Малыш по переписке (СИ) - Фокс Нана

— Я посижу, а ты засыпай.

Но планы по охране сна моей пигалицы были прерваны телефонным звонком.

— Амир Эмирович, — раздался суровый бас начальника службы безопасности, — выяснились новые обстоятельства по делу о телефонной переписке…

— Какие? — не желая тревожить Таисию, я тихо встал и вышел из палаты.

— Возвращайтесь, — посоветовал он и связь прервалась.

ГЛАВА 32

*Амир*

Не раньше, не позже…

Я до побелевших костяшек сжал руль автомобиля, выруливая с парковки медицинского центра. После малоинформативного разговора с начальником службы безопасности, я заглянул в палату к Таисии, чтобы поставить ее в известность о своем скоропалительном отъезде. Пигалица спала, легкая улыбка касалась ее губ, растворяя усталость и нервозность уходящего дня. Будить ее было кощунством и я, лишь подойдя близко к кровати, невесомо коснулся пальцами ее порозовевшей щеки. Не сдержался и, наклонившись, оставил легкий поцелуй в уголке манящего рта, вдыхая неуловимо знакомый аромат полевых цветов. Этот аромат заполнял мое сознание, будоража смутные воспоминания, которые я никак не мог поймать за ускользающую от меня нить реальности и восстановить целостную картинку прошлого.

Подобное чувство я испытал и сегодня ночью, когда, приняв душ и проигнорировав приготовленное заботливой женой спальное место на полу, лег с ней рядом на кровать под тонкое одеяло, стараясь не потревожить ее сон. Прикрыл глаза, вот только проваливаться в объятия Морфея мне не давал этот волнующий запах. Он казался до безумного знакомым, невероятно родным и чертовски правильным в моей жизни.

Покинул медицинское заведение я только после того, как заглянул к Тамиле и, в очередной раз удостоверился, что Таисии и малышке ничего не угрожает.

— Амир, — грозно глянула на меня женщина, — повторю в последний раз: это банальное несварение. Она проспит до утра. С утра сделаем ей контрольный скрининг и отпустим ее домой.

— Хорошо, — кивнул я, заметив ее чуть насмешливую улыбку и немой укор в паранойи, — тогда я завтра заберу ее и мы полетим домой, — один день погоды не сделает.

— А вот тут я бы не советовала, — скептически помахала она головой, откладывая шариковую ручку в сторону и, скрестив руки на груди, отклонилась на спинку кресла.

— Перелет или возвращение домой? — насторожившись, потребовал разъяснений.

— И то и другое. Лучше ей остаться пока здесь. После вашей продолжительной зимы и не слишком теплой весны, ей бы до родов отдохнуть на свежем морском воздухе. Опять же фрукты, овощи и ласковое солнышко.

Резонно. Да и мой мозг вернется в нормальное рабочее состояние, чего ему катастрофически не хватает, когда рядом Тая. И эти необъяснимые чувства, затапливающие меня, стоит только пигалице появиться в поле моего зрения и обоняния. Это ненормально.

Мы знакомы всего три дня. Она моя фиктивная жена. Она нужна мне для выполнения условий, прописанных в завещании. Все! На этом и надо сосредоточиться, но не получалось. Рядом с ней таяли меркантильные мотивы и просыпались другие, неподвластные мне чувства.

И все равно, возвращаясь на виллу родителей, я был взвинчен и неприятно ощущение грызло меня. Не успел переступить порог отчего дома, как мама закидала меня миллионом вопросов и упреков, в продолжении телефонной головомойки.

— Мам, — повысил голос, чтобы хоть как-то ее урезонить, нечего добивать меня, мне и так дискомфортно, — я все понял, осознал и раскаялся. Все? На этом мы остановимся.

Мама поджала недовольно губы и, скрестив руки на груди, сказала мне все, что недоговорила лишь одним своим гневно обвинительным взглядом. Да-да! Я помню, как ты можешь, мам. Вот блин, как же так, а? Где тут истинная свекровь? Почему у меня все не по стандартам? Мне страшно даже представить, какую войну мне объявит родительница, когда мы с Таей разойдемся.

Я передернул плечами, прогоняя прочь все ненужные мысли. Сейчас меня должно было интересовать только то, что еще нарыл начальник службы безопасности.

— Мне необходимо срочно улететь, — проинформировал маму, все еще красноречиво вздыхавшую за моей спиной, — Тамиля не одобрила Таин перелет…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И правильно сделала, — вставила назидательно она.

— Оставляю ее с вами, проследи за соблюдением всех предписаний врача, — все же беспокойство не отпускало и это двоякое состояние бесило меня до чертиков.

Быстро собрал все свои вещи, получил информацию о готовности самолета к вылету и, попрощавшись с родителями, уехал в аэропорт.

Обратный перелет в одиночестве был утомительно пустым и безэмоциональным. Я достал лэптоп в стремлении заполнить часы в полете полезным делом, но вместо работы, присланное еще вчера портфолио квартирного дизайна от Полины Янсонс. Когда я, после обеда с Иваром, позвонил его жене и попросил заняться переделкой моей холостяцкой берлоги в уютное семейное пространство с перспективой дальнейшего проживания в нем еще и быстрорастущего карапуза, то был приятно удивлен ее подходом к делу.

— Вы видели мои работы? — уточнила она, — они вам понравились, они соответствуют вашим представлениям о дизайне вашего дома? Я, конечно, к работе с каждым клиентом подхожу индивидуально, и проекты делаю под его вкус, но все же. Вы же понимаете, что какие-то нюансы прослеживаются в каждой моей работе. Поэтому, давайте я вам скину все, что уже делала, а вы, внимательно посмотрите и решите: подхожу я вам или нет.

И вот поэтому сейчас, вместо работы, я опять погрузился в мой странный, но, тем не менее, приятно затягивающий, хаос семейной жизни. Я листал эскизы, фотографии реальных объектов и примерял это на свою квартиру, прорисовывая в воображении пигалицу. И мне нравилось то, что получалось, чертовски нравилось…

Самолет приземлился в аэропорту мегаполиса, ставшего для меня вторым домом уже достаточно давно. За бортом вечернее солнце теплыми бликами ложилось на уставший город. Личный транспорт ждал меня около трапа.

— В офис, — отдал распоряжение водителю, как только опустился на заднее пассажирское сидение. Автомобиль плавно тронулся с места, а я, прикрыв глаза, откинул голову на подголовник.

— Рассказывай, что накопали, — спустя несколько минут я разбил гнетущую тишину салона, обратившись к, сидевшему на переднем сидении Егору — начальнику моей службы безопасности.

— Анатолий Непомнящих связан не только с вашим племянником Эриком, — повторяет он уже известный мне факт из биографии того хакера, что “посодействовал” моему знакомству с Таей, — он еще активно сотрудничает с Игорем Маратовичем…

А это уже интересно, двоюродный брат и один из претендентов на дедовское наследство то же мог быть замешан во всей этой афере.

— И это еще не все, — продолжает Егор, — он на днях женился.

Вот же… зубной скрежет и крепко сжатые в кулаки ладони выдавали мое состояние нарастающей злости.

— На Альбине Андреевне Мороз.

Знакомое имя хлесткой пощечиной отрезвило меня. Брак, собственно, как и мой — фиктивный. А разлюбезный адвокат, видимо, отлично играл на два фронта…

— Но и это еще не вся информация, — на колени мне лег планшет, на экране которого, новостная лента одного из популярных каналов, пестрила разоблачающими заголовками.

“Пока молодая, беременная жена страдает дома от токсикоза, он развлекается с бывшей любовницей”. И все остальные с подобным содержанием, а фото под обличительными писульками мои и Альбины. На рождественском балу, что организовывал отец. На юбилеи крупного банкира, отмечавшийся с размахом. И даже фотографии в ресторане в тот день, когда я разорвал с ней отношения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Злость захлестнула меня удушливой волной. Хруст пластика разнесся по салону. Несчастный девайс принял на себя всю мощь моего негодования. А матерный русский помог немного остудить пыл. Моя фикция не прошла не замеченной. Но больше всего меня выбило из колеи то, что дата нашей, пусть и фиктивной, свадьбы, нигде не фигурировала. О ней знали только я и Илья.