Я все еще тебя (не)люблю (СИ) - Галина Джулай

— Это пройдёт.

— А если я не хочу, — Кирилл подходит совсем близко и, обняв, прижимает к себе. — Не хочу, чтобы проходило. Ксюша, милая, скажи, что мне сделать.

— Отпустить меня, для начала, — прошу его не своим голосом, он словно ослаб, и я почти шепчу. И когда он отпускает и даже делает шаг назад, пряча при этом руки в карманы, я тоже отступаю ближе к двери. — Я надеюсь, тебе хватит ума не орать больше под окнами. И не нужно искать со мной встреч.

— Почему?

— Просто докажи, что моё мнение для тебя хоть что-то значит, — говорю с вызовом.

Он молчит и только желваки ходуном ходят. Не обращая больше на него внимания, я натягиваю кроссовки, куртку и бросаю ему:

— Пока.

И только в лифте, оказавшись в недосягаемости от Кирилла, я позволяю эмоциям выйти наружу. Слёзы нескончаемым потоком бегут по моим щекам, а за грудиной как будто рана вскрывается, начинает болеть и кровоточить. Я совсем не знаю, как мне реагировать на его слова, совсем не понимаю, могу ли ему верить…

Кажется, я вообще ничего не знаю.

Я добираюсь до своей квартиры, по какой-то совершенно счастливой случайности, не встретив никого из соседей. Попав домой, я иду в свою комнату, раздвигаю шторы, впуская свет, а потом отодвигаю и тюль, открывая окно, чтобы впустить немного прохладного свежего воздуха.

Бросаю взгляд на стоящий рядом дом, в котором остался Кирилл. Пробегаюсь по окнам, ведь, если правильно понимаю, одно из его окон точно должно выходить на эту сторону. Считаю этажи и, кажется, перестаю дышать, наткнувшись на фигуру в окне. Сердце делает кульбит и разгоняется до невероятной скорости, а я не могу отвести взгляда от парня в доме напротив. Оказывается, он был совсем рядом и, наверное, не первый раз смотрит в моё окно. Щеки начинают гореть. И вопреки здравому смыслу, какое-то тепло разливается внутри.

Я запуталась, окончательно и бесповоротно.

30 глава

Кирилл

Дверь за Бэмби захлопывается, и я с досады бью кулаком в стену. Больно. Стряхиваю кисть, расслабляю. Но эта боль немного отрезвляет, не позволяет злости набрать обороты. "Я больше тебя не люблю" — звенит в ушах. Правда или ложь? Когда прижал ее к себе, я слышал, как быстро билось ее сердце. Если бы ей было все равно, разве ускоряло бы оно бег? Или это просто волнение?

Не искать с ней встречи… Доказать, что ее мнение для меня — не пустое место. Как же сложно с тобой, девочка. Может, ну её… Нет. Черт побери, нет! Ладно, хочешь доказательств — будут тебе доказательства!

Иду в спальню и вглядываюсь в ее окно. Сколько прошло времени? По идее, она уже должна была добраться. И действительно я вижу, как раздвигаются шторы, а потом вижу Ксю: она открывает форточку, но не уходит, замирает. Она видит меня. И моё сердце от радости сбивается с ритма. Пульс стучит где-то в висках. Пропал ты, Тихомиров, не принадлежит тебе больше твое сердце, бьётся ради неё.

Ксюша

Как мне верить Кириллу? Пора быть честной с собой: я все еще люблю его и бороться с этими чувствами все сложнее. Особенно, когда он рядом и говорит мне все то, что я хотела услышать когда-то в своих мечтах.

Рядом с ним вся реальность расщепляется до незначительных мелочей. И я не знаю, как мне себя с ним вести. Он так долго был источником моей боли, что я по инерции его оттолкнула от страха, чтобы снова не страдать. Но меня к нему тянет, я не могу бороться с этим, или просто не хочу… Закрываю окно и отхожу, прячусь за тюлью. Навряд ли он сейчас меня видит, но я вижу его. Он все ещё смотрит. Я словно кожей чувствую. Трясу головой. Сбрасываю наваждение. А потом и вовсе иду в душ. Там под тёплыми струями воды пытаюсь понять, что мне делать дальше.

Вспоминаю про Сергея. Он такой добрый и внимательный, но не вызывает и толики тех эмоций, что Кирилл. Почему ты, глупое сердце, выбрало не его? И Сергей это тоже почувствовал. Почувствовал, что мое сердце принадлежит другому.

Завернувшись в банный халат, я вернулась в свою комнату. Забралась на кровать, подтянув к себе колени. Мысли не переставая крутились в моей голове. Из бурного потока этих размышлений меня вырывает оповещение телефона о входящем сообщении.

«Я исполню твое желание: обещаю, больше никаких встреч. Хочу, чтоб ты поняла — я серьезен. Ты мне очень нужна, Бэмби.»

Отбрасываю телефон. Отлично! Молодец, Ксюша! Это же было гениальное требование! Теперь ты, надеюсь, довольна! Следом приходит еще одно сообщение. Я тянусь к телефону, чтобы прочесть.

«Но ты ничего не говорила о том, что я не могу смотреть!)) Так что я всегда буду рядом, помни об этом.»

Несмотря на то, что на улице день и он навряд ли меня видит, я вскакиваю с кровати и задергиваю шторы поплотнее. Меня раздирают противоречивые чувства.

Я бы очень хотела с кем-нибудь посоветоваться. Чтобы кто-то помог мне понять, что мне делать, помог разобраться. Но я даже не знаю, к кому я могу обратиться, кому рассказать о Кирилле.

В конечном итоге я сажусь за конспекты. Занимаю свои мысли учебой. Тем более мне нужно подготовиться к контрольной на следующей неделе. А через месяц мне нужно сдать мини-курсовую, которую удумал наш профессор по физиологии. Поэтому скучать не придётся, а думать про Кирилла просто будет некогда.

Мне нравится моя специализация. Когда стал вопрос, куда поступать, я выбрала физкультурный факультет, а именно направление "реабилитация". На тренировках и соревнованиях бывало, что получала травмы, и реабилитолог в такие моменты — это человек, на которого ты готов молиться за оказанную помощь. Когда получаешь серьезную травму, кажется, что уже не вернешься в спорт. Но реабилитологи внушают силу и дают надежду, которая перерастает в уверенность, что я все сумею. Когда пришло время выбирать, я не сомневалась, поняла, что вот он — смысл моих последующих лет жизни. Ну и, конечно, что с Наташей и Милой мы будем рядом, хоть и на разных факультетах, но в одном универе, тоже сыграло свою роль.

От сосредоточенной работы меня отвлекает звонок в дверь. Странно, родители всегда открывают своим ключом, когда возвращаются домой. Смотрю в глазок, а там стоит парень в характерной униформе доставщика. Странно, мы вроде ничего не заказывали. Открываю дверь, он здоровается и поднимает с пола огромную