Шарлотта Лэм - Наваждение

— Он твой друг… — усмехалась она, когда Элизабет жаловалась на навязчивую идею Макса осмотреть абсолютно все местные достопримечательности.

— Начальник, — подчеркнула Элизабет. — Если бы он был моим другом, я могла бы послать его подальше, но не будешь же спорить с боссом, если хочешь сохранить место!

— Я думаю, что он довольно милый, как большой плюшевый медведь.

— Милый? — воскликнула Элизабет. — Поверь мне, он скорее злобный гризли, чем плюшевый мишка! — Она чувствовала себя совершенно измотанной после двух дней катания с Максом по окрестностям Луары. — Слава Богу, что завтра он уезжает, — сказала она. — У меня как раз остается еще два дня, чтобы расслабиться перед обратной дорогой.

Макс был на кухне с тетушкой Флер, которая показывала ему, как правильно готовить французскую приправу для салата. До Элизабет доносился его низкий голос:

— Понял, а что потом?

Голос тетушки Флер звучал несколько озадаченно.

— Потом… потом можно заправлять салат, — проговорила она как-то виновато, будто чего-то недоговаривала.

— О, понимаю — небрежно бросил он. — Это довольно легко. — По его тону чувствовалось, что, поскольку французская приправа для салата слишком проста, она не заслуживает его внимания.

— Очень важно сделать ее по всем правилам, — немного обиженно проговорила тетушка Флер.

— Конечно-конечно, — успокоил ее Макс. Элизабет переглянулась с Вики, и они обе расхохотались. Раздался звон колокольчика у входной двери, и Макс вышел из кухни.

— Я открою, — сказал он. Он держался непринужденно, точно у себя дома. — Лиз, радость моя, это к тебе, — крикнул он.

Элизабет нахмурилась.

— Ко мне? — Она прошла в маленький холл и увидела, как Макс с нескрываемым любопытством разглядывает стоящего в дверях Ива де Лаваля.

Элизабет замерла, словно неожиданно наткнулась на стену.

— О, это вы.

Встревоженный ее тоном, Макс резко обернулся к ней.

— Я хочу поговорить с вами, — сказал Ив, и Макс снова оценивающе окинул его взглядом.

— Я очень занята, — холодно промолвила Элизабет.

Макс вновь перевел взгляд на нее. Ив сделал к ней шаг, и Макс неожиданно встал между ними — большой, сильный, готовый к схватке, далеко не тот противник, которого можно было просто отодвинуть в сторону.

— Она же сказала, что занята, — прорычал он.

— Вы мне мешаете, — спокойно произнес Ив.

Макс расправил плечи и широко расставил ноги.

— Мистер, дверь за вашей спиной — воспользуйтесь ею. У леди много дел.

— Я не уйду, пока не поговорю с ней. — В голосе Ива зазвучали стальные нотки.

Элизабет испугалась, как бы Макс не ударил его, он был вполне способен на такое — Макс вырос в очень непростом районе среди крепких и жестких подростков и не стал бы уклоняться от драки. С его железными кулаками он мог бы здорово покалечить Ива.

— Оставь, Макс, — сказала она, подходя к Иву. — Я поговорю с ним, дай нам пять минут.

Макс мрачно посмотрел на нее.

— Уверена?

— Да. Пройдемте в комнату, мсье Лаваль, — сказала она Иву.

Макс вызывающе вскинул ладонь перед носом Ива.

— Пять минут, не больше. Ив наградил Макса холодным презрительным взглядом и, ничего не ответив, прошел мимо, словно того не существовало. Это раздразнило Макса еще больше — кровь тут же бросилась ему в лицо, и он запыхтел, словно чайник, который вот-вот закипит. Элизабет, чтобы охладить его пыл, импульсивно чмокнула его в щеку, привстав на цыпочки.

— Ни о чем не беспокойся, все будет в порядке, — сказала она и прошла за Ивом в гостиную. Вики сидела там, уютно устроившись в кресле, ее глаза загорелись от нескрываемого любопытства, когда она увидела Ива, входящего следом за сестрой.

— Вики, ты не будешь возражать… — попросила Элизабет.

— Ладно, ладно, — проворчала она, неохотно вылезая из кресла. Вики выплыла из комнаты, и Ив закрыл за ней дверь. Элизабет решила сесть как можно дальше от Ива.

— Я думала, вы и ваша жена уже на Антибах, — произнесла она холодно.

Ив повернулся к ней. Он был в темно-сером костюме, голубой рубашке в полоску и темно-синем галстуке. Черные волосы аккуратно приглажены, лицо, как обычно, бледное, он смотрел на нее с невозмутимым видом. Глядя на него, трудно было поверить, что когда-нибудь он мог бы сбросить свою маску.

Воцарилось долгое молчание — Элизабет терпеливо ждала, пока он соберется сообщить ей о причине своего визита, она ожидала услышать все, только не то, что он сказал.

— Она не моя жена…

Элизабет решила, что ослышалась.

— Не… — Она запнулась и изумленно уставилась на него.

— Не моя жена, — повторил он спокойно. — Шанталь уже, наверное, на Антибах. Последний раз я видел ее позавчера, в Париже.

Элизабет почувствовала, как у нее закружилась голова. О чем он говорит?

— Шанталь… — начала было она и замолкла, переводя дух. — Что это значит, не твоя жена? — Он что, окончательно сошел с ума? Он хочет сказать, что они с Шанталь никогда не были женаты? Но это невозможно — тетушка Флер говорила что-то о том, что Шанталь не ужилась с его родителями. Если бы они не были женаты, им бы вряд ли удалось долго скрывать это, рано или поздно в деревне об этом бы узнали. В маленькой общине люди часто обсуждают соседей, тем более таких, как Шанталь и Ив.

Он издал какой-то странный хриплый звук.

— Элизабет, мне нужно так много сказать тебе. Не знаю, с чего начать, это слишком невероятная история.

Может, он собирался сказать, что разводится, подумала она. Он подошел к окну и снова вернулся к ней.

— Я не совсем точно выразился, — сказал он, его черные глаза словно просили ее о чем-то. — Мне следовало сказать, что я не ее муж.

Элизабет выпрямилась, ее руки сжали ручки кресла.

— Что? — прошептала она.

— Я не Ив де Лаваль, — хрипло проговорил он.

Она побледнела. Гнев словно клубами дыма окутал ее мозг, лишая способности нормально мыслить.

— Не пытайся… Боже мой! Ты же не думаешь, что я поверю… Я не хочу тебя слушать! — вырывались у нее бессвязные фразы.

Он быстро опустился на колени рядом с ней. Она отшатнулась, когда он протянул к ней руку, и он, нахмурившись, опустил ее.

— Успокойся, любовь моя, — сказал он.

— Не смей так называть меня! — выкрикнула она.

— Ты знаешь… — начал он, но она перебила его, повысив голос:

— Я знаю лишь то, что ты пытаешься свести меня с ума! Все эти намеки, случайно брошенные замечания — все это бред. Я не позволю тебе испортить мне жизнь, сделав меня такой же безумной, как ты сам! — Она приложила ладони к лицу, пальцы ее дрожали. — Уходи, я не желаю больше слушать тебя.