Беременность от бывшего (СИ) - Богда Ксения

Подталкиваю её к автомату с вкусняшками.

– Будешь?

Роюсь в заднем кармане. Где-то должна быть наличка. Странно, что в этих автоматах до сих пор карты не принимают. Такая выгода уплывает.

Катена прилипает носом к стеклу и изучает полки.

– Вот это хочу, – останавливает выбор на круассане, – и это. Блин, и вот это я бы съела.

– Так, понятно, – разворачиваю жену и толкаю к выходу.

– Куда?

– Раз уж ты не смогла мне устроить свидание, то этим займусь я.

Катена выворачивается из моих рук и останавливается. Складывает руки на груди, сверля меня недовольным взглядом.

– Тебе не понравилось мое свидание? – замечаю в её голосе обиду.

Молодец, Медведь! Обидел жену.

– Понравилось. Запомню его на всю жизнь, милая, – переплетаю наши пальцы, – но позволь теперь ответить на твою любезность и накормить тебя. Я недавно нарыл очень крутое кафе. Тебе должно понравиться.

Катя задумывается, но за неё отлично отвечает желудок.

– Вперед, – киваю на выход, – с тебя впечатления, с меня ужин. Все по-честному.

– О-о-о, красиво, – Катя наклоняется, чтобы через лобовое рассмотреть здание, к которому я подвожу нас.

– Нравится?

Волнуюсь, как пацан. Хочу произвести на неё хорошее впечатление и не хочу, чтобы Катена разочаровалась или осталась недовольна. Хочу радовать и радоваться вместе с ней.

– Очень. Кого водил, признавайся?

По подрагивающим от смеха плечам понимаю, что она просто шутит. Но все же царапает, что она может не доверять.

Выхожу из машины и распахиваю дверь с её стороны.

– Катен, – наклоняюсь, упираясь в панель, – еще разок.

Встречаемся взглядами, и меня током прошибает. Ну ведь моя. Целиком и полностью.

Да мне и в голову ни разу не пришло, что можно было променять Катю на какое-то мимолетное увлечение.

– Что, Миш?

– Я любил и люблю только тебя. Это никогда не изменится, – она опускает глаза, сцепляет пальцы в замок, – я ни с кем, кроме тебя, с момента нашей первой встречи не спал, не заигрывал, не флиртовал. Потому что я люблю тебя. И я уважаю свой выбор и не позволю себе замарать наши отношения кем-то третьим, пятым, десятым.

Обхватываю её руки. Прохладные. Подношу к губам, дышу, пытаясь отогреть.

– Замерзла?

Мотает головой, все ещё не смотря мне в лицо.

– А чего руки холодные? – я же пытаюсь охватить каждый миллиметр лица.

– Волнуюсь, наверное. Не каждый день на свидания зовет бывший-настоящий муж.

Фыркаю.

– Бывший-настоящий?

– Ну а как ещё тебя назвать?

Поднимаю её лицо за подбородок, целую в самые сладкие губы.

– Я единственный. Смирись уже с этим. По-другому не будет никогда.

Катя отводит глаза, а мое сердце готово разлететься вдребезги за ребрами. От молчания. От промелькнувшей в глубине её глаз неуверенности и уязвимости.

И это я с ней сделал.

– Никогда не говори никогда. Я уже слышала такое.

– Катен, – она возвращает мне взгляд, и мне становится чуточку легче дышать, – никогда больше. Доверься мне.

– Да я уже вроде как это сделала.

И то правда. Она же дала нам шанс все выправить. Точнее, не сопротивлялась, когда я этот шанс просил.

Ну я и расцениваю это как согласие.

– Пойдем уже, кушать хочется.

Сама тянет меня к входу.

– Да и мне интересно, так ли шикарно внутри, как и снаружи.

Катя

Тарабаню пальцами по крышке телефона и не свожу глаз с часов на стене. Время уже позднее, на улице темнеет, а от Потапова уже два часа нет никаких новостей. Он обещал приехать с работы пораньше, но что-то явно пошло не так.

На мое удивление мы быстро влились в совместную жизнь. И я начинаю привыкать к этой жизни.

В сотый раз за вечер проверяю телефон, но он пуст. Ни звонка, ни сообщения.

Хотя вряд ли бы я пропустила, потому что мобильный уже вспотел в моей ладони.

Давлю тяжелый вздох и прогоняю мысль, что с Потаповым могло произойти что-то нехорошее.

Он взрослый мальчик, он может за себя постоять. Вдалбливаю эту мысль себе глубоко в голову.

– Катен, – входная дверь хлопает, и я слышу, как в коридоре раздается странный грохот.

Подскакиваю с дивана и выскакиваю на шум. Сердце радостно взмывает от одного звука его голоса.

– Ты почему так долго?

– Да пришлось кое-куда заезжать, а там пробок на восемь баллов. Не подрассчитал, прости, что не предупредил.

– Ну да, телефона же у нас нет. Мы же в каменном веке живем, – бурчу себе под нос.

Но злости нет, есть волнение за его дурную голову. Заставляет меня изводить себя догадками и нервничать.

Потапов довольно лыбится, непонятно почему.

– Катен, не ворчи, милая. Ты же сама знаешь, что у меня телефон тот ещё динозавр, и он, как всегда, не вовремя сел.

– Давно бы уже себе новый купил, – хочется стукнуться об стену за свое ворчание.

Похожа на сварливую жену в этот момент. Четко это понимаю, но ни черта поделать не могу. Хочется, чтобы он понял, что я за него переживаю.

– Обязательно, Катен. Прости, – голос, полный раскаяния, наконец меня успокаивает, и я выдыхаю.

Миша все ещё стоит в дверях и что-то придвигает ко мне. Только сейчас замечаю на полу неопознанную коробку.

– Это что такое? – подхожу поближе и тяну руку к крышке.

– Ну-ка, – меня легонько хлопают по кисти.

– Эй, – одергиваю конечность и надуваю губы, – что сразу драться-то?

Миша скидывает обувь и подхватывает груз. Проходит мимо, как будто меня вовсе тут и не стоит. Возмущенно выкрикиваю в широченную спину и иду за ним по пятам.

– Всему свое время, жена. Покормишь?

Он так смотрит на меня, что отказать я просто не в силах. Я понимаю, что с каждым днем, которые мы проводим вместе, у меня все меньше сил отрицать, как сильно я в нем нуждаюсь.

Если его долго нет, то я начинаю нервно ходить по квартире и ждать от него новостей.

Но я больше не хочу сопротивляться всему, что на меня сейчас наваливается. Не хочу отрицать, что мои чувства к нему не прошли.

– Катен, – меня слегка встряхивают и заглядывают в глаза, – у тебя все хорошо? Ты какая-то отстраненная.

– Все хорошо, – улыбаюсь и обнимаю Потапова за талию.

Он мешкает какое-то время, а потом крепко стискивает меня в медвежьих объятиях.

– Соскучилась?

Киваю и замечаю в зеркале, как вытягивается лицо Миши. Стараюсь не рассмеяться. Для меня самой становится полной неожиданностью, что я готова вот так просто сдаться ему на милость, после всего того, что мы пережили.

– Мне кажется, ты сегодня устала. Сам приготовлю что-нибудь.

Я фыркаю и отлипаю от надежного тела Миши. С неохотой отлипаю, надо сказать. Так бы и стояла в обнимку.

Да уж, Катя, все же попалась ты на удочку бывшего-настоящего.

– Я приготовила пиццу.

Потапов что-то довольно урчит себе под нос.

Выворачиваюсь из его рук, чтобы все же заглянуть в таинственную коробку, но меня успевают перехватить на подлете.

– Эй, хитрюга, куда собралась?

Хихикаю, когда Потапов начинает щекотать меня своей бородой.

– Отстань, бородач, – отдуваюсь после сражения, – ну что там в коробке, Миш?

– Сначала еда, а потом все остальное, – ведет меня в кухню, – так, я тебя сейчас привяжу, будешь дергаться. Имей терпение.

Закатываю глаза. Терпеливо жду, когда Миша поужинает, а он как специально время тянет и довольно кряхтит.

– Наелся?

Потапов сыто отваливается на стул.

–– Нет, дай ещё кусочек, – хитро улыбается.

Понимаю, что он провоцирует меня специально. Ну что ж. Пожимаю плечами, беру тарелку и невозмутимо иду к духовке.

– Эй, эй, я пошутил, Катен. Я все, наелся до отвала.

– Тогда пойдем смотреть, что ты притащил, – пользуясь его расслабленностью, протискиваюсь мимо него.

На этот раз Миша меня не тормозит, встает и идет за мной.

– Я не уверен, что тебе понравится, но я был покорен.

Он смущается. У Потапова лицо краснеет от волнения, и я просто не могу в этот момент поверить своим глазам.