(не) счастье для Миллиардера - Софи Вирго

Кричу не останавливаюсь, горло дерет. Мне все равно, кто может услышать и зайти сюда. Плевать, какую картину все увидят. Лишь бы спасли, лишь бы помогли.

- Помогите! А-аааа, - начинаю ползти вперед, но меня хватают за ворот платья и кидают на пол.

Больно ударяюсь головой, в ушах немного звенит, все как в тумане, но я продолжаю кричать, пинаюсь, не разбирая как, в кого, куда. Чудом попадаю в чью-то ногу.

- Аш, вообще больная? – возмущается один из ребят, а мне хочется кричать, что это они ненормальные, соглашаться на такое. – Держите ее, пацаны. Она у меня сейчас иначе запоет. Ну держись, дрянь, сейчас ты попляшешь.

- Нет, не трогайте меня. Нет! – вырываюсь, пинаюсь, но их больше, они сильнее.

Меня хватают, пытаются удержать, один из ребят нависает надо мной.

Больше не кричу, плачу, ненавидя себя. Дура, какая же я дура. Он ведь просил, просил.

Глава 36

Амир

- Где она? – ору на охранника, который должен был присматривать за этим шилом в одном месте.

Характер она решила проявить, показать, какая независимая и гордая. Я ей покажу, где все это начинается и заканчивается. Совсем страх потеряла. Прав Дамир, нельзя им время давать. Вернее, себе. Сначала запер под замком, а потом решай свои дела. Пусть в темнице, чтоб вас всех, дожидается.

Попала коза. Ой как попала. Я же устрою по полной наказание. Причем понравится обоим, только мне раньше.

- Я тебя спрашиваю. Самир, где она?

- Она в здании. Среди танцующих не нашел, - оправдывается охранник, а я все больше зверею. – Подруга ее внизу с куртками стоит, а где Анжелика, не знаю. Я уже половину этажа обошел, все заперто.

Мне к ней надо было дюжину человек надо было приставить что ли? Как матерый мужик мог так лопухнуться? И выскочили же из подъезда незамеченными, пока мусоровоз во дворе корячился. Точно запру.

И шмотки мне ее не нужны, все что покупал по шкафам рассовано, ждет хозяйку. Даже больше. Сколько я ей уже всего купил, просто потому что кажется, что будет мило, не счесть.

- Так, - сжимая переносицу, стараюсь успокоиться.

Сердце сжимается в дурном предчувствии. С утра не на месте. И надо же было важную сделку именно на сегодня на вечер перенести. Уволю секретаря. Хорошо, мужик понятливый оказался. Встретились, объяснил все на пальцах, и он согласился все перенести. Тоже жена видимо то еще шило.

- Куда она могла пойти? Какой самый короткий путь до раздевалки? – спрашиваю у него, пытаясь хоть немного начать мыслить трезво.

- Я тот путь проверил, там ее нет, заперты все аудитории. В другую сторону могла пойти, там туалет, - и кивает в нужном направлении.

Соглашаюсь. Идем туда, два взрослых мужика, за одной мелкой козой, которая нарвалась. Дергаем все двери. Вот он и туалет. Пусто. Где может быть эта девчонка?

- Я не знаю, где искать? Может пожарку включим, все выбегут, - мысль хорошая.

Можно. Если что, заплачу штраф за ложный вызов. Мне не сложно. Главное головную боль мою найти. И только хочу согласиться, как в конце коридора слышится девичий крик. Меня всего прошибает, потому что я узнаю этот тоненький голосок.

В шуме музыки его почти неслышно, но мы в коридоре, недалеко, поэтому все слышим. Бросаюсь к двери, врываюсь в аудиторию, освященную лишь светом уличного фонаря.

Различаю шесть фигур, вокруг и двух на полу. Скотины настолько увлечены зрелищем, что даже не замечают, как у их бесчинства появились свидетели.

Лика, девочка моя. Чувствую, как глаза наливаются кровью, перестаю что-либо соображать. Кулаки сами сжимаются и дальше все как в тумане. Раскидываю этих… слов нет, кто они. Слышу, как стонут от боли, и как ими занимается уже Самир, вызывая подкрепление и соответствующие службы.

Плевать, пусть занимается, пока я не свернул им их жалкие головы.

- Тихо, все хорошо, - сажусь на корточки рядом с Ликой, свернувшейся в комочек. – Все хорошо. Я рядом, - стараюсь говорить тихо, чтобы не напугать, хотя хочется орать раненым зверем.

Прикасаюсь к ней, но она не в себе, не понимает, кто рядом, что происходит, явно думает, что один из тех уродов. Терплю пинки, сдерживаюсь, когда вонзает ноготки в кожу до крови, когда силой прижимаю к своей груди.

Беру ее в капкан, не даю вырваться, шепчу на ушко, что это я, что она в безопасности, и в какой-то момент она вздрагивает, а потом начинает рыдать еще сильнее, поворачивается в моих руках и сама бросается на шею.

- Амир. Амир. Амир, - бормочет, крепче прижимаясь ко мне.

Обнимаю ее, глажу по голове, даю ей волю. Пусть касается, нюхает, успокаивается.

- Все хорошо. Я рядом, девочка моя. Сейчас поедем домой.

Она ничего не говорит, только хватается за меня, как за спасательный круг и плачет, иногда просит прощения, а я сейчас не злюсь. Главное успел, главное цела. Все остальное мелочи, не имеет никакого значения.

Когда Самир выволакивает эту компашку, поднимаю ее на руки и выношу из института. Вахтерш нет, всех разогнала охрана. Только подруга ее охает, увидев все это.

- Самир, девушку домой, мы поехали, - даю команду охраннику, а девчушка начинает верещать.

- Не поеду я с ним! – да кто же ее спрашивать будет?

Видел я, как посматривала она на него с интересом. Пусть прокатятся. Одному мне что ли с гормональным ребенком возиться? «Что за подруга у нее, что за подруга?». То нейтральный весь, а здесь не затыкается на счет девчонки. Пусть познакомятся.

- И вообще. Верните Лику, ей дома будет лучше, - вы посмотрите на нее, еще и ножкой топает.

- Самир? – тот нехотя кивает и закинув на плечо, выносит Кристину.

Однако. Я думал просто выведет. Говорю же, ждет меня скоро веселье. И пусть. Мне бы Лику успокоить. Дорога до квартиры кажется бесконечно долгой.

Девочка моя сидит на заднем сиденье, прижав колени к груди и шатается из стороны в сторону. Припарковался и снова в охапку. Консьерж был удивлен, но и слова не сказал. Хорошо, иначе получил бы по полной.

Не включая