Элизабет Эштон - Любовь в наследство

Джулия хладнокровно решила, что, вернувшись в Мас, она раз и навсегда рассеет все заблуждения насчет нее и Ги. Она не француженка, и выбор мужа — ее личное дело, которое совершенно их не касается. А если дед будет настаивать, то она сразу же уедет.

Что до Армана, она не позволит себе больше думать о нем, выкинет его из головы и вырвет из сердца, а вернувшись в Мас, будет избегать общения с ним.

К несчастью, ей придется столкнуться с ним лицом к лицу этим утром и выдержать долгую дорогу назад в его обществе. Джулия поморщилась. Ее сердце может смириться, но гордость была задета. Нужно что-то придумать! Ведь здесь наверняка есть хотя бы один автобусный маршрут, который проходит мимо Ле-Бо и спускается к подножию гор. Но в этот момент Джулия вспомнила, что у нее всего несколько франков в кошельке, и прокляла свою непредусмотрительность. Хороша она будет, если попросит денег у Армана, объяснив это тем, что не хочет ехать с ним в одной машине! Но если ей удастся добраться пешком до автострады, там можно будет остановить какую-нибудь попутку.

Джулия нехотя вылезла из кровати и уныло посмотрела на свое платье. Оно сильно пострадало в ночных приключениях, но выбора не было. Душ немного взбодрил ее, а содержимого сумочки оказалось достаточно, чтобы привести в порядок лицо. Оглядев комнату, бывшую свидетелем ее недолгого восторга и последующего отчаяния, она, судорожно вздохнув, выскользнула в коридор и закрыла за собой дверь.

На улице, в ярком солнечном свете, бледная, измученная и потрепанная Джулия Арчер остановилась перед безукоризненно выглядевшим Арманом Боссэ. Он стоял, облокотившись на дверцу джипа. События бессонной ночи не оставили на нем следа: костюм не помялся, черные волосы были аккуратно зачесаны назад, как будто он только что вышел из парикмахерской.

Он посмотрел на несчастную маленькую фигурку, появившуюся из дверей гостиницы, и его взгляд смягчился. Слабая улыбка тронула его губы, но, заметив надменное выражение лица девушки, он вновь помрачнел. Джулия демонстративно сосредоточила свое внимание на руинах, и ее губы презрительно скривились. Да и о чем им было говорить? Сейчас он в более выгодном положении, чем она.

Хозяин гостиницы подобострастно им поклонился. Ему было заплачено сверх мечтаний в надежде, что он будет держать свой рот на замке, и он заверил, подкрепляя свои слова нелепыми жестами, что месье нет необходимости волноваться, что он мужчина тактичный и понимающий и прекрасно знает, чем чреваты сплетни о клиентах. Телефонный звонок заставил хозяина вернуться в дом, и Джулия сделала несколько шагов в сторону джипа. Все еще глядя вдаль, она холодно сказала:

— Я не хочу обременять вас своим присутствием. Я вполне могу сама спуститься в долину и поехать на автобусе… или на такси.

— В самом деле, мадемуазель? — Арман взглянул на ее легкие босоножки. — Эта прогулка покажется вам довольно неприятной, да и такси — дорогое удовольствие.

Догадался ли он, что у нее нет денег? И все равно Джулия предпочла бы идти пешком всю дорогу, чем ехать с этим высокомерным незнакомцем. Она надеялась, что ей повезет поймать машину.

— Я справлюсь, — гордо заявила она.

— Вы не сможете, даже не пытайтесь, — хмыкнул Арман. — И что скажет месье Боссэ, если я вернусь без вас?

Он не думал ни о ком, кроме ее деда.

— Уволит вас, надеюсь, — буркнула Джулия. — Я не хочу иметь с вами никаких дел после… после… — Она почувствовала, что краснеет, и отвернулась.

— После того как я не согласился остаться, — закончил за нее Арман. Его тон был сух. Он бросил взгляд на часы. — Мадемуазель, я уже задержался здесь дольше, чем это было необходимо, чтобы дать вам возможность немного отдохнуть. Садитесь, пожалуйста, в джип.

Джулия гордо подняла подбородок, ее зеленые глаза бросали ему вызов.

— Я сказала, что не намерена ехать с вами!

Арман сделал шаг в ее сторону.

— Будьте так добры слушаться меня, или я сам заброшу вас в машину.

Джулия отпрянула, внезапно почувствовав исходившую от него угрозу:

— Вы не посмеете!

— Здесь дело не в смелости, а в здравом смысле. Вы и так уже достаточно наделали глупостей, так что не стоит добавлять к этому поход через всю деревню только потому, что я нарушил ваши планы на ночь. Пожалуйста, садитесь без дальнейших объяснений и возражений.

Планы на ночь? Хорошенькое дело! Джулия, подавив приступ ярости, забралась в машину. Арман даже не помог ей. Она постаралась устроиться как можно дальше от него на широком сиденье и нервно оглянулась на руины, которые остались за ее спиной. Девушка горячо надеялась, что больше никогда не увидит Ле-Бо. Джип трясло и качало из стороны в сторону на поворотах извилистой горной дороги, спускавшейся по склону.

— Ухабистая дорога, — прокомментировал Арман, — но, когда мы доберемся до равнины, начнется шоссе. Плохо, что Ги удрал с машиной.

Он говорил весело и любезно, и Джулия в бессильной ярости сжала кулаки. Было бы лучше, если бы он бранился на нее или просто молчал — все, что угодно, только не это ледяное равнодушие, как будто она была простой пассажиркой, с которой он обязан быть вежливым. Ведь всего лишь несколько часов назад… Нет, ей нельзя больше думать об этом. Но он должен узнать правду о ее отношениях с Ги Кордэ.

— Я хочу рассказать вам, как я здесь оказалась, — начала она, но он не дал ей продолжить:

— Не нужно никаких объяснений. — Его голос был очень холоден. — Ваши любовные связи — не мое дело. А за то, что случилось прошлой ночью, примите мои искренние извинения.

Джулия покраснела от злости.

— Все это не важно, — холодно сказала она. — Я хочу рассказать вам о Ги.

— Зачем?

— Арман, неужели вы действительно поверили, что у меня любовная связь с этим ничтожеством?

— Обстоятельства против вас.

— Обстоятельства можно трактовать по-разному, — живо возразила она.

Арман вырулил на обочину и остановил машину. Повернувшись к Джулии, он испытующе посмотрел в ясные зеленые глаза и первым отвел взгляд.

— Ги хотел на вас жениться?

Джулия подумала, что вопрос можно было сформулировать более тактично, но решила, что между ними должна быть только правда, и откровенно сказала:

— Он намекал на это.

— Вероятно, вам трудно было отказаться — он многое может предложить.

— О, Арман! — воскликнула Джулия укоризненно. — Я совсем не корыстна.

— Знаю, — тихо сказал он. — Я был несправедлив к вам. Но вы могли бы спасти Мас от превращения в рисовые поля.

— Вы советуете мне выйти замуж за Ги, чтобы спасти Мас? — недоверчиво спросила она.