Мелани Роуз - Небесный огонь

— Ну… по-разному. Мы собираемся у кого-нибудь дома, когда удобно преподавателю, обычно поздно вечером.

Дэн нахмурился, и я заметила на его лице недоверие. Он снова пожал плечами и взял пиджак.

— Если ты уверена, что хочешь меня видеть, я зайду завтра днем. Надеюсь, на работу ты не собираешься?

Он, конечно, слышал, как я попрощалась со Стивеном до понедельника. Видимо, хотел проверить, не использую ли я работу как предлог для отказа, если не захочу видеть его снова.

Я подошла к нему, обняла за талию и положила голову ему на плечо.

— Сегодня был чудесный день, — искренне сказала я. — Завтра днем я останусь дома, как велел доктор, и буду думать только о том, чтобы увидеться с тобой.

Он улыбнулся с явным облегчением и поцеловал меня. Потом направился к двери.

— Значит, увидимся завтра, — оглянулся он уже на пороге. — Успехов в кружке.

Как только он ушел, я отправилась с Фрэнки на прогулку вокруг квартала. Через полчаса мы вернулись, я накормила собаку, быстро приняла душ, почистила зубы и рухнула в разметанную постель. Закрывая глаза, я расплылась в довольной улыбке и представила себе лицо Дэна. Я не ошиблась — он действительно был особенным.

Открыв глаза, я тут же вскочила с кровати и поспешила по длинному коридору к детским спальням. Когда я пробегала мимо комнаты для гостей, то услышала, как Гранта тошнит в ванной.

Все четыре детские кровати были пусты. Я вернулась в коридор и, слушая звуки, которые издавал муж Лорен, подумала, что в такую минуту не стоит беспокоить его расспросами о детях.

Я накинула шелковый пеньюар и быстро спустилась вниз, удивляясь непривычной тишине в доме. Дверь на кухню была открыта, на столе стояли грязные тарелки из-под хлопьев. Наверное, Софи накормила мальчиков завтраком, подумала я и направилась в игровую комнату.

Николь и Тоби лежали на диване и смотрели утренние передачи. Тедди сидел на большой подушке, глядя в одну точку и прижимая к груди мяч, губы его беззвучно шевелились. Он был в пижаме, от веса ночного памперса штанишки повисли едва ли не до колен.

— Где Софи? — спросила я.

Николь и Тоби подняли на меня глаза, с трудом отрываясь от телевизора. Тедди по-прежнему смотрел перед собой и что-то бессвязно бормотал.

— Пошла к своему кролику, — ответила Николь. — Я тоже хотела навестить Джинни, а противная Софи сказала, что на улице слишком холодно.

— Она надела пальто?

Николь пожала плечами и снова отвернулась к телевизору.

Я торопливо взбежала по лестнице и выглянула из окна спальни в сад. На траве и кустах лежал легкий иней, но, как я и обещала Гранту, животных из дома видно не было. Я испугалась, что ребенок может замерзнуть, набросила поверх пеньюара рыжую дубленку Лорен и снова спустилась вниз.

Через приоткрытую дверь прачечной залетал ледяной ветер. Я быстро влезла в полусапожки и прошла в сад, прикрыв ее за собой. К счастью, долго мне искать не пришлось. Софи сидела в сарае садовника, держа на руках кролика; на ней был толстый свитер. Когда я вошла и уселась рядом с ней на перевернутый ящик, девочка подняла голову.

— Как он? — спросила я, погладив шелковистую кроличью спинку.

— Я испугалась, что он замерзнет, — объяснила Софи. — Как ты думаешь, можно поставить клетку сюда?

Я кивнула.

— По-моему, отличная идея. Я не ожидала, что так скоро похолодает. Если переставить все инструменты к этой стене, там как раз поместится клетка. Может, нам даже удастся найти какой-нибудь столик или скамейку, чтобы не оставлять клетку на полу.

Софи внимательно посмотрела на меня.

— Что?

— Ты совсем другая, — простодушно сказала она. — До того как тебя ударила молния, ты ненавидела животных. А теперь ты их полюбила.

Я почувствовала, что краснею, словно меня поймали с пачкой украденного печенья.

— Тебе повезло, я ведь не помню, что ненавижу животных, — улыбнулась я.

Надо держать ухо востро при общении с детьми, подумала я. Одна беда — я совершенно не знала Лорен и не могла предугадать ее поступков. Единственное, что я могла, — это быть собой.

Софи улыбнулась в ответ, потом зябко поежилась и прижала к себе кролика, чтобы согреться.

— Идем, сейчас ему будет хорошо в клетке, — сказала я, вставая. — На улице солнце, иней растаял, а в клетке есть солома. Пока мы займемся их переселением, они с Джинни прижмутся друг к дружке. А потом мы снова придем его навестить.

Софи кивнула, посадила кролика в клетку и побежала в сад впереди меня. Я смотрела, как ее быстрые ножки переступают по мерзлой траве, и странное чувство охватило меня. Конечно, я радовалась за девочку, но это была не просто радость. Неужели во мне пробуждался материнский инстинкт?

Однако все мысли о радостях материнства мгновенно выветрились из моей головы, когда я вошла в теплую игровую комнату и почувствовала жуткий запах.

— Тедди наделал в штаны, Тедди наделал в штаны! — распевал Тоби приглушенным голосом, прикрывая лицо воротником рубашки.

Николь зажала нос рукой и делала вид, что ее тошнит.

Я перевела взгляд на Тедди, малыш сидел на прежнем месте и безучастно смотрел перед собой. Казалось, он даже не замечает, какой вызвал переполох. Когда я повернулась к Софи в надежде получить объяснения, девочка пожала плечами.

— Когда он просыпается, ты должна снимать с него памперс, — сказала она. — Если не снять, он думает, что в уборную ходить не надо.

Значит, это я виновата. Представив, какая отвратительная задача мне предстоит, я начала нервно теребить лицо. На часах почти десять, я до сих пор не одета, а теперь еще и это.

— Оставайся здесь, — велела я Тедди. — Не двигайся. Я наберу ванну.

Пока наполнялась ванна, я перерыла гардероб Лорен в поисках одежды попроще.

— Неужели у тебя нет хотя бы одной пары старых джинсов, — бормотала я, в отчаянии перебирая ряды шикарной дизайнерской одежды. — Что же ты надеваешь, черт тебя подери, в таких случаях?

Движение за спиной заставило меня подпрыгнуть. Я повернулась и увидела в дверях Гранта.

— Разговариваешь сама с собой? — сухо заметил он.

Я снова покраснела. Надо быть осторожнее, или в одно прекрасное утро я проснусь в психушке.

— Помолчал бы лучше! — резко ответила я. — После того, что ты тут вытворял вчера вечером.

Он даже смутился.

— Прости меня, любимая. Наверное, я слишком много выпил.

— Ты меня напугал.

Его лицо исказила страдальческая гримаса, и он протянул ко мне руки, словно моля о снисхождении.

— Я ведь уже попросил прощения. Просто я хочу, чтобы мы снова были близки. Мне очень одиноко без тебя, Лорен.