Элла Уорнер - Любовь в элегантном стиле

— Если у тебя это на уме, то забудь. Ничего не выйдет! Я здесь лишь для того, чтобы отдохнуть да немного забыться.

— И то и другое ты, несомненно, найдешь, как обычно для тебя, на дне бутылки, — раздраженный голос Гейл отдавал уксусной кислотой.

Все обернулись и увидели, как она неторопливо шла по лужайке. На ней было крошечное белое бикини, обнажавшее до предела тело женщины, достойной партнерши Рэнди: так же подтянута, выхолена и ослепительна. Длинные волосы завязаны свободным узлом на макушке. Она несла мохнатое полотенце и белое с золотым парео. Гейл одарила присутствующих улыбкой, которая скорее, напоминала смертельный оскал пираньи, бросающейся на добычу.

— Что, черт возьми, ты делаешь? — возмутился Рэнди, видя, что Гейл положила свое полотенце на лежак Джорджа.

— Присоединяюсь к приятной компании. Джордж сказал, что вы будете мне рады.

— А как же клятвенное обещание улететь с острова Бора-Бора первым же рейсом? — разгневался Рэнди, забыв про свое хваленое добродушие.

Гейл посмотрела на него ненавидящим взглядом.

— Вот ты и улетай, Рэнди. Я прибыла сюда раньше и не позволю тебе испортить мне отпуск.

— Если ты думаешь, что я собираюсь покинуть этот райский уголок в угоду тебе, то придумай что-нибудь поостроумней. Я остаюсь здесь, в своем бунгало, за которое я заплатил, — твердо заявил Рэнди.

— А я остаюсь в моем, — отрезала в пику ему Гейл.

Она села. Рэнди встал.

— Я иду в бар.

Сверкающие глаза Гейл не могли скрыть ее коварного замысла.

— Давайте все пойдем в бар. Утром испытываешь такую жажду, вы согласны?

Супруги Салливен задавали тон: или Гейл поддразнивала Рэнди, находя чудовищные недостатки в его характере, или Рэнди сообщал с дьявольской ухмылкой и убийственным юмором о ее неподдающихся описанию пороках. Шпаги были извлечены из ножен, и Элен про себя решила: это — День тысячи ударов.

Джордж и Элен должны были присутствовать на «поле боя». Они создавали нейтральную зону, где Гейл и Рэнди могли укрыться после очередного кровопролития. Джордж и Элен также являлись покорными слушателями и свидетелями шумной распри, что оценили оба противника. Тем не менее служить буфером — работа изматывающая, и Джордж это ощутил на себе, когда все разошлись по своим бунгало, чтобы отдохнуть. На вечер был назначен еще один раут.

— Знаешь, Элен, идея с высадкой четы Салливен на острове себя не оправдала, — устало сказал Джордж.

— Они вместе, не так ли? — возразила Элен. — И разговаривают друг с другом.

Джордж изумленно посмотрел на нее.

— Ты называешь это «разговаривают»? Они оба безумны!

— Но ни один из них не может оставить другого в покое. И с каких это пор любовь посещает разумных людей?

— Любовь! — возмутился Джордж. — Они ненавидят друг друга.

— Но ведь ненависть — оборотная сторона любви.

Джордж снисходительно посмотрел на нее.

— Ты неисправимый романтик, Элен!

— И такой же реалист, — возразила она.

Тон ее голоса насторожил Джорджа и натолкнул на новые мысли. Он промолчал, когда они смывали песок с ног у крыльца домика, но едва вошли внутрь, обратился к ней с вопросом:

— Что ты задумала, Элен? Поделись со мной.

Страхи и сомнения, мучившие ее прошлой ночью, и без его просьбы требовали выхода.

— Ничего. Я просто огорчена, что ты слишком близко к сердцу принимаешь взаимоотношения Гейл и Рэнди и не способен взглянуть на события объективно.

— А что я должен видеть?

Элен набралась храбрости и сказала все напрямик.

— Я знаю, тебе не понравилась ловушка, которую я устроила Гейл вчера вечером. Но благодаря мне она переключила свое внимание на Рэнди, так как знала, что ты для нее потерян.

— Она давно не сомневается в этом, — сказал Джордж.

— Неужели? И когда ты сломя голову бросался выполнять ее поручения по первому же требованию? И когда проявлял по отношению к ней заботу и даже нежность? — Джорджа смутила откровенная ревность Элен. Он задумался, был ли хоть малейший повод для этого? — Хорошо помню твои слова: Гейл необходимо убедить, что ты для нее недосягаем. Но ты этого не сделал, Джордж. Это сделала я. И какие бы чувства ты к ней ни испытывал, если действительно хочешь восстановления их супружества, то не можешь утверждать, будто я хоть как-то помешала этому.

Обдумывая ее слова, Джордж старался быть крайне осторожным. Элен, долго мучаясь подозрениями, продолжала уличать его в непоследовательности поведения.

— Я спросила Рэнди сегодня утром, почему она называла тебя «старый, верный». По его словам, Гейл считала, что ты у нее на поводке, так как не отважился жениться.

— Рэнди заблуждается, — прозвучал ответ.

— Ни у нее, ни у Рэнди не было ясности. Рэнди не находит себе места от радости, думая, что ты вышел из игры. Кстати, вот это его заблуждение, по-моему, говорит об очень многом.

Джордж хмуро обдумывал сказанное Элен.

— Иногда приходится быть честным до жестокости, — спокойно произнесла она. — Может быть, тебе это не очень нравится, когда дело касается Гейл, но вчера поводок был обрезан, и теперь путь открыт. Рэнди и она могут вернуться друг к другу. Если ты, конечно, добиваешься их примирения, — неуверенно добавила Элен.

— Конечно, добиваюсь. Но судя по сегодняшнему спектаклю, не вижу, как оно может произойти. Поэтому смешно представлять себе дело таким образом, будто я — единственный камень преткновения в их бесконечных конфликтах.

— Не кажется ли тебе, что вся эта каша заварилась из-за того, что они не доверяют друг другу? Ведь Рэнди крутил с партнершами по сцене, а Гейл держала тебя при себе в качестве угрозы неисправимому вертопраху.

— Здесь сам царь Соломон не разберется, — сокрушенно покачал головой Джордж. — Мне ясно одно: вся эта история выходит за пределы здравого смысла.

Как показалось Элен, Джордж болезненно воспринимал ее доводы. Создавалось впечатление, что он не хочет больше слушать ее. Элен совсем запуталась и не могла определить свое место в трагикомедии, происходящей вокруг Джорджа. Все еще больше осложнилось из-за его разочарования в этой затее. Кажется, он уже не верил в успех.

— Что ж, я нахожусь здесь, видимо, лишь для того, чтобы поразвлечь тебя, дать на время забыться, — иронизируя над собой, Элен вспомнила утренние сентенции Рэнди.

Элен вывела наконец Джорджа из прострации: он прекратил мучить себя, анализируя каждое свое слово, каждый шаг.

— Прекрати говорить вздор, Элен! Ты необходима для успеха всего замысла, твоя роль ведущая!

В ее глазах таилась насмешка.

— Какого плана, Джордж? Того, где приходится ублажать тебя тем, чего ты не получаешь от Гейл?