Сьюзен Льюис - Танцуй, пока можешь

– Как пошло! – Запрокинув голову, Джессика расхохоталась. – Когда тебя застаешь на месте преступления, у тебя всегда такой жалкий вид! Наверное, она похожа на Элизабет, да? – Она снова захихикала. – Пора бы тебе понять, что я знаю о тебе все. Абсолютно все!

– Ну, в таком случае для тебя не секрет, что мне надоел этот разговор и нам пора домой. Отправляйся за своей накидкой.

– А почему бы тебе не принести ее самому?

– Я сказал, отправляйся за своей накидкой!

Джессика всегда понимала, когда заходила слишком далеко. Тем более, почти всегда это было связано с упоминанием имени Элизабет. А потому и сейчас она не стала пререкаться и, оставив меня на танцплощадке, начала пробираться сквозь толпу к гардеробу. Я понятия не имел, собирается ли она вернуться и стал оглядываться: по сторонам в поисках Рейчел. Она стояла в окружении каких-то незнакомых людей и первой заметила меня. Совершенно очевидно, что ей не хотелось стать причиной и участницей скандала, который могла закатить Джессика, а потому она быстро написала мне свой адрес и сказала, что будет ждать меня завтра в пять часов.

Джессика вернулась. Всю дорогу домой она пыталась играть роль эдакой маленькой девочки-шалуньи, хихикала и порывалась расстегнуть мне брюки. Но так как я явно был не в настроении, она вскоре отстала и принялась сосать свой большой палец, прекрасно зная, как это меня раздражает.

Когда мы подъехали к дому, в окнах гостиной горел свет.

– Это Лиззи! – радостно воскликнула Джессика к моему великому облегчению.

Совсем позабыв о Лиззи, я сперва подумал, что у нас грабители.

Мы постарались войти как можно тише, и Джессика осторожно прокралась к гостиной. Остановившись у двери, она повернулась ко мне и прошептала:

– Ты что-нибудь слышишь?

– Может быть, она спит, – предположил я.

Джессика колебалась недолго. Повернув ручку, она распахнула дверь, и с криком «Лиззи!» влетела в комнату.

Я вошел следом и тотчас же расплылся в ухмылке, с трудом сдерживая смех. Правда, мы, можно сказать безупречно подгадали со временем прихода, но, судя по выражению лица Генри, он был с этим явно не согласен. Джессику увиденная картина оставила совершенно невозмутимой, хотя от нее не могли укрыться судорожные попытки Генри как можно незаметнее застегнуть. Ширинку. Пока Джессика и Лиззи обнимались, он встал и повернулся ко мне.

– Могли бы как-то предупредить о своем приходе.

– Судя по твоему виду, дружище, в этом уже не было нужды. Кстати, это твое? – Я кивнул в сторону белых шелковых трусиков, валяющихся на полу рядом с диваном.

– Александр, познакомься с Лиззи. Правда, она просто прелесть?

Подмигнув Генри, я повернулся к сестре Джессики. До сих пор я не успел ее толком разглядеть и сейчас, приготовившись заключить ее в братские объятия, был застигнут несколько врасплох. Она оказалась крупнее Джессики и далеко не так красива, но в ней было нечто не поддающееся словесному определению. От нее исходила такая невероятная сексуальность, что вы переставали доверять собственным ощущениям.

– Ну же, – подзадоривала меня Джессика, – поцелуй ее.

Возможно, мне только померещилось, что в тот момент, когда я обнял Лиззи, ее податливое тело как бы ненароком прижалось к моему, но и этого оказалось вполне достаточно, чтобы я тотчас же отшатнулся, как от удара электрическим током. Лиззи рассмеялась и оценивающе оглядела меня.

– Ну что же, Джесс, его внешность вполне со ответствует твоим описаниям. Жаль, что я не смогла быть на вашей свадьбе. Может, мне бы удалось убедить его сменить невесту.

Джессика рассмеялась и, обняв сестру, вместе с ней вышла из комнаты. Ей не терпелось показать Лиззи приготовленную для нее спальню.

Я повернулся к Генри.

– Вот это да! – вырвалось у меня, как только сестры оказались вне пределов слышимости.

Генри расхохотался:

– Друг мой, с этими двумя дамами тебе не совладать. Для начала Лиззи поимеет тебя на завтрак, а если об этом узнает Джессика, то к обеду подаст тебя под соусом в виде жаркого.

– Зато ты, как я посмотрю, не терял времени даром.

– Что ты! – Генри вскинул руки в комическом испуге. – Я-то здесь при чем? Эта дикая кошка набросилась на меня буквально через минуту после того, как я встретил ее в аэропорту.

Отсмеявшись, я подошел к бару и налил нам бренди. Сверху доносились восторженные возгласы Лиззи – судя по всему, наш дом ей понравился. Удобно устроившись в кресле, Генри подробнейшим образом описывал, что именно он делал этой ночью с потрясающим телом Лиззи и что собирается делать с ним в будущем. И хотя короткого знакомства с Лиззи мне вполне хватило, чтобы понять: направляющей силой в этом тандеме будет отнюдь не Генри, – я все-таки воздержался от комментариев.

Наконец сверху донесся голос Джессики, напоминающей о том, что уже поздно, и Генри стал собираться домой. Задержавшись у двери, он слегка хлопнул меня по плечу:

– Увидимся утром, старик. Постарайся не сильно перетруждаться сегодня ночью – помни, завтра нам предстоит очередной экзамен. Да, и скажи Джессике, что я не приду завтра к ужину. Мы с твоей очаровательной золовкой решили выбраться куда-нибудь вдвоем.

– Ты уж не забудь в следующий раз поцеловать ее и за меня, ладно? – ухмыльнулся я.

– Александр, я тебя не узнаю! Неужели ты не можешь сделать этого сам?

Почувствовав за спиной какое-то движение, мы одновременно обернулись. На лестнице стояла Лиззи. На ее совершенно голое тело было наброшено нечто розовое, кружевное и абсолютно прозрачное. Я зачарованно наблюдал за тем, как она спустилась вниз и встала между нами. Под тоненькой, как паутина, тканью отчетливо проступали упругие соски, губы влажно блестели.

– Спокойной ночи, Генри, дорогой, – промурлыкала Лиззи, обвивая руками его шею. Во все время их продолжительного поцелуя ее глаза ни на мгновение не отрывались от моих.

Несколько недель спустя я был немало удивлен, когда, вернувшись домой, обнаружил ожидающую меня на улице Каролину Трумэн, бывшую пассию Генри. Проявляя завидную выдержку и стараясь не расплакаться, она спросила меня, что случилось. Почему Генри ей больше не звонит? Не могу ли я поговорить с ним и попросить встретиться с ней хотя бы на час? Я, конечно, всегда симпатизировал Каролине, но нельзя же так загонять человека в угол, как она это пыталась проделать со мной. Если в том, что они с Генри расстались, и есть доля моей вины, то весьма незначительная – я же не толкал его насильно в объятия Лиззи. Кроме того, всё отвергнутые женщины одинаковы: они хнычут, рыдают и умоляют мужчину вернуться к ним, даже если совершенно очевидно, что он этого не хочет. Да и чем я мог ей помочь? Поэтому я посоветовал ей пройтись по магазинам и посетить пару веселых вечеринок. А если уж и это не рассеет ее тоску, то я всегда готов предложить свои услуги. Каролина возмущенно удалилась.