Как удачно выйти замуж - Юлия Гауф

приемную, и первое что увидел — темную кудрявую макушку. Алёнушка моя! Ох, как я сдерживал себя, чтобы не написать ей чего-нибудь этакого, с пошлыми нотками. Но бил себя по рукам, и отправлял ей обычные поручения.

— Кхм, доброе утро, — привлек я внимание моего вредного секретаря. — Алён, кофе сделаешь? Не поверишь, соскучился я по этим помоям.

Алёнка подскочила, заметила меня, наконец, и уставилась как на привидение. А я на неё примерно также. Выглядит она… нет, если объективно, то она выглядит как типичный сотрудник банка. Именно так, как я от неё требовал: никаких объемных серег, никаких бус с цепями, браслетов и фенечек, блестящих арабских колец с каменьями и поясков со стразами. Скучненько выглядит: туфли на низких квадратных каблуках, брюки, блузка, бледное лицо невыспавшегося представителя офисного планктона. Даже волосы её стали скучнее выглядеть.

— Кто испортил мне секретаря? — ужаснулся я. — Алёнка, что с тобой? Пока меня не было, тебя отдел кадров перевоспитывал? Верни всё как было!

Надеюсь, она не припомнит мне что я сам нудел на тему дресс-кода, которому Алёнка фак показывала. Похрен на дресс-код, Алёна — это Алёна, ей можно!

— Вернуть всё как было я не могу, — холодно ответила она, взгляд Алёны из удивленного трансформировался во мрачный с долей странной язвительности. — При всём моем желании. Сейчас приготовлю ваш кофе, Максим Вадимович. И простите что не ответила на приветствие — доброе утро и вам.

Я еле удержался чтобы не дернуться от ментальной пощечины. Это же она была? Она-она, аж щека горит.

Сначала Алиса, затем Алёна. Женщины для этого и рождаются на свет — нервы мужчинам мотать? Так, ладно, позже разберусь. А вообще Алёна сама виновата, проучил я её за дело. Правда, надеялся я на несколько иное: что она подумает над своим поведением, пожалеет что изворачивалась при моих попытках сближения и… да! — поймёт что я, вроде как, мужчина нарасхват.

— Ваш кофе, — отрапортовала Алёна, войдя в мой кабинет после вежливого стука. А раньше было чувство, что она с ноги ко мне врывалась.

Я принял чашку. Моя любимая неудобоваримая бурда! Как же я скучал!

Отхлебнул, и чуть не выплюнул кофе обратно в чашку. Кофе вкусный! Алёна подала мне НОРМАЛЬНЫЙ кофе! Мне нужно радоваться? Алёна решила исправиться и поступать так как должно женщине — ублажать мужчину? Но почему-то у меня по спине пробежал холодок, постыдный, с дрожью, как предчувствие глобального пиздеца.

— Что это?

— Кофе. Научилась готовить именно так как вы любите. Или что-то не так?

ВСЁ НЕ ТАК!

— Всё отлично. Спасибо, — проблеял я неуверенно.

— Я могу идти? Или будут распоряжения?

Будут, да. Пусть тот кто поломал мою Алёнку починит её. Верните как было! Мне нужно видеть цыганщину в её внешности, все эти бусы и цепи, яркий макияж, мне нужны язвительные подколы и мятежные взгляды, мне нужен мерзкий кофе с привкусом хамства!

— Садись, — кивнул я растерянно на кресло для посетителей. — Расскажешь как жила эти три недели?

— Я отправляла вам отчеты, в них всё подробно написано, — отчеканила Алёнка, которую злой волшебник превратил в робота. — Хотя есть то, о чем вы скорее всего пока не знаете… Милютин из валютного в больнице, сегодня с утра вышел на парковку чтобы ехать в банк, но упал, да так удачно что сломал обе ноги и руку. Пару месяцев будет лечиться.

— Нужно будет отправить Ивану цветы от коллектива, витамины и оплатить лечение. И посадить на его место И.О. Но я спрашивал другое: ты сама как, Алёнушка? — добавил я в голос мягкости. — Скучала? Я вот… — «скучал» я не успел добавить.

Алёна поднялась из кресла — грозная как валькирия, и процедила:

— Максим Вадимович, ваши намеки крайне неуместны! Я понимаю что раньше давала повод для подобного общения, моя вина тоже есть, но я вас очень прошу забыть о моей «доступности» и не отпускать провокационные замечания в мой адрес, равно как не задавать сомнительных вопросов, не касающихся моих профкомпетенций и рабочих процессов. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Вау! Она сама-то поняла что сказала? Где та Алёна, для которой кофе — это оно? И ведь, главное, всю свою пламенную речь она выдала холодно, но вежливо!

— Прошу прощения. Идите, Алёна. И спасибо за кофе. Тот, что вы готовили раньше, мне нравился больше, — бросил я намек. — Но и этот вполне ничего.

— Рада стараться.

А я, кажется, перестарался с воспитательным моментом. Откинулся в кресле, и отмотал память на три недели назад, вспоминая субботний вечер, проведенный с Ириной…

* * *

3 недели назад

— Максим… то есть, Максим Вадимович, я так волнуюсь! Очень боюсь подвести вас сегодня, — с порнушным придыханием нашептывает блондинка. Как же её зовут-то? Марина? Арина? — Успокойте меня, прошу вас, и скажите что встреча продлится недолго.

— А вы куда-то торопитесь? — спросил, наблюдая как блондинка водит ногтями по моему запястью.

— Нет, что вы! Для меня счастье сопровождать вас! — добавила в голос еще больше порнушности… Карина?

Ирочка. Точно! Алёнка блондинку звала Ирочкой.

— Я счастлив что вы счастливы.

— Я очень счастлива! — блондинка придвинулась ко мне, трется о мои бедра.

Меня кто-то проклял? Уже во второй раз за короткое время меня хотят трахнуть в машине.

— А после ресторана я буду вам нужна? — прошептала Ирочка. Мне уже страшно за неё. Что с голосом? Может, отправить блондинку на медосмотр? Медстраховка не распространяется на сотрудников, находящихся на испытательном сроке, но я готов заплатить из своих личных средств. — Максим? Ах, то есть, Максим Вадимович, я буду нужна вам после делового ужина?

Что за цирк?

— Посмотрим. Вряд ли.

— Да? — пропела блондинка.

Смотрит на меня кокетливо. И я смотрю, искренне восхищаясь. Без шуток! Современные женщины талантливы в умении контролировать свою мимику: глаза смотрят ласково, щечки прикушены, чтобы скулы были более четкими, губки бантиком, поза выгодная, Ирина вся обращена ко мне пресловутой рабочей стороной. И осанку держит как! Живот втягивает, но плечи расслаблены, а грудь вперед выдвинута. Да еще и бедрами умудряется выписывать знак бесконечности, то и дело касаясь меня.

Я бы после пятнадцати минут такого лицедейства сдох от усталости. Это похлеще часа бокса — уметь так себя держать, а Ирина уставшей не выглядит. Мое восхищение!

—