Экс-супруг. Я тебя забыла - Наталия Ладыгина

дочерью. — Потом она будет отдыхать. Она сейчас только и делает, что спит да ест…

— Я могу чем-то помочь? — ставит руки в боки.

— Сходи вниз и чемодан принеси, — отстраняюсь к комоду, на который ставлю переноску. — Иди…

Мирон уходит без единого слова.

Когда возвращается, я уже выхожу с дочерью из ванной комнаты. Мы помылись и готовы кушать. За этим я точно не позволю ему наблюдать.

— Тебе что-то срочно нужно было в чемодане?

— Да нет...

— Просто спровадить меня хотела?

— Да, — признаюсь. — На самом деле… Ульяна еще даже плохо видит. Ей нужна моя забота и молоко, а ты…

— А я не нужен. Я понял. Но я все равно хочу быть рядом.

— Но сейчас я буду ее кормить, так что…

— Я в гостиной подожду, — нагло проходит мимо меня, отказываясь уходить. Он уже и пальто снял. Решил остаться.

— Через пять минут после кормления или даже раньше, она отключится.

— Не страшно, — доносится уже из гостиной. — Делай, что нужно. Я подожду.

Чего подождет — не понятно. Со мной, наверное, поговорить хочет. О чем только?

Вернувшись в комнату и прикрыв за собой дверь, я никуда не тороплюсь. Усаживаюсь в нереально удобное новое кресло и прикладываю малышку к груди. Наевшись, ее сразу клонит в сон. На этот раз прямо сразу.

Уложив ее в кроватку, я еще с минуту наблюдаю за своей принцессой. В этой кроватке она и впрямь принцесса. Надо будет потом еще видеоняню установить. Мирон и ее распорядился привезти. Отличное устройство. Сбережет мне время и нервы.

Бесшумно выхожу из комнаты и так же бесшумно закрываю за собой дверь.

Войдя в гостиную, вижу Мирона на диване, закинувшего ногу на ногу, со смартфоном в руке.

— Кхм… Она поела, теперь спит. Если хочешь на нее посмотреть, то старайся не шуметь. А мне переодеться нужно, — не дождавшись от него ни полслова, я ухожу в спальню, в которой прижимаюсь спиной к двери и теперь слышу стук собственного сердца.

Я и предположить не могла, что будет настолько тяжело… Это что-то неощутимое, медленно отравляющее меня.

Я не хочу, не хочу его видеть…

Но у нас договор. Я должна взять себя в руки.

Со психом переодевшись в легкий свитер и джинсы, я прихожу в гостиную.

Он как сидел, так и сидит.

— Ты не ходил смотреть Улю? — медленно подхожу ближе, а он улавливает каждое мое движение.

— Нет. Ты сказала, что она спит. Не хочу ее разбудить.

— Ясно… — вздергиваю правую бровь и отвожу взгляд.

— Что?

— Ничего… Ты остался, чтобы со мной поболтать. Может, еще ждешь, что я тебя чаем буду поить?

— Лиль…

— Я согласилась на это все, потому что ты не оставил мне выбора, — скрещиваю руки под грудью.

— Зачем ты мне это говоришь... снова?

— Чтобы ты помнил. Я буду постоянно тебе напоминать.

— Я все знаю, Лиля, хоть и не согласен…

— Не согласен с тем, на что уже согласился?..

Тогда Мирон поднимается с дивана и, не отрывая от меня взгляда, двигается в мою сторону. Мне плевать, зачем ему это надо — я ему просто не позволю.

— Не подходи… — резко ретируюсь за другую сторону дивана.

— Чего ты боишься?

— Я ничего не боюсь.

— Тогда не бегай.

— Я просто не хочу, чтобы ты приближался ко мне. Держи дистанцию.

— Хочешь, чтобы я ушел сейчас?

— Хочу, чтобы ты понял, что сейчас мне твоя помощь не нужна. Я не буду работать в ближайшие два года точно. Буду сидеть с малышкой. Я о ней позабочусь. Знаю, как это делать. А ты…

— А я на хрен не нужен. Ты уже говорила.

— Я сделала, как ты хотел, Мирон. Я вернулась!

— Но ты не со мной…

Да сколько можно...

— И никогда не буду! Я думала, что ты уже перестал на это надеяться.

— Не перестал.

— Ну и дурак!

Глава 28.

Спустя три дня...

В тот день, услышав от меня, что ничего не изменилось и меняться не будет — Мирон ушел без единого слова.

Я потом долго плакала в своей комнате, пока Уля спала.

Остановиться не могла. Все лицо красным было.

Еще никогда я так сильно ненавидела себя. Даже тогда, когда была тряпкой, неспособной самой предложить ему развод, такой ненависти к себе не испытывала.

Я расклеилась.

Но сегодня… сегодня проснулась более или менее с ясной головой.

Мы не видимся. Только сообщения мне пишет. Одно и то же. Каждый день. В порядке ли мы. У меня для него тоже всегда один и тот же ответ.

Как могу, так и отвлекаюсь. С Ульяночкой не соскучишься. Но какая же радость заботиться о ней, быть его мамой и самой главным человеком в ее жизни.

Скоро Марина должна подъехать. Она теперь каждый день к нам заезжает. Влюбилась в мою малышку. Да и поговорить нам есть о чем. Темы не кончаются.

Смотрю на свою малышку, спящую после плотного обеда, и... боюсь. Так боюсь за нее. Каждую секунду. Особенно боюсь, когда мы гулять выходим. Но не гулять — не выход. Ульяне нужен свежий воздух. Поэтому мы по возможности ходим вместе с Мариной. Так мне спокойнее.

Когда раздается звонок в дверь, я нервно дергаюсь. Марина должна была позвонить, перед тем как прийти. Это точно не она.

Прикрываю