Найти Хейса - Лора Павлов

выражением… как будто видел только меня. И у меня сжалось в груди.

— Спасибо, что все это устраиваешь, Сав. Это для меня много значит. Я никогда не умел играть по правилам.

— Ты шутишь? Я живу этим. Но мне не нравится, что ты все оплатил. — Мы уже спорили об этом, когда он увидел, что я заказала. Он потребовал все чеки и все мне вернул.

— Я никогда не устраивал вечеринок. Меньшее, что я могу сделать, — оплатить ее. Но организовывать — точно не мое. Может, я старомодный, но не хочу, чтобы моя женщина платила за что-то.

Он легко коснулся моего носа пальцем — игриво, но я знала Хейса. Он такой — заботливый до мозга костей.

Именно за это Кейт и вцепилась в него. Хейс Вудсон был идеальным. Просто сам этого не понимал.

— Если хочешь, чтобы все выглядело правдоподобно, не веди себя, как пещерный человек. Я современная женщина.

Он положил руку мне на талию и поцеловал в макушку:

— Упрямая у меня жена. Я пойду посплю. Увидимся через пару часов. Ты все спрятала у себя в комнате? Чтобы никто не заподозрил, что мы спим в разных?

— Ага. Все запихнула в шкаф. В гостевой никаких следов жизни, — хихикнула я, глядя, как он уходит.

И наблюдала, как он идет по коридору.

То, как двигались его плечи. Его походка. Эти длинные, мощные ноги…

Стук в дверь выдернул меня из грез о Хейсе, и я поспешила в прихожую. Открыла — и передо мной стояла Пейтон с двумя бутылками шампанского. За ней — Руби, Эмерсон, очень беременная Демми и Сейлор.

— Вечеринка пришла! — прокричала Пейтон и проскользнула внутрь.

— А у нас еще и маффины, — сказала Демми, потрясая коробкой с выпечкой и, ковыляя, прошла мимо. Если смотреть со спины, то и не скажешь, что она беременна. Но стоило ей повернуться и не заметить было уже невозможно.

— У меня цветы для композиций, — сообщила Руби. Она вызвалась забрать их у Жанель из Magnolia Blooms, но мы решили собрать букеты сами.

— Я принесла единорожьи криспи — Катлер настоял, чтобы ты их попробовала, — сказала Эмерсон.

Сейлор вошла последней, поцеловала меня в щеку:

— А у меня апельсиновый сок. Давайте уже украшать!

Следующие три часа мы провели, украшая каждую комнату, от гостиной до кухни, валентинками, лентами и цветами в красно-белой гамме. Мы составили цветочные композиции и расставили их по всему дому. Все получилось идеально. Даже лучше, чем я себе представляла.

— Черт, такое ощущение, что Купидон пришел сюда и вырвал все содержимое желудка, — хохотнула Руби. — Даже подушки на диванах красно-белые. Хейс обалдеет, когда проснется. Ты не упустила ни одной мелочи.

— Ты видела ее Инстаграм? Вот почему у нее столько подписчиков. Эта девчонка может украсить и оформить дом как никто другой, — сказала Пейтон.

— Я и не знала, что у тебя такая большая аудитория, пока Демми не показала мне на этой неделе, — добавила Сейлор. — Это потрясающе. Моему брату точно понравится. Я рада, что вы смогли оставить все дерьмо из прошлого позади после стольких лет.

— Я все еще не могу поверить в эту историю с Кейт, — покачала головой Демми.

Я рассказала им, что мы узнали и почему столько лет не общались. Все были потрясены тем, насколько подлой оказалась та девушка, особенно с учетом того, что тогда ей было всего-то сколько… семнадцать? Но Кейт всегда была избалованной и самовлюбленной и, скорее всего, осталась такой же для всех, кому приходится иметь с ней дело сейчас.

— Вот почему людей так бесят сюжетные линии с недопониманием, — заметила Сейлор, залпом допив мимозу.

— И что, черт возьми, за сюжет с недопониманием? — буркнула Руби. — Клянусь, ты выдумываешь эти штуки.

Сейлор владела книжным магазином, специализирующимся на романах и он стал одним из моих любимых мест с тех пор, как я вернулась в город.

— Эм… нет, я ничего не выдумываю. Это реально. В книгах и, как оказалось, в жизни тоже. Люди могут сами все к чертям испортить, если захотят, — подхватила Пейтон.

— Не волнуйся, — сказала Сейлор. — Эта линия с недопониманием — всего лишь малая часть вашей истории с Хейсом. Главное — это ваш путь друг к другу. У вас же сколько крутых тропов: от лучших друзей к любовникам, вторая попытка.

— Не забывай про свадьбу по залету. Это точно троп, — Пейтон плеснула себе еще шампанского.

— Простите, свадьба по залету предполагает, что я беременна. А это точно не так, — приподняла я бровь.

— Верно. Мы все знаем, что мой брат не хочет детей, — произнесла Сейлор с таким видом, будто обсуждала погоду.

— Ой, точно. А ты сама не хочешь детей? — поинтересовалась Демми без малейшего осуждения, скорее просто из любопытства.

— Знаешь, мы как-то не обсуждали это. Мы просто были на седьмом небе от счастья из-за свадьбы, а теперь разбираемся со всем по ходу дела, — пожала я плечами.

Они переглянулись, а потом дружно кивнули и улыбнулись. Но Руби смотрела на меня пристально.

Так, будто не до конца верила в нашу сказку о любви с первого взгляда и стремительную женитьбу.

Она была единственной, кроме Ривера, кто знал о пункте в наследстве.

Придется поднажать и лучше согласовывать наши легенды.

Мы зашли слишком далеко, чтобы отступать.

17

Хейс

— Хейс, ты не спишь? — голос Сав был чертовски сексуальным, и, подняв глаза, я увидел, как она заползает на кровать.

— Эй. А ты чего тут?

— А что, жена не может навестить своего мужа? — спросила она, проводя ладонью по моему члену поверх спортивных штанов.

— Конечно может.

— Просто соскучилась и решила проверить, не проснулся ли ты. Хотя, похоже, кое-что в тебе определенно уже бодрствует, — ее зубы впились в надутую нижнюю губу.

Она продолжала гладить меня, и я застонал.

Я хотел большего.

Я хотел ее.

— Что ты творишь, детка? — мой голос прозвучал хрипло.

— А что? Мы же женаты, верно? Я просто пришла, чтобы разбудить мужа как следует. Ты что, против?

— Ни капли. А что ты задумала?

Она не ответила, только потянулась к поясу моих штанов и стянула их вниз. Трусов на мне не было, и когда мой стоящий член вырвался наружу, она посмотрела на него, как будто он всю жизнь только ее и искал.

— Я мечтала попробовать тебя на вкус, Хейс, — прошептала она.

— Я не собираюсь возражать, — выдохнул я, когда ее ладонь обхватила мой член и начала водить вверх-вниз.

— Я тоже мечтаю попробовать тебя. Это все, о чем я, черт побери,