Владимир Купрашевич - Женька, или Безумный круиз

– И что, согласилась бы на экстрим?! – прищурился в ее сторону Василий.

– Запросто! – заверила Евгения.

– Смотри! – предупредил Василий.

Потом они посидели за столом, выпили по рюмке коньяка, и Жене показалось, что она не все выяснила.

– А почему ты не веришь мне?!

– Я верю всякому зверю, – отшутился он и прикрыл ей рот своими губами, потом быстро добавил, что в новогоднюю ночь отношения не выясняют – плохая примета.

Женя к приметам относилась настороженно и пообещала быть послушной. Решили с разборками повременить. Мораторий.

Выбора развлечений не было, и решили побродить по расчищенным переулкам поселка. Женя надела куртку и настаивала, чтобы и Василий надел свой полушубок, но он отправился в свитере. Правда, ощущение было такое, словно в городе потеплело.

За калиткой у Жени начались галлюцинации, ей вдруг показалось, что на только что расчищенной дорожке натоптаны следы, которых она раньше не видела.

– По-моему женские, – профессионально заключила она и вопросительно посмотрела на Василия, но тот отмахнулся, мало ли кто и когда здесь топтался.

– А если это, когда мы…?! – ахнула Женя, взглянув на светящийся аквариум. Все как на ладони…

Василий отмахнулся, заявив, что все это ерунда, а если кто и просмотрел урок камасутры, то должен быть еще и благодарен.

Разгуливали в одиночестве недолго, словно из-под земли, стали появляться группы людей, возбужденных и явно ищущих зрелищ и приключений… Ненужных приключений не хотелось, ни тому, ни другому, и они вернулись в свой хрустальный замок.

В нем стало еще уютнее. На стеклах даже образовались капельки влаги. Женя сняла куртку и повесила на гвоздик, который обнаружила на раме и, усевшись за столик, ударилась в воспоминания. Когда, как не в такие минуты при тлеющих свечах можно пережить еще раз то хорошее что было, пока еще видны стоп-сигналы ушедшего поезда? Василий слушал, некоторое время, ее мемуары, молча, но постепенно стал поправлять или уточнять ту или иную сцену, то или иное действие или даже сказанную кем-то и когда-то фразу. В итоге общих эпизодов, впечатлений набралось так много, что стало казаться, будто они весь год не отходили друг от друга.

Наверное, Женя решила, что им слишком хорошо в эту сказочную ночь, и, отхлебнув очередную порцию шампанского, забыв о моратории, решила все же прояснить темные страницы из их, как она уже решила, общего прошлого.

– Так что за девица встретилась мне у твоей двери?

Женя надеялась услышать какую-нибудь безобидную историю, но Василий задумался и, как показалось Жене, даже помрачнел. Потом, уже к ее ужасу, спросил:

– Может быть не сегодня?

Женя рассчитывала, что он рассеет ее сомнения, а случилось наоборот.

– Почему, потом?! – уже забыв свои установки, наехала Женька.

Василий пытливо посмотрел ей в лицо.

– Она приходила по делу.

– Возвращала тебе деньги? – ухватилась Евгения.

– Ну, не совсем.

Женя побледнела.

– Ты пользуешься услугами проституток?!

Василий не ответил, глядя, как фужер, который Женя опустила на стол слишком близко к краю, пошатнулся. Он мог бы подхватить его, но даже не шелохнулся. и тот на мороженой земле, разлетелся вдребезги.

– Зачем? – страдальчески улыбнулась Женя. – Я тебя не устраиваю?

– Но ты же не хочешь, чтобы у тебя был… мало того, что немолодой мужчина, но еще и импотент?

Женя напряженно смотрела ему в лицо, по которому гуляла издевательская улыбка, потом вскочила и бросилась из оранжереи, не разбирая дороги и ничего не соображая. Стала приходить в себя Евгения уже далеко от дома, когда поняла, что она в одной кофте, хоть и красивой. Морозец хотя и слабый, но уже ощущался, особенно на перекрестке, где потягивало ветерком.

За перекрестком она увидела компанию из двух парней, на переднем плане и трех девиц, чуть поодаль. Один из мужиков в костюме деда – мороза, но без шапки. В руках у него распечатанная бутылка водки и стакан.

Второй в зимней куртке нараспашку. Вся компания изрядно навеселе. «Дед-Мороз» увидев Евгению, замахал руками, рискуя разлить содержимое бутылки или разбить все.

– Эй, Снегурочка, давай сюда. Наша сучка куда-то слиняла…

Женя подошла и, глядя на стакан, кивнула.

– Наливай.

– Ты че расстроенная? Кто обидел, Кащей бессмертный? – поглядывая то на Женю, то на бутылку, из которой пытался налить водки в стакан, – спросил парень. – Сейчас поправим.

Девчонки старательно вспоминали слова какой-то песни, которую явно намеревались исполнить. Второй парень топтался рядом, пытливо разглядывая Женю, пытался что-то сказать, но язык уже не волохался, и он только мычал.

– Дед-то мороз у тебя есть? – допытывался «ведущий», которому все же удалось налить с четверть стакана, который он и протянул Жене.

Та, кивнула головой, выпила водку и, поморщившись, вопросительно огляделась.

– А мы не закусываем! – обретя дар речи, картаво заговорил второй, догадавшись о ее поисках.

– Есть, – запоздало подтвердила Женя. – Не знаю только, где сейчас он.

– Вот и моя снегурка куда-то слиняла…А это не он ли? – кивая куда-то за спину Жени, спросил ряженый.

Женя оглянулась. На углу перекрестка, тоже без куртки, сунув руки в карманы, молча, стоял Василий.

– Ты дед? – крикнул тамада.

– Дед, – подтвердил тот.

– Ты смотри, не зевай, живо твою снегурку приберем! – предупредил разливающий.

Женя, забыв о компании, пошла к Василию. – А какая попка! – успела она еще услышать голос помощника деда-мороза.

Женя подошла к Василию и, заглянув в его глаза, сказала:

– Я поняла, что поступила со своими откровениями как дура и эгоистка. Только скажи, ты все это выдумал?

Василий, обнял ее одной рукой и ничего не ответил.

– Зачем ты тогда за мной пошел?! – дернулась Женя.

– Ты же не одета. Простынешь. И, потом, куда ты собралась? В сопки? На рыбалку еще рано.

– В самый раз. Пора попросить у рыбки, чтобы подарила мне мужика. Пусть старого, хромого, горбатого, но по-ря-доч-но-го. Понимаешь? Порядочного!

Василий мягко, но настойчиво повел Женю в обратный путь.

– А зачем тебе порядочный?. Если бы моряки в каждом порту не навещали женщин, население на планете сократилось бы вдвое.

– Не надо оправдывать свой блуд заботой о вселенной. Если бы я была тебе дорога, с такой проблемой можно было бы справляться и по-другому.

– Как по-другому?

– Как будто не знаешь…В детстве не занимался…

– Так-то в детстве. Сейчас уже так не получается. Может, постарел. Обязательно нужны женские ручки, губки…