Запретная страсть мажора - Саша Кей

показаниях. – Не совсем так. Это сложно объяснить.

– Ну так не ходи! – взываю я к его разуму. Сашкина мама достаточно адекватная, чтобы тащить его туда, куда он не хочет, против воли.

– Не могу, – я слышу в его голосе отчаяние.

– Ну хорошо. Чем я могу тебе помочь? – сдаюсь я.

– Ты можешь на один вечер притвориться, что ты моя девушка?

Глава 36. Кир

Мне дурно.

После ухода Истоминой я решаю восполнить пробелы в знаниях и лезу в интернет за советами сексологов о том, как не повредить свою девушку в первый раз.

Пиздец.

Кто-то этому следует?

Одна из рекомендаций западает мне в душу.

Совет, блядь, года: «Положите её на спину, согните ей ноги в коленях, вставьте член и выньте, если получилось прорвать плеву, больше ничего не делайте».

Это как? А мне куда со стояком?

Но вторая часть инструкции ещё лучше: «Если дефлорация не удалась, попробуйте ещё раз».

Шта?

Я бы на месте девушки после такого второй раз не дался.

Кошмар какой.

Не удовлетворившись советами специалистов, я решаю разжиться инфой собственно у женщин и с этой целью лезу на какой-то бабский форум.

Ёбаный пиздец!

Лучше б я этого не делал.

Уже к концу первой страницы я знаю, что мы, парни, скоты и животные, и в первый раз все плохо.

Теперь хотя бы понятно, почему они так хотят, чтобы первый мужчина стал мужем.

А чтобы страдал и мучился за нанесенную травму.

Еще понятнее, почему парни от девственниц шарахаются.

Закрываю глаза, чтобы больше не читать этот ужас. Мне плохо.

Я теперь вообще не уверен, что смогу Ольку…

Потренироваться, что ли, на ком-то? Не. Ну нах.

Тут я хотя бы понимаю, ради чего на стресс иду.

Главное, Истоминой это все не давать читать. Вдруг обойдется?

Телефон вибрирует в руке. Открываю один глаз и вижу всплывшее окошко сообщения.

«Спокойной ночи».

Подобное пожелание от кого-то раскрашенного под зомби, это такое…

Проржавшись, я прикидываю, что по всему выходит, будто Истоминой я нравлюсь. Она сама мне написала. Можно сказать, понежничала. Сурово так по-истомински, но понежничала. Жаль на телефоне можно только стандартный рингтон, я бы голос ее кошачий поставил на нее.

Однако это не мешает мне стрясти с нее голосовое.

Пока она упирается, я убеждаюсь, что правда ей нравлюсь. Олька шлет смайлики, на девчачьем это то самое. Победушка победа!

Ха! Врушка, а говорила-то говорила! Я же чувствую!

Полученное от Истоминой голосовое запускает цепочку воспоминаний, от которых кое-кто напрягается и поднимает голову. А как она мурлыкнула в конце «Кир» … Какая уж тут спокойная ночь.

Но не долго музыка играла.

Утром я просыпаюсь и вижу, что мое последнее сообщение Оля прочитала и ничего не написала в ответ. Где мой смайлик? Что эффекта от оргазма хватает всего на несколько часов и десять оладушек?

Ну, держись, Истомина.

Коза продолжает отмалчиваться весь день, чем меня нервирует. Лезу на сайт универа. Так, пары у нее закончатся через двадцать минут. Пусть только попробует не навестить своего трехногого парня!

Не выдерживаю и спрашиваю сам. В ответ получаю что-то вроде согласия. Если я правильно понимаю заразу, она сейчас мечется, но, скорее всего, оттает.

Меня травмирует отсутствие смайликов.

Но только до тех пор, пока уже вечером на моем пороге не появляется Ник.

Я ему откровенно не рад и пытаюсь захлопнуть дверь перед его носом:

– Ты не вовремя, ко мне должны прийти, – стараюсь я выпихнуть его ботинок из дверного проема.

– Уж не Подарочек ли ждешь? – зубоскалит оню

– Не твое дело!

– Да не придет она…

– Это еще почему? – от удивления я перестаю наваливаться на дверь, и Рамзаев все же проникает на мою территорию.

– Есть пожрать?

– Все съедено до тебя, – злорадно отвечаю я. – Так с чего ты взял, что Истомина не придет. Ты ее в универе видел?

Рамзес тащится в гостиную.

– В универе – нет, зато видел тут недалеко. Только что.

– Это как раз говорит о том, что Оля идет ко мне. Так что отрывай задницу от дивана и пиздуй куда-нибудь в другое место.

– Пф-ф. Она была не одна.

– В каком смысле не одна? – настораживаюсь я.

– В прямом, – Ник вытягивает ноги, явно не собираясь никуда деваться со своего любимого места. – С парнем была.

– Высокий, стриженый, морда мерзкая? – описываю я запомнившегося мне гада из кафетерия.

– Тип того.

– Гандон!

Вытаскиваю телефон из заднего кармана и набираю Истомину. Один гудок следует за другим, пока механический голос не сообщает, что абонент не отвечает, и мне следует попробовать позднее.

Какой нахер позднее?

Тут счет идет на секунды!

Глава 37. Оля

Сашка, подъехавший к студии обговорить мелочи, задерживает меня надолго.

Разумеется, я соглашаюсь на его просьбу.

Мне это ничего не стоит, тем более, что никаких особенных нежностей от меня не требуется. Я сразу сообщаю Саше, что обжимания, поцелуи и вся прочая бутафория недопустимы.

Друг божится, что этого и не потребуется. Мы же не в компанию друзей идем. Никто не станет устраивать показательные выступления на публичном мероприятии, да еще и в присутствии своих родителей. Даже со своей девушкой.

Хотя это не мешает Сашке хитро поинтересоваться, а что такое? А чего это мы даже обняться не можем?

Как ему объяснить то, что я и сама не очень понимаю.

То, что у меня появился парень, даже мне самой не кажется чем-то настоящим. Слишком стремительно Дикаев ворвался в мою жизнь и оккупировал все территории. А замашки его собственнические вообще за гранью.

И вот вроде бы Кир все равно ничего не узнает, и не собираюсь я делать ничего такого, а почему-то сосет под ложечкой. Я вот уверена, что Дикий ни фига не поверит в невинность нашего спектакля. Наверное, по себе меряет.

У меня ощущение, что верность Кира держится, только пока он дома стреноженный, и то, есть риск, что он может позвать кого-то к себе. Еще до всех этих событий я слышала, как девчонки из универа рассказывали, что он такое практиковал.

И ведь ехали к нему.

Так что я морально готовлюсь к тому, что со дня на день Дикаев потеряет ко мне интерес.

Но, видимо, не сегодня.

– У тебя телефон жужжит, –