Выходи за меня (СИ) - Фирсова Мария

Он отодвинул стул, потянув меня за собой, и я покорно пошла следом. Да и что мне оставалось делать. В этой квартире многим требовалось побыть наедине со своими мыслями. Переварить информацию, попытавшись, встать на место другого.

Димка сидел на диване, глядя в потолок. Матвей устроился рядом с братом, обняв того одной рукой за шею, а второй прижал меня к себе. Им требовалось обсудить многое, поговорить, заново научиться понимать себя и другого. Но в этот миг мы просто все наслаждались тишиной, слыша, как бьются наши сердца.

Я обняла Матвея, прижавшись к его телу, прикрыла веки и поблагодарила бога, что все сложилось именно так.

Завтра будет новый день. Он принесет свет, радость и тихую печаль на дне души, только в наших силах было двигаться вперед, учась жить с правдой. По сути, перед Матвеем открывались новые горизонты, я знала, что он уже поставил себе цель – непременно отыскать отца. И почему-то казалось, что в этом деле ему обязательно поможет брат. Возможно, настало время взрослеть и Димке.

Глава 34. Матвей

Не скажу, что стало легче после признания мамы. На какой-то миг показалось, что все только сильнее запуталось, но рядом была семья, была Лена, был брат, для которого правда стала тяжелым испытанием. Димка старался держаться, но я видел, что ему тяжелее всех. У меня была надежда, что я смогу отыскать своего родного отца, хотя не знал ничего толком. Ни фамилии, ни имени. Димкин же вообще покоился в земле, и чувства брата можно было понять. Тоска и боль разъедали его тело, струясь по венам подобно кислоте. Я переживал за Димку и все недомолвки, обиды ушли куда-то на второй план, стоило лишь взглянуть на него.

Я волновался за него, и мне все-таки было откровенно безразлично, что отцы у нас разные. Ведь всегда его считал самым родным человеком и, пожалуй, так будет до конца наших дней.

– Поможешь мне найти отца? – обратился к Димке, когда уснула Лена.

Сегодня мы устроились все втроем в одной комнате. Диван отдали по праву малой, она сопротивлялась, конечно, но я ощущал, что ее присутствие нам не даст до конца уйти в себя.

– Ты серьезно? – не поверил брат, кажется, изумленно взглянув на меня.

– Очень, Дим. Я не знаю с чего начинать. К кому приставать с расспросами, куда бежать. Ты же видишь, как реагирует мама. А кто кроме нее меня направит, кто сможет помочь?

– Дед? – почесал макушку Димка. – Если наедине с ним поговорить, то вполне можно рассчитывать на помощь.

– Думаешь?

– Конечно, Моть, он знает немало, просто выгораживает маму, возможно, боится, что в наших глазах идеал превратится в пепел.

– Как вариант, – задумался я, отмечая, что некая доля истины имеется в словах брата.

Что ж, останется дождаться утра и пообщаться с ним, дедуля всегда понимающим был, заботился и искренне нас любил. Если он не станет до конца откровенничать, то хотя бы даст наводку в каком направлении двигаться.

Хотелось о многом поговорить с братом, но осознавал, что мы оба устали. Информация нас дезориентировала и лучшее, что мы сможем сделать – это, наверное, лечь спать.

А утро началось с визита Сонечки. Вот уж ее мы точно не ждали и в первое мгновение, кое-как разлепив сонные веки, откровенно не понимали, чего ей надо. Неужели соскучилась по нам или снова с деловым предложением?! Честно говоря, видеть ее не хотелось в этот час, да в принципе, как и других.

Голова гудела, мысли напоминали калейдоскоп, и необходимо было срочно залить в себя крепкий кофе. Натянув футболку и спортивные штаны, я вышел из комнаты, даже не удосужившись причесаться, так ладонью примял стоящие торчком волосы на затылке и попытался даже улыбнуться гостье.

Надо же, а Сонька была в этот раз без мамы, что уже неплохо.

– Привет, – промямлил я, кивнув ей.

Она потупила взор, принявшись разглаживать ладонями подол своего платья. Хм, а Соня точно в положении? Кажется, по ней и незаметно.

– Доброе утро, – улыбнулась она, кокетливо проворковав, – а где Дима?

– Так ты к нему? – удивился я искренне вполне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вот те раз, ну, Димка, когда только успел спеться-то с ней! Я-то думал время у нас есть для беседы. Хотел отговорить братца от опрометчивого шага.

– Да, я по делу.

– Знаем мы твои дела, – послышался из-за спины голос Лены.

 Я инстинктивно обернулся, заглянул в ее глаза, поймав там луч надежды, и дышать, кажется, стало легче. Утро снова заиграло красками, мир превратился из черно-белого в цветной, все-таки как прекрасно, когда есть рядом человек, который вдохновляет.

– Так, –  выставил я руки вперед, –  девочки, погодите, –  предугадывая склоку, предостерег я дам от поспешных высказываний, – она к Диме, Лен. Но мне все же любопытно, что ты от него хочешь. Сонь, может, не стоит портить жизнь моему брату? Да и на роль отца он вряд ли сгодится, слишком бестолковый.

– А если я заплачу, – полезла Сонька в сумочку, выуживая оттуда пачки денег.

Наши глаза с Ленкой округлились одновременно, кажется, мы даже икнули в унисон, приоткрыв рот.

Пожалуй, там хватило бы, чтобы отдать долг и забыть разом о Платоне и Гнилом, но какой ценой? Продаться, испоганить жизнь, забыть про мечты и стремления. Похоронить молодость, в конце-то концов. Не знаю, как брат, но я точно не был к такому готов, потому даже в глубине души обрадовался сначала, что Сонька глаз-то положила не на меня. Ее мамаша поспорила бы, конечно, с дочуркой, но Софи, видимо, решила, что Димка вариант проще. Ну-ну, знала бы она, сколько у него тараканов в голове, раз сто бы еще подумала.

– Проваливай отсюда, – прислонившись к стене, ответила за меня малая. –  И бумажки свои дурацкие забери, сходи в магазин, купи себе платьице, я б посоветовала, конечно, мозги приобрести, но, увы, –  развела Лена руками, даже не пытаясь скрыть брезгливость.

– Пожалеете ведь, –  спокойно произнесла Соня, непонятно расстроилась ли она отказом или нет. Хорошо, что Димки не было дома в этот час, иначе бы ситуация свернула бы точно в иную сторону. Он бы явно полез в капкан, подумав, что это избавит его разом от проблем.

– Сонь, ты, когда успела стать такой… –  не нашел я подходящих слов, чтобы выразить собственные мысли. 

– Мотя, Мотя, – покачала она головой, – деньги решают все. Жаль, что ты этого не понимаешь в свои годы.

– Боже, – простонала Лена, – это сказал человек, который еще недавно играл в куклы. Кстати, ты Князева знаешь?

Сонька молча кивнула, покосившись на купюры.

– Навести его, такой красавчик, – цокнула Ленка языком, подмигнув Соньке, – он о тебе вспоминал на днях, между прочим.

– Архип? – медленно произнесла Соня, коснувшись пальцами своего живота.

– Адресок помнишь или записать? – добродушно поинтересовалась малая, явно что-то задумывая.

– Помню, да, – окончательно растерявшись, промычала Сонька, кажется, разом забыв уже о моем брате.

– Ну и отлично, – подхватила малая ее под руку и потащила к выходу. – Тебе пора, если поторопишься, застанешь этого качка дома, он, кстати, до сих пор от тебя без ума. И бабки твои ему не нужны, отвечаю. Пообщаетесь, бабуля у него просто душка. Поговорите, может, и придете к общему знаменателю. Вот увидишь Архипа и сразу поймешь, что никакой Димка с Князевым и рядом не валялся.

Ленка тараторила, а у меня взрывалась голова и закипали мозги, кажется. Еще бы пару минут и дым повалил бы из ушей. Господи, да сколько же она слов в минуту-то выдает?! Вот же неугомонная!

Но надо отдать должное – конфликты она урегулировать умеет, правда, сначала неплохо их и создает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Только за Сонькой закрылась дверь, как Лена тут же вернулась в кухню. Скрестила руки на груди, усевшись на табурет. Я только плечами пожал на всякий случай, но сам внутренне напрягся, не зная, чего ожидать от малой. Вот что она сейчас сделает: поцелует или по физиономии даст?!

Лена, словно мысли прочитала мои, поднялась спустя несколько секунд, подошла вплотную и, привстав на носочки, поцеловала меня в нос. Вполне невинно и целомудренно. Я даже вздохнул с сожалением, но, видимо, это ее не проняло никаким образом.