Твой (мой) фиктивный ребёнок (СИ) - "Alina Si"

— Сегодня мы рассматриваем дело об убийстве Эштона Харистона…

Я не слушала эту скучную и ложную речь, я лишь смотрела на Лиама, а Лиам смотрел на меня. Как могла, я поддерживала его взглядом.

— Заседание удаляется для вынесения решения.

Мы вышли в коридор.

— Какая ты бледная, — касаясь кончиками пальцев моего лба, сказал Эмир.

— Я очень переживаю. Его ведь реально судят не за что и могут дать срок.

— Забудь об этом, никакого срока и тюрьмы. Я обещаю.

Быстро пролетели 15 минут.

— Суд постановил. Осудить Линкольна Лиама Викторовича за убийство сроком на 8 лет строгого режима.

— Что!? — мои глаза расширились, я не могла поверить в услышанное, как вообще можно осудить человека не за что.

На руки Лиама надели наручники.

Пробравшись сквозь толпу, я стала так, чтобы он меня точно услышал.

— Я все сделаю, слышишь!?

— Я верю тебе, — послышался тихий ответ.

На улицу меня выводил Эмир под руку, перед мои глазами все плыло, я отказывалась верить в этот ужас.

— Мишель, все будет хорошо, я найду детектива, мы найдём другого адвоката, он выйдет в ближайшую неделю.

Я лишь согласно кивала головой не в силах вымолвить хоть что-то.

Два дня у меня держалась температура. Джессику я и близко не подпускала к себе, не хватало чтобы она тоже заболела.

— Мишель, я выбил тебе свидание с Лиамом и детектив узнал о каком-то Ринате Польском, нужно с ним поговорить, — заходя в кабинет, сказал Эмир.

— Спасибо огромное. Для меня это очень важно. Но причём здесь Польский? — вставая из-за стола, спросила я.

— Не знаю ваших дел с ним.

— Мне нужно в клинику, у меня приём у Ирины Сергеевны, потом заеду к Лиаму, а на обратном пути к Ринату.

— Я могу закинуть тебя в клинику, а дальше на такси. Прости.

— Все в порядке. Ты итак много делаешь для меня. Я быстро.

Надев водолазку, джинсы и пальто, я вышла к машине.

Через час я сидела в кабинете Ирины Сергеевны.

— Я видела новости…

— Это ложь. Мы разбираемся в этом деле.

— Я вам верю. Лиам хороший молодой человек, он не мог так поступить.

Я кивнула.

— Готовы узнать пол вашего малыша?

— Готова.

Врач провела меня в кабинет узи.

— Плод развивается хорошо. Никаких отклонений нет.

— Скажите, а когда малыш начнёт пинаться? — рассматривая непонятные для меня линии на экране, спросила я.

— В ближайшие недели. У всех женщин по разному. Оптимальный срок 20 недель, у вас 19, поэтому уже вот-вот.

— Спасибо.

— Так, сейчас постараемся рассмотреть пол. Кого больше хотите?

— Нам неважно, главное чтобы здоровенький, но муж очень хочет дочку, — улыбнувшись ответила я.

— Удивительно, такое бывает очень редко. У меня муж убивался по мальчикам, как итог две девочки, — с улыбкой ответила узист не сводя взгляда с экрана.

— Я очень хочу мальчика, но если первая будет девочка будет просто чудо.

— Так если сейчас повернётся…о чудесно, девочка.

На моем лице появилась улыбка, которую я не смогла сдержать даже в таком положении как у себя.

— Спасибо.

— Приходите на приём через два месяца.

— Хорошо.

Счастливая я вышла к такси.

— Городская тюрьма.

Водитель коротко кивнул. Всю дорогу я рассматривала снимок узи.

— Запретные вещи есть? — спросил охранник на входе.

— Нет, — выкладывая телефон и снимая часы, ответила я.

— Проходите.

Меня провели по знакомым коридорам. Сколько здесь спрятано боли и поломанных душ, не сосчитать.

— У вас полчаса.

Я кивнула и зашла внутрь, меня уже ждал Лиам.

— Ох, родная моя, как я рад видеть родные лица.

— Дело движется, я почти нашла виновных. Если бы не Эмир, то вообще не знаю чтобы я делала.

— Я его должник.

Я видела по состоянию Лиама и его глазами его дистанцию. Пришло время поговорить. Я хочу понять раз и навсегда.

— Где гарантия, что я не стану очередной раз куклой для исполнения мести? — прямо спросила я.

— Мишель, я больше никогда в жизни. Я люблю тебя, правда. Если бы ты знала, я радовался как школьник когда услышал слова любви из твоих уст и когда ты сказала, что доверяешь мне. Я полный подонок и принимаю это с достоинством. Я только с тобой захотел настоящую семью и если ты простишь меня, я буду самым счастливым.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Его слова были искренними, он не врал. Я это вижу, я это чувствую.

— Мне было трудно. Я боялась предательства и ты предал, но моя мама говорила, что любимых людей нужно всегда прощать, даже если трудно. Мы просто обижаемся и из всего хорошего видим только одно плохое, а это неправильно. Я готова тебя простить, но запомни, если я узнаю, что твоя игра продолжилась, я уйду навсегда.

— Мишель, эти слова очень важны для меня. Я не подведу, никогда больше такого не повторится. Я обещаю, вы ведь самое ценное что у меня есть.

— Кстати об этом, — подойдя ближе и улыбнувшись сказала я.

Лиам вопросительно посмотрел на меня.

— Помнится ты говорил, что тебе неважно кто будет.

— Ты узнала кто у нас будет?

— Не смогла удержаться…

— Ну не томи, — опуская крепкие руки на мои плечи, говорил Лиам.

Я протянула Лиаму снимок узи.

— Если ты думаешь что я здесь хоть что-нибудь пойму, то ты ошибаешься, моя дорогая, — протянул мужчина.

— Я тоже не понимаю пока что, но читать умею, вероятнее всего ты тоже, — показывая пальцем заключение врача, ответила я.

— По данным узи отклонений не выявлено. Рост 23 см, вес 300 грамм. Пол девочка, — дочитав последнее слово Лиам прижал снимок к груди и расплылся в прекрасной улыбке, — Мишель, это…я даже слов не могу подобрать. У меня будет дочь, — Лиам больше не осторжничал и не сдерживал свои порывы любви. Мужчина крепко обнял меня, целуя в макушку он тихо шептал, — Спасибо, спасибо, спасибо за все.

— Сейчас наша малышка размером с манго.

— Не могу поверить, что она такая крохотная.

Вскоре время подошло к концу.

— Родная, больше отдыхай, не думай о работе.

— Береги себя, — мы оставили короткие поцелуи на губах друг друга и я вышла в коридор.

Вызвав такси, я выехала к казино Рината Польского.

Поднимаясь по ступеням, я была настроена максимально решительно. Как никогда ранее.

— Миссис Линкольн, какими судьбами, — его ухмылка уже говорила сама за себя, он знал о чем пойдёт речь.

— Какова твоя цель? Посадил ты его. И? Что дальше? — сужая глаза, я пристально посмотрела на мужчину.

— Любовь закрыла тебе глаза. Ты не видишь очевидного. Кто ты для окружающих? Просто уголовница, которую богатенький дядька взял замуж, дал ей все необходимое и теперь она живёт в роскоши и богатстве.

— Подожди. Причём тут я и Лиам. Какая тебе вообще разница?

Польский настраивался рассказать мне историю этого концерта, но я ведь тоже умная, насмотрелась детективных сериалов и включила диктофон перед входом.

— Я был в огромных долгах четыре года назад. Твой отец вызвался мне помочь так сказать. Выплатил мои задолженности и попросил лишь об одном, оставить тебя в покое.

— Меня?

— Именно. В свое время мы заключили договор, ты должна была выйти замуж за моего сына. Но потом ты начала отношения с Амином, я вас пытался рассорить, ты была очень умной девушкой идеальной для моего сына. В СМИ стала гулять информация о том, что твоим любовником был мой сын и мне это подходило, только вот когда тебя посадили, мы разорились, так как наперёд заключили пару контрактов.

— А я причём? — вообще не вникая в суть дела, спросила я.

— Как причём? Ты была бы главой этих проектов. Я просто пошёл против воли твоего отца. Все.

— А Лиам?

— Ты не хотела продавать казино, пришлось подставить его, чтобы разжалобить тебя. Все было запланировано кроме убийства. Мой человек перестарался. План был таков, к тебе пристают, свет потухает, раненый владелец казино, тюрьма. Все получилось. Ты, Розен, на низшей цепочке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Да? Теперь я так не думаю, — я медленно подошла к Ринату и склонилась над его ухом, — не смотри на то что я женщина и в положении, ты умрешь в тюрьме, поверь мне, — одно нажатие пальцами на сонную артерию и Ринат потерял сознание.