Стелла Камерон - Беги — они уже близко

— Нет! — Девушка даже удивилась, услышав собственный голос. — Нет! — Ей удалось ударить преступника ногой.

— Стой смирно, — раздался голос с сильным голландским акцентом. Паула чувствовала, как в шею упирается что-то холодное и острое.

Нож! Он ее убьет. Борясь с тошнотой и парализовавшим ее страхом, девушка мечтала лишь об одном — не упасть в обморок.

Вдалеке послышались шаги. Паула дернулась, пытаясь повернуться.

— Я сказал, не двигаться, — прозвучал приказ, — или ты труп. Поверь мне, и пикнуть не успеешь, как я перережу тебе горло.

Паула закрыла глаза.

— Слушай меня. — Он дышал прямо ей в лицо. — Если хочешь жить, Паула Ренфру, убирайся из Амстердама.

Девушка с трудом разомкнула веки и посмотрела прямо в светлые злые глаза. Он назвал ее по имени. Это не случайный грабитель, он выслеживал именно ее.

— Слышишь, что говорю? — Нож сильнее уперся в шею.

— Кто ты? Зачем я тебе?

— Не важно. Прошлое должно умереть. Все, что случилось много лет назад, закончилось. Нам так надо. Поняла? Все закончилось.

Паула кивнула и всхлипнула, чувствуя, как острое лезвие разрезает кожу.

— Хорошо, — сказал мужчина, отступая. — Молодец. Причину для отъезда найдешь сама. Нас не интересует, что ты объяснишь друзьям, но это должно быть убедительно. Убирайся в свою Америку и забудь, что здесь было.

Он отступил на несколько шагов, затем скользнул куда-то в сторону и скрылся из вида.

Ноги подкосились, и Паула медленно сползла по стене. Она села на землю, не в силах пошевелиться, страх сковал руки и ноги. Вскоре туман в голове стал понемногу рассеиваться. С трудом проведя ладонью по шее, она увидела на пальцах капельки крови.

— Здесь кто-то есть? — раздался в темноте голос, который девушка не сразу узнала. Она стала медленно отползать в сторону, стараясь не издать ни звука.

— Отвечайте. Где вы? — Голос был все ближе. — Паула? Бог мой, Паула!

Сильные руки обняли ее за плечи, помогая встать. Кристоф уже снимал куртку и с тревогой вглядывался ей в лицо.

— Что случилось? — Он осмотрел ее с ног до головы. — Где твои туфли? Черт, скажи же что-нибудь.

И Паула разрыдалась.

Кристоф довел ее до уличного фонаря и положил теплые ладони ей на щеки, приподнимая голову.

— Господи, — прошептал он, — у тебя же горло порезано.

— Обними меня крепче, — простонала Паула. — Он шел за мной. У него был нож.

Кристоф обнял ее и погладил по голове.

— Обопрись на меня, Паула. Ты не сможешь сама идти. Он не?..

Она медленно покачала головой:

— Не изнасиловал? Нет. Он говорил какие-то слова. Я ничего не поняла. Приставил нож к горлу. Кристоф, я хочу домой.

Он достал из кармана носовой платок и вытер кровь.

— Рана совсем небольшая. Надо продезинфицировать и заклеить пластырем. Все будет хорошо. Твоя обувь где-то здесь?

Паула открыла рот, но смогла только кивнуть. Кристоф нагнулся, отыскал разбросанные туфли и надел их на ноги девушки. Затем подвел Паулу к забору, на который она могла опереться, нашел ее сумку и вернулся обратно.

— Спасибо, — заикаясь, произнесла Паула.

Кристоф обнял ее.

— Давай вернемся ко мне. Это ближе. Я обработаю рану.

— Нет. — Девушка покачала головой. — Спасибо большое, но я хочу домой.

Кристоф не стал спорить. Он легко подхватил Паулу на руки, донес до темного «сааба» и аккуратно посадил на переднее сиденье.

Дом Колей был в десяти минутах езды. Остановившись у входа, Кристоф выключил двигатель и посмотрел на Паулу.

— Как только ты ушла, я сразу пошел за тобой, но вскоре потерял из виду. Сначала решил, что ты поймала такси, и поехал быстрее, но потом увидел вдалеке твое платье. Не следовало отпускать тебя одну, надо было настоять и отвезти.

Паула открыла дверцу машины. В голове возникли какие-то смутные воспоминания, которые казались очень важными. Ей надо хорошо все обдумать.

— Пойду в дом.

— Хорошо. — Кристоф помог ей выйти и убедился, что она может идти. — Анна и Бенно уже наверняка спят. Пошли, я напою тебя горячим чаем, спою флорентийскую колыбельную. А если у тебя будут силы, ты подробно расскажешь, что произошло.

— Спасибо, Кристоф. За все. Ты очень мне помог, но сейчас я мечтаю лечь и заснуть.

— Мне казалось, ты хочешь поговорить…

— Нет. — Ответ прозвучал немного резко. Паула погладила молодого человека по плечу, словно извиняясь за свое поведение. — Только не сейчас. Поговорим, когда я перестану дрожать как осиновый лист. Я позвоню, ладно? — Она поднялась по ступенькам.

— Хочешь, я побуду с тобой, пока ты окончательно не успокоишься?

Паула подумала, что просто мечтает об этом, ей было бы намного легче.

— Не переживай, Кристоф. Все в порядке. Будем на связи.

Паула постаралась улыбнуться и закрыла дверь. Кристоф выглядел разочарованным, даже немного обиженным, но ей сейчас не до этого. Не включая свет, Паула дождалась, когда машина отъедет.

Ведь кто-то предупредил преступника, где она будет сегодня вечером. Он ждал ее именно там, где она должна была идти, возвращаясь домой с баржи.

Кроме нее самой, лишь один человек знал, что она там будет, — Кристоф.

Глава 10

Неделя четвертая, воскресенье

— Какое несчастье! — воскликнул Петер, едва завидев Паулу. — Который сейчас час?

— Почти три часа дня, — сухо ответила девушка. — Воскресенье, если ты и день забыл. Может, мне зайти в более удобное для тебя время? — Две бессонные ночи начисто лишили Паулу способности быть дипломатичной.

Петер выпрямился и шире открыл дверь.

— Входи, не умничай. Смотрю, ты настроена по-боевому. — Глаза его округлились от удивления, когда Паула вошла. — Ты похожа на всех чертей.

— Спасибо. — Паула бесцеремонно растянулась на кожаном диване, подложив подушку под голову. — Ты и сам не очень свежий.

— Тяжелая ночь. — Петер хитро улыбнулся и направился в кухню, соединенную с огромной гостиной. — Сейчас сделаю кофе. Нам обоим он необходим.

Паула села и с сомнением покосилась на дверь спальни. Петер поймал ее взгляд и засмеялся.

— Не беспокойся, я один, дорогая. Так что расслабься.

У девушки не было сил даже покраснеть.

— Говори. Я весь во внимании.

— Петер, это очень серьезно.

— Ох, конечно. Визит в три часа дня в воскресенье может быть только по очень важной причине.

— Черт, — не сдержалась Паула. Встав с дивана, она пересела к высокой стойке, разделявшей кухню и гостиную. — Посмотри сюда. — Она подняла подбородок и растянула воротник водолазки. — У меня рана.