Сьюзен Андерсон - Не уходи, любимая

«Прекрасно…»

– Если вы согласитесь немного подождать, я принесу фотографии, которые Дуглас так старается скрыть от посторонних глаз. Думаю, вы поймете, насколько он далек от святости.

– Оставьте свои фотографии при себе, – сказал полицейский решительным голосом, захлопнул блокнот и встал со стула. – Их можно было получить с помощью монтажа.

Каждый, кто хоть раз держал в руках «желтую» газету, прекрасно это понимает. – И он наградил Ника взглядом, ясно дававшим понять, что он в своем мнении абсолютно убежден.

Ник тоже встал.

– Вы, конечно, совершенно правы, но я не работаю на «желтую прессу». Я специализируюсь на портретных снимках и, честно говоря, мой мальчик, моя репутация ничуть не хуже той, что пользуется Дуглас. Вы можете проверить: в тот день я фотографировал на свадьбе у Битей Пемброук, и именно там я запечатлел на пленку Дугласа с его молоденькой подружкой.

Полицейский смотрел на Ника отстраненным взглядом.

– И это вы называете «служить и защищать»? – вспылил тот. – Вы вбили себе в голову, что человек, которого боготворите, не может быть виновен, и плевать хотели на то, что произошло со мной за эти дни. Вот так профессионализм!

Молодой человек покраснел:

– Назовите мне места и даты предыдущих нападений.

Ник выполнил его просьбу, и офицер все записал себе в блокнот, а затем строго взглянул на Ника:

– И еще мне понадобится телефон мисс Пемброук. Я должен все проверить.

– Сделайте одолжение, – сказал Ник, вставая. – Поскольку мисс Пемброук на этой неделе в свадебном путешествии, я дам вам телефон ее матери – вы сможете все выяснить у нее. Ну а раз вы решили этим заняться, то вот вам еще и номер сенатора Слейтера – он может за меня поручиться.

И Ник вручил полицейскому листок бумаги с телефонами.

Вложив бумажку в свой блокнот, коп посмотрел на Ника и произнес:

– Я навещу мистера Дугласа и расспрошу о его работниках.

«Как будто наемники Дугласа регулярно получают у него зарплату по платежной ведомости», – подумал про себя Ник, а вслух как можно учтивее поблагодарил полицейского и проводил его к выходу.

Выплескивая раздражение, которое накопилось за время разговора с полицейским, он с силой ударил рукой по двери в спальню:

– Можешь выходить, Дейз.

Она тут же вышла из комнаты, как будто стояла прямо за дверью.

– Ну как? Получился у вас задушевный мужской разговор? – спросила Дейзи.

Криво усмехнувшись, Ник подошел к стулу и устало сел.

Дейзи последовала за ним.

– Похоже, нет?

– Я тебе так скажу, детка: это был последний раз, когда я вызвал эту хренову полицию. Пустая трата времени. Не знаю уж, что со мной не так, но они не верят ни одному моему слову.

– Наверное, ты искусно врал в школе.

Дейзи встала за спиной у Ника и стала массировать ему плечи и шею.

Ник расслабился. Что же это такое?! Только он подумает, что наконец разгадал ее, как она вдруг делает что-нибудь совершенно неожиданное для него.., и приятное.

– Но я не привык, чтобы ко мне относились как к патологическому лжецу, – возразил Ник, забыв на тот момент о том, что с самого начала не был абсолютно честен ни с кем.

Наклонив голову, чтобы Дейзи удобнее было разминать его шею, Ник просидел молча несколько минут, а потом неожиданно рассмеялся:

– Боже, я даже приплел сюда дядю Грега! Просто не могу поверить, что пошел на это!

– Кто такой дядя Грег?

– Сенатор Грегори Слейтер. Он старинный друг нашей семьи. Они с отцом вместе ходили в Чоут.

– Чоут… – Дейзи сильнее надавила пальцами на плечи Ника. – Как круто!

Сморщившись от боли, он взял ее за руку, обвел вокруг стула и усадил к себе на колени.

– Похоже на «чокнут», куколка. Что же тут может быть крутого?

Дейзи весело засмеялась, и Ник почувствовал, как хорошо ему с этой удивительной девушкой.

– Пойми, я сам всегда терпеть не мог, когда мои одноклассники так делали – прикрывались чьими-то ни было именами для того, чтобы выпутаться из неприятной ситуации. И вот пожалуйста – я сам сделал то же самое, чтобы убедить двенадцатилетнего копа, что я не фотографирую для «желтой прессы».

Дейзи слегка отстранилась от Ника.

– А почему ему могло прийти такое в голову?

Ник замолчал, лихорадочно соображая, что сказать в ответ. «Интересно, что ты соврешь на этот раз?»

К счастью, Дейзи избавила его от такой необходимости.

– Так кто же все-таки эта замужняя дама? – вновь спросила она и твердо посмотрела Нику в глаза.

«Слава тебе Господи! Клянусь, теперь я буду умнее!»

– Да никто… Это не важно.

По виду Дейзи Ник понял, что она не удовлетворится таким ответом, поэтому поторопился закрыть ей рот поцелуем. Она с готовностью откликнулась на него. Ник простонал от удовольствия и притянул Дейзи поближе к себе. Он легко и нежно касался ее губ, но ей, похоже, было этого мало. С каждым разом ее поцелуи становились все жарче и исступленнее. В какой-то момент она провела языком по губам Ника, и у него перехватило дыхание. Он приоткрыл рот, но Дейзи продолжала дразнить его кончиком языка. Когда она наконец проникла в его приоткрытый рот, Ник застонал громче и впился в ее губы страстным поцелуем.

Наконец Ник посмотрел на Дейзи и нежно провел рукой по ее лицу, убирая упавшую на лоб прядь волос.

– Я опять, хочу тебя, Дейз, – тихо проговорил он.

– Вот как? – игривым голосом спросила Дейзи. Ее шоколадного цвета глаза счастливо светились. – И что?

– И вот думаю, кого бы мне убить, чтобы убедить тебя помочь мне утолить желание.

– Николас, дорогой, вовсе не обязательно кого-то для этого убивать. Тебе просто надо меня хорошо попросить, – проговорила она и, взяв в ладони его лицо, стала тихонько покусывать его губы.

– О Боже, Дейзи, – пробормотал Ник, – я прошу тебя…

Глава 13

Джей Фицджеральд дождался, пока молодой полицейский уйдет подальше, потом поднялся со стула и вышел из кабинета.

– Вернусь минут через пятнадцать, – бросил он на ходу секретарше.

Полуденное солнце отражалось слепящими бликами в хромированных деталях припаркованных рядом с офисным зданием автомобилей. Щурясь от яркого света, Джей Фицджеральд прошел через вращающиеся двери и оказался на улице. Быстрым шагом он пошел к телефону-автомату, находящемуся в паре кварталов от офиса. Подойдя к телефону, он набрал номер и опустил в прорезь монету. После двух длинных гудков на том конце провода ответили.

– Что происходит, Отри? У меня только что была полиция по поводу Колтрейна, – произнес недовольным голосом Фицджеральд.

Отри мысленно выругался, а вслух произнес: