Дженнифер Аподака - Восхищенный взгляд

Люк приподнял бровь, давая понять Айви, что в словах Регины, приписывающей статуэткам особые свойства, похоже, есть смысл, раз нефритовые богини так повлияли на Мэллори.

– Возможно, вы испытали на себе влияние статуэток, – сказал Арнольд.

Мэллори удивленно вскинула голову:

– Какое еще влияние?

– Это не просто статуэтки, это богини плодородия и мужской силы. Говорят, они выявляют самые тайные и главные желания в людях.

У Люка не было желания вступать в дискуссию относительно волшебной силы статуэток.

– Мэллори, вы говорили кому-нибудь, где спрятаны статуэтки? Говорили, что держите их у себя потому, что вас об этом попросил Трип?

Мэллори покачала головой:

– Нет.

Айви обернулась к Люку:

– И что мы будем делать теперь?

Ему хотелось прикоснуться к ней. Хотелось почувствовать гладкость ее кожи под пальцами, хотелось придать ей уверенности.

– У меня есть кое-какие соображения.

Арни пренебрежительно хмыкнул.

– Не сомневаюсь. Только вряд ли ваша маленькая группка скучающих сексуально озабоченных домохозяек сможет чем-то вам помочь.

Люк бросил на Арнольда презрительный и даже, пожалуй, брезгливый взгляд.

– Тогда почему бы тебе не рассказать нам, чем располагаешь ты, Арни?

Арнольд расправил плечи и, окинув надменным взглядом Люка, произнес:

– Я только начал расследование. Ты тут столько дров наломал, что разгребать придется долго. Думаю, для всех было бы лучше, если бы ты вежливо раскланялся и удалился.

Люк рассмеялся.

– Ну уж нет. Не дождешься. Даже и не думай об этом. – Он смерил Арнольда взглядом. – Если я вцепился в дело, то зубов не разожму. Я найду статуэтки.

Арни изобразил улыбку, которую он отработал и довел до совершенства, еще когда они были детьми: невинную, слегка печальную и с легкой укоризной. Затем встал.

– Спасибо за ужин, Мэллори. Я позвоню вам завтра. На случай, если вы захотите со мной созвониться, у вас есть мой номер телефона. – Арни повернулся к Люку: – Тебе тоже пора уходить.

– Я остаюсь, – заявил ему Люк.

– Люк, уже поздно, почти девять. Ты злоупотребляешь гостеприимством наших хозяек.

Люк молча пожал плечами.

– Ну что ж. Отлично! Тогда и я остаюсь, – решительно объявил Арнольд.

Айви встала:

– С меня довольно. Вы оба отправляйтесь по домам.

Люк посмотрел на Айви. Он видел, что она готова бороться за свою мать, и в то же время в ее глазах читалась неуверенность. Люк удивился внезапно поднявшейся в нем ярости и желанию ее защитить. Он схватил Айви за руку и сказал:

– Я не оставлю вас и Мэллори без защиты. Я проведу ночь в машине. – Отпустив ее руку, он добавил: – Спасибо за ужин.

Люк работал на ноутбуке. Он припарковал машину возле дома Айви и расположился в ней на ночь. Добровольные помощницы, привлеченные его сайтом, развернули бурную деятельность. Перед ними была поставлена конкретная задача: предложить кандидатуры тех, кто мог быть всерьез заинтересован в приобретении нефритовых богинь. Настолько заинтересован, что не остановился бы перед убийством.

На данный момент у него было одно имя. Пирс Джордан. Люк вышел на веб-сайт этого человека. Джордан был юристом, он специализировался на бизнесе развлечений. Фирма его была зарегистрирована в городе Шерман-Оукс, штат Калифорния. Люк решил связаться утром с Региной, чтобы узнать, не говорит ли ей о чем-то имя этого человека. Люк понимал, что Регина общалась по поводу этих статуэток с сотнями людей, может, даже с тысячами, но все-таки вдруг это имя ей что-то скажет.

Люк откинул голову на подголовник, закрыл глаза и мысленно помолился о том, чтобы это была та самая зацепка, в которой они так нуждались.

Он вздрогнул от резкого звука. Повернув голову в сторону дома, Люк увидел, что Айви идет к его машине. На плечи ее был накинут свитер. Она подошла и распахнула дверцу со стороны пассажирского сиденья.

– Вы действительно собрались здесь ночевать?

– Я же сказал об этом. Вы не слышали? – Почему это ее так раздосадовало?

Айви села на пассажирское сиденье.

– Я думала, вы мне поверили.

– Насчет чего?

– Насчет моей мамы. Вы же видели, она просто наивная. – Айви поплотнее укуталась в свитер и зябко повела плечами.

– Я просто делаю свою работу, – спокойно заметил Люк. Хотя Айви была права. Он не считал, что Трипа убила Мэллори. Да и кражу спланировать она тоже не могла. Нет, ее просто подставили. Но кто тогда был мозгом операции? Вопрос оставался открытым. Люк не стал ничего говорить о своих выводах Айви, она и так вывернула его наизнанку. Когда он зашел в дом и увидел ее, сидящую за одним столом с Арнольдом и внимательно слушавшую, что этот слизняк ей треплет о нем…

Люку было не все равно.

Черт, ему было далеко не безразлично, что думает о нем Айви.

Она обратила на него свои голубые глаза и, какой бы она ни была усталой, эти глаза явно горели возмущением.

– Ладно, валяйте. Делайте, что задумали. – Она открыла дверцу, выскользнула из машины и направилась к двери.

Люк с трудом успел догнать ее на верхней ступени лестницы. В руках он держал ноутбук и ключи от машины.

– Какого черта?

– Вы собираетесь обыскать мой дом, – тихо сказала Айви. – Вы думаете, что моя мать – преступница. Считаете, будто она спрятала статуэтки у меня в доме, потому что полиция уже обыскала ее дом, верно? Поэтому вы решили пересидеть в машине, дождаться, когда мы заснем, и тогда обшарить мой дом. Верно? Так идите и ищите их. – Айви взялась за ручку двери.

Мышцы на ее руке были напряжены от едва сдерживаемой ярости. Но Люк заметил и еще кое-что. Страх. Настоящий страх. Айви не нравилось бояться. И Люк не хотел, чтобы она боялась. Не в силах превозмочь искушение, он сказал:

– Я вам верю.

Айви уронила руку.

– Тогда зачем вы устроились на ночлег возле моего дома?

– Я догадался, что Арни здесь появится. Он пытался разговорить Регину, но она не стала с ним общаться. Он говорил с Кэт. И я знал, что он искал вашу мать. Похоже, он выиграл джек-пот, застав здесь вас обеих и напросившись на ужин. Но появился я и испортил его игру. Теперь я остаюсь.

Айви сдвинула брови.

– Арни был здесь, когда я вернулась домой. Моя мать пригласила его на… – Выражение недоумения на ее лице уступило место осуждению. – Что же получается? Вы с Арни отчаянно стремитесь одолеть друг друга, а мы с моей мамой лишь пешки в вашей игре?

Люк пожал плечами. Ему неприятно было возвращаться к этой больной теме. Мало кто ему верил, а когда понимали, что он прав, бывало уже слишком поздно. И так всю жизнь.

– Немного конкурентной борьбы придает делу пикантный привкус. Это возбуждает.

Айви прищурилась.