругие струи воды. Пред внутренним взором всплывает очередной фрагмент вчерашней ночи. Мы лежим на боку, повернувшись друг к