Будь моим - Мария Летова

Почти секундная, но я вижу ее, как в замедленной съемке. Вижу отсвет в серых глазах. И как опускаются уголки его губ, и как улыбка становится механической.

Я тут же жалею о своих словах. Они просто вылетели изо рта и казались безобидными.

Дура.

Горло опять сжимается от понимания, что потеря брата наложила сильный отпечаток на все его детство. На всю его жизнь.

Наши лица так близко, что я могу пересчитать каждую его ресничку. Я вижу небольшой шрам под его правой бровью и глажу его пальцем, пытаясь разогнать морщинки в уголках глаз.

Влад напрягается.

Кружу взглядом по его лицу и выдыхаю тихо:

— Ты такой красивый.

— Ты первая говоришь мне об этом.

— Просто я тебя люблю…

— Арина… — предупреждающе качает головой Влад. — Не надо.

— Мне не стыдно. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! — кричу так, что мой голос, не находя препятствий, разлетается на несколько десятков метров вокруг.

— Дурочка…

— Недостаточно громко?

Вдыхаю грудью побольше воздуха, но Градский тянется вперед и затыкает мне рот грубоватым поцелуем, ладонью надавив на затылок, и утягивает нас под воду.

После этого мне нужна минута, чтобы отдышаться, а десять минут спустя я набрасываюсь на еду. Жадно и неаккуратно, как будто не ела неделю. Еще никогда я не принимала пищу, будучи почти голой. Влада это не смущает, он и сам почти голый. Мокрые шорты облепили его бедра второй кожей. Он выглядит голодным, потому что ест с не меньшим аппетитом, чем я. Макает мясо в соус и облизывает пальцы, как варвар в походе.

Мы молчим, делая вид, что это из-за еды.

Мне звонит мама и интересуется тем, как я себя чувствую. Снова приходится врать. Но, сидя на веранде где-то вдалеке от суетной Москвы, делать это очень даже легко…

Может быть, это два оргазма и тепловой удар, но на сытый желудок меня смаривает сон. Засыпая на подвесных садовых качелях в тени козырька, я слышу телефонный звонок и голос Градского где-то в доме.

— Чего ты хочешь? — спрашивает он резко.

Моя голова слишком тяжелая, чтобы пытаться вслушиваться в этот разговор дальше. Засыпаю, прикрытая мягким махровым халатом.

Через пару часов я просыпаюсь на кровати. Рядом со мной размеренно дышит Влад. Его ладонь покоится на моем бедре, а голова на моей подушке. Внутренне замирая от удовольствия, обнимаю его рукой свою талию и засыпаю опять, как ленивая кошка.

Глава 27

— Две недели? — Крис мешает ложкой чай, и на ее лбу появляются морщины.

Я уже жалею о том, что вывалила на нее всю правду, но скрывать было бесполезно. Мой нос красный от ядовитого ультрафиолета. На груди под платьем следы от купальника, а на лице, кажется, все написано. То, что я где угодно, только не здесь. Не за столиком летнего кафе в центре города, пытаюсь не вылететь из своей кожи и мысленно переломать крылья за спиной, чтобы они не тащили меня вверх. Сверху ведь больнее падать.

Не хочу об этом думать. Не буду!

— Уже… минус два дня… — констатирую без эмоций.

Подруга трет виски и отчитывает меня, как ребенка:

— Зачем ты на такое согласилась? Он же и правда уедет. Ты же понимаешь?

— Мне все равно…

Отвернувшись, смотрю на запруженный народом бульвар. Солнце садится, жара спала и люди высыпали на улицу, как семечки.

— Ты больная, — шикает Крис.

Злюсь. Слезы подкатывают к глазам. Я уже ничего вокруг не понимаю. Все становится на свои места, только когда Влад рядом, а мы уже сутки не виделись. Тепло, скопившееся под кожей, постепенно рассасывается, и мне нужна еще одна доза. Но у него дела. У него есть работа и обязательства перед разными людьми, которые требуют его внимания, ведь он финансовый консультант и его обязанность… консультировать…

— Тебе не понять, — говорю в сердцах. — Ты вообще никогда ни в кого не влюблялась!

Кристина поджимает губы и сама от меня отворачивается. Дергает за выбившуюся из высокого хвоста прядь волос и заправляет ее за ухо, демонстративно оставляя мои слова без ответа.

Я должна извиниться, но не выходит. Я злюсь, потому что меня выводит из себя чья-нибудь здравомысленная рассудительность. Хладнокровная и правильная. Логичная.

Я не могу поделиться творящимся в душе винегретом ни с кем. Даже с подругой. Я не хочу думать, но в душе кошмарный раздрай, и он не дает мне быть просто счастливой сейчас, когда мы с Владом не виделись эти чертовы сутки.

— У вас был секс? — Крис снова смотрит на меня.

— Пока нет… — пожимаю я плечом.

— Вы провели ночь вместе и не занимались сексом? — спрашивает скептически.

— Мы много чем занимались… — бормочу.

Мой подбородок подрагивает.

Втягиваю в себя воздух, пряча от нее глаза.

— Господи… — вздыхает она. — Все еще хуже, чем я думала…

— Что это значит?! Ты меня осуждаешь?

— Я переживаю, вот что! Что с тобой будет, когда это закончится? Градский просто козёл. Ты ведь себя с асфальта отскребать будешь! Он у тебя, как болезнь!

Ее слова ранят и ворошат рой сомнений в душе, но я не хочу их анализировать. Только не сейчас. В том деревянном крошечном доме в лесу я была счастливее любого человека на свете.

— Я пойду… — встаю, забирая с пола соломенную сумку. — Мне уже нужно выезжать.

Кристина хмурится, вновь поджимая губы. В пальцах у нее тлеет сигарета, но кажется она уже успела о ней забыть.

— Арина…

Не хочу ничего слышать.

— Пока… — убегаю из кафешки, задев по дороге пару стульев.

Кружу по набережной, глядя на воду и репетируя приветливую улыбку, которую должна приклеить к лицу на весь остаток дня.

Сегодня на даче семейный ужин, посвященный Андрею. У его фирмы появился партнер. Это Рязанцев с капиталовложениями своей семьи. Мой брат расширяется. Я ничего не понимаю в бизнесе, но он бы не собирал нас с такой помпой, если бы это было что-то незначительное.

Я вызываю такси, родители еще вчера уехали за город вместе с Беней, Андрей отправился туда утром, а я просто болталась по дому без дела, не торопясь к ним присоединяться. И собирала вещи, которые отвезла на собственную квартиру. Мне пора съезжать от родителей. Давно пора.

Когда такси подъезжает к дому, я вижу машину