Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ) - Багирова Александра

К концу ужина пришел брат Коли.

— Что у нас тут за деваха, — не разуваясь вошел в гостиную, схватил соленый огурец со стола, смачно его откусил и наклонился очень близко к моему лицу. Хрустел огурцом и ухмылялся, — Ммм… не дурно брат…

— Отойди от нее, — спокойно, но с явной угрозой в голосе казал Николай.

— Боишься, что отобью?

— Нет. Ты пугаешь, Манюню.

— Че? Серьезно?

— Краля, я тебя пугаю? — еще ближе наклоняется.

Я отодвигаюсь.

— Немного, да, — киваю.

— Манюня… хм, аппетитно, — обдает меня неприятным запахом изо рта.

Николай молниеносно встает, делает рывок и оттаскивает брата.

— Ой, Коль, перестань, Максик просто шутит, — всплескивала руками их мама. — Он за тебя очень рад!

— Еще как рад, — неприятно засмеялся Максим.

Вроде бы братья, но совсем не похожи, подумала я тогда. Ни по характеру, ни по внешности, две абсолютные противоположности.

Тогда его брат уселся за стол. Он вел себя хамовито и развязно. За столом появилось напряжение, от былого радушия не осталось и следа. Николай мгновенно уловил перемены, взял меня за руку, попрощался с родителями и мы ушли.

Ужин оставил у меня не самые приятные воспоминания, и мне больше не хотелось бывать в том доме. Хоть я себя за это и корила, ведь это семья Коли! Но заноза в душе засела, и я ничего не могла с ней сделать.

Моя комната утопала в цветах. Николай дарил мне их, бывало и по три раза на день. Мог выбежать утром, пока я сплю, вернуться с букетом и ароматными булочками. Бывало, забегал в перерывах между пар с цветами и страстными поцелуями. Конечно же вечер непременно заканчивался букетом. Но главное — это его ласки, его забота, нежность, я купалась в них, дышала им, и ни на грамм не сомневалась, что мы будем вместе всегда. Иначе невозможно, у него мое сердце, без него я просто умру.

В институте травля прекратилась. Со мной стали разговаривать, хоть и было видно, что людям не комфортно. Преподаватели тоже стали вести себя сдержанней.

Я познакомилась с компанией Коли. Там были старшие ребята и девушки, которые относились ко мне с уважением. В их обществе я действительно чувствовала себя человеком.

На их фоне выделялся Глеб. В отличие от семьи Николая, он мне понравился. Заводной парень, очень внимательный, дружелюбный, он располагал к себе. Да и Коля очень много теплых слов говорил про друга, он ему доверял и считал братом.

Глеб присматривал за мной, следил, чтобы меня никто не обижал, когда Коли не было рядом. С ним было интересно общаться. Мы часто гуляли вчетвером, я и Коля, Глеб и его спутница. Постоянной девушки у парня не было, он часто их менял. Говорил, что еще не нашел свою единственную.

С работы я уволилась. Точнее уволил меня Коля, просто пришел и сказал это моему начальству. Мне было жутко неудобно, но он ничего слушать не хотел.

— Моя любимая работать не будет! Гробить себя не позволю! — сказал твердо.

— Любимая…

— Ты еще сомневаешься? — посмотрел на меня так, что кровь мгновенно в кипяток превратилась. — Люблю тебя, Манюнь, с первого взгляда и на всю жизнь.

Не слова это были. Нечто гораздо большее. Энергия его любви пропитывала меня, ощущалась в воздухе.

— А я тебя! Так сильно, что не могу жить без тебя!

— Без меня и не надо! Не отпущу. Ты моя! — крепко-крепко к себе прижал. — Только моя.

Николай заботился не только обо мне, но и интересовался делами у меня дома. Передавал им деньги, иногда еду. Все что касалось меня, он держал под неусыпным контролем.

В то время я жила как в сказке. Очень короткой и незабываемой.

— Манюнь, сегодня уже увидимся на празднике, — сказал утром Коля, когда мы собирались на пары.

— Так это аж в пять! — я нахмурилась.

Мне очень непросто давались наши разлуки. Эти часы без него казались вечностью.

— Да и этот праздник… зачем он нам… — продолжала бурчать.

— Надо! — обнял меня и покрыл поцелуями лицо. — Я буду очень скучать, но сегодня первая половина дня вся забита.

— Ладно, — вздохнула.

По случаю юбилея нашего института устраивали праздник. Я не любитель подобных сборищ. Особенно после того случая с Сергеем. Страхи все еще жили во мне, хоть Коля день за днем старался их уничтожить.

В зал я вошла одна. Бывшие подруги пытались наладить со мной общение, но я не смогла забыть и простить, как они кинули меня в болезненный момент. Потому общалась только с друзьями Николая.

Сразу стала лихорадочно искать глазами любимого. Его не было.

— Маш! — махнул рукой Глеб, показывая на место рядом с собой.

Я подошла к нему. Остановилась в нерешительности:

— А где Коля?

— Он задержится. Просил проследить за тобой, — улыбнулся парень.

Я подавила вздох разочарования и присела.

Народу набралось очень много. После официальной части планировался банкет.

На трибуну вышел ректор, всех поздравил, долго говорил, не знаю о чем, я постоянно высматривала любимого. Неспокойно было, что его до сих пор нет. Потом слово брали преподаватели, деканы… все было, как в тумане, я ждала Колю.

Потом слово стали давать лучшим студентам. А его все не было. Он появился неожиданно, когда закончил говорить невысокий паренек в очках. Николай взошел на трибуну и не один… с Сергеем…

— Что происходит? — спросила шепотом Глеба.

Парень лишь загадочно пожал плечами.

Коля стал говорить благодарственную речь. Сергей стоял рядом, опустив голову.

— И в завершение я хотел бы сказать, что даже в стенах нашего прекрасного заведения случается несправедливость. И я бы очень хотел ее исправить, — с этими словами он сжимает плечо Сергея, а тот…

Странно дергается, и … опускается на колени…

По залу проходится гул.

— У Сергея тоже есть несколько слов, — Николай встает позади парня, скрещивает руки на груди.

— Я… мне очень жаль, — Сергей начинает говорить тихо, опустив голову.

— Смелее, Сергей, — Коля тут же придвигает к нему микрофон ближе.

— Я совершил непростительную ошибку, оговорил ни в чем неповинную девушку. Мария — прилежная студентка, убиралась, зарабатывала деньги, чтобы помочь семье. А я… я обвинил ее в том, чего она никогда не делала. Она не воровка, не предлагала себя за деньги… это все… это я придумал… потому что влюбился, а она мне отказала… Я так ей мстил, — его щеки становятся пунцовыми. Он складывает руки как в молитве, — Мария, — поднимает глаза на меня, — Молю, прости меня… хоть я и не заслужил твоего прощения. Я заслуживаю, пройти через тот ад, в который попала Маша из-за моих действий. Мне ужасно стыдно… Я виноват и перед вами, я обманул вас, ваше доверие… Но и мы все виноваты перед Машей, пережившей из-за нас столько…

Глава 47

После того праздника я долго не могла прийти в себя. Даже не от слов Сергея. Они прошли, не затронув меня. А от поступка Николая. Я понимала, что заставить Сергея сделать такое признание на глазах у всех дорого ему стоило.

На мои расспросы он спокойно отвечал:

— Он при всех тебя унизил, при всех должен был просить прощения. И то это капля в море, своей вины ему никогда не загладить.

— Но как тебе удалось? Я знаю Сергея, он бы на такое никогда не согласился. Даже не представляю, что ты сделал, чтобы его заставить…

— Если ты со мной, я мир готов вверх ногами перевернуть для твоего счастья. А этот козлина, такая мелочь. Больше он тебе не навредит, — Коля обнимал меня, шумно вдыхал запах моих волос.

И я ни на грамм не сомневалась в его чувствах. Каждый его взгляд, жест, слово, все было пропитано чем-то гораздо большим, чем любовь.

В институте после признания Сергея студенты разделились на два лагеря, отношение одной группы заметно потеплело ко мне, а другие наоборот, считали, что Сергея вынудили. В любом случае разговоры про нас не умолкали. Но никто открыто меня не донимал.

Хотя если честно, мне уже было все равно, отношения с Колей развивались молниеносно, а счастье создавало вокруг меня настолько плотный защитный барьер, что весь негатив отлетал, не успев нанести вреда. Я теперь всегда ходила с улыбкой. Нет, не ходила, летала.