Джилл Мансел - Мой лучший любовник

Надеясь, что ее лицо не слишком блестит к концу рабочего дня, Сюзи остановила свой «роллс» за «вольво» и обернулась, чтобы открыть заднюю дверцу. Пыхтя от нетерпения, Бакстер выскочил из машины и сломя голову бросился к Лео.

Сюзи покинула машину гораздо медленнее, она приподняла солнечные очки и лениво улыбнулась. Когда-то она видела такое в фильме в исполнении Дайаны Дорс. Достаточно эффектно.

Если, конечно, лицо не слишком блестит.

— Что ж, похоже, он действительно тебя любит, — сказала она Лео.

— Он любит поесть. Учуял «Мальтизер». — Лео вынул из кармана рубашки маленький красный пакет корма. Бакстер с удовольствием проглотил содержимое. — Я его не сразу нашел. — Почесывая Бакстера за ухом, Лео объяснил: — Самолет приземлился в Хитроу в три часа. Я сел в машину и поехал прямо сюда, заглянул к Люсиль, чтобы забрать Бакстера… и наслушался цветистой брани от ее домовладельца.

— Как жаль, — заметила Сюзи. — Значит, он еще жив.

Лео продолжал:

— Тогда я позвонил Харри. Он мне сказал, что Люсиль живет с тобой.

— Верно.

— И ты приняла ее с Бакстером. Спасибо большое. — Он нахмурился. — Я звонил в дверь, но никого не оказалось дома. Где Люсиль и почему Бакстер с тобой?

Сюзи впервые видела его при дневном свете. Учитывая, что приехал он прямо из аэропорта, после трансатлантического перелета, он выглядел непростительно хорошо. Конечно, его белая рубашка поло и выцветшие джинсы «Ливайзы» были помяты — как же иначе? — но загорелое лицо сияло здоровьем, темно-синие глаза были яркими и внимательными, а вокруг них собирались морщинки, когда он улыбался. У него глаза охотника, решила Сюзи. Они ничего не упустят. И вот что было совсем несправедливо: хотя он не использовал тушь, а она применяла ее постоянно — вообще-то, огромное ее количество, — его ресницы все равно были более длинными и густыми, чем ее.

Еще Сюзи заметила отросшую щетину, как у охотника. Странно: насколько это непривлекательно на женских ногах, настолько же красиво на мужском подбородке.

Где же справедливость?

— Люсиль теперь нужно выгуливать много собак, — объяснила она Лео. — Она взяла целую стаю на шестимильную пробежку в район Холмов. Я ей сказала, что днем Бакстер может побыть со мной в офисе. Мы стали с ним близкими друзьями — он обожает валяться на заднем сиденье моей машины.

Ой, двусмысленное замечание. Сюзи затаила дыхание и ждала, что Лео иронично поднимет бровь и произнесет: «Кому бы не понравилось?»

Когда он этого не сделал, она не поняла, что испытала — разочарование или облегчение от того что Лео не оказался пошляком.

Вместо этого Лео посмотрел на часы и спросил:

— Люсиль скоро вернется?

— Должна вот-вот появиться. — Сюзи помахала перед ним ключами. — Зайдешь что-нибудь выпить?

Горячие лучи послеобеденного солнца нагрели дом, проникая сквозь окна, выходящие на юг, они превратили воздух в квартире в пекло. Распахнув все окна, они переместились на балкон с железной решеткой, выходящий в сад за домом. Сюзи принесла два стакана, кувшин минеральной воды с плавающими сверху дольками лайма и кубиками льда, а также немного сухого корма для Бакстера.

Сюзи чувствовала себя неудобно, потому что слишком много думала о Лео. Она не хотела, но мысли появлялись сами собой — практически независимо от нее — в ее голове. Впрочем, размышляла Сюзи, это неудивительно, если учесть, как Харри переживает из-за того, что девушки предпочитают ему его старшего брата.

Стараясь нащупать более твердую почву под ногами, Сюзи стала расспрашивать Лео о поездке в Нью-Йорк.

Через несколько минут он ласково сказал:

— Не надо.

— Что не надо? — Сюзи почувствовала, что краснеет.

— Ты знаешь что. Я тебе уже говорил. Не надо портить Харри жизнь.

«Черт, — подумала Сюзи, — снова это случилось». Она флиртовала с Лео, даже не отдавая себе в этом отчета.

Но он мог бы быть более тактичным: не стоит драматизировать ситуацию. Не слишком благородно заострять на этом внимание.

Она обиженно спросила:

— Угрызения совести?

Темно-синие глаза Лео сузились.

— Что?

— Харри мне рассказал, — сказала Сюзи. — О тебе и Софии.

Это игра ее воображения или его плечи стали менее напряжены? Последовала долгая пауза, потом Лео сказал:

— Я так и предполагал. Что ж, может, ты права.

— Может? Признайся, — она повысила голос. — Ты увел у него девушку. Потом ты ее бросил, она себя убила. Вполне понятно, почему он не слишком тебе доверяет.

Лео медленно оглядел Сюзи: ее обтягивающую белую футболку с круглым воротом и розовую юбку, ее босые коричневые ступни, упирающиеся в балконную решетку, дорогие очки, поднятые надо лбом и мешающие рыжевато-каштановым волосам упасть на ее загорелое лицо.

Ничто не ускользнуло от его внимания.

Наконец он произнес:

— Теперь ты можешь понять, почему мне не хочется, чтобы ты его расстраивала.

«Какая наглость, — возмущенно думала Сюзи. — Ведь именно ты предал Харри, а теперь я должна все расхлебывать. Честное слово, ох уж эти мужчины. Иногда из-за них просто хочется плеваться».

Но она не должна плевать на Лео. И не должна выходить из себя. Она должна быть милой, очаровательной и симпатичной, думала Сюзи, выуживая из стакана ломтик лайма и так сильно его кусая, что чуть не свернула челюсти.

О нет, она должна была хорошо обходиться с Лео. Потому что он был потенциальным клиентом и ей очень хотелось продать ему дом… любой дом, но особенно дом ее матери.

И нельзя убедить человека, чтобы он заплатил сотни тысяч фунтов за дом, если с ним ругаться.

Но флиртовать тоже нельзя.

Даже случайно.

— Кстати, — бодрым голосом произнесла Сюзи, меняя тему разговора. — Скоро можно будет тебя поздравить. Ты станешь отцом!

Это произвело желаемый эффект. Брови Лео взметнулись вверх, и он чуть не захлебнулся минеральной водой.

— Что?

Выбросив ломтик лайма через решетку балкона в сад, Сюзи вежливо ожидала, когда он перестанет кашлять.

— Габриелла, так, кажется, ее зовут? Ты не сказал, что собираешься жениться! Люсиль мне сообщила, что твоя будущая жена хочет иметь целую кучу детей.

Прежде чем Лео успел ответить, раздался входной звонок. Сюзи спустилась и обнаружила на ступеньках дома Харри в униформе. Его «панда» была припаркована у калитки.

— Боже, офицер, вы пришли не для того, чтобы меня снова арестовать? — Она произнесла это так громко, что две старые девы, проходившие мимо дома, изобразили на лицах суровое осуждение.

— Я это сделаю, если вы плохо себя вели, — объявил ей Харри тоже достаточно громко и с широкой улыбкой на лице.