Вынужденный брак (СИ) - Алена Февраль

вас рассечение на лице и коленки с локтями сбиты. Посмотрите, сколько крови.

Я поднимаю взгляд и смотрю на своего спасителя. Худенький парень, совсем молодой. Даже младше меня, ему лет семнадцать, не больше. В глазах жалость и сочувствие.

— Вы можете вызвать мне такси? Врачи мне не нужны.

Видно, что он сомневается. Оглядывается по сторонам и тут его лицо озаряется улыбкой. Выдохнув с облегчением, он громко кричит.

— Артём Павлович! Артем, здесь девушка упала.

Я цепенею, а он наклоняется ко мне и говорит.

— Сейчас помогут. Наш директор точно поможет вам.

— Рита! — кричит бывший муж, — ты откуда? Ёбт твою мать! Что произошло?

Я смотрю на Колганова исподлобья и тихо шиплю.

— Вызовите мне такси, я домой поеду.

Артем садится на корточки и осматривает меня.

— Серёж, — обращается к парню, — зови нашего Влада. Пусть аптечку возьмет, а я в скорую помощь позвоню.

Парень убегает и Колганов наклоняется ко мне. Мужская ладонь ложится на плечо, но я отшатываюсь.

— Иди к своей бабе, — сквозь зубы, говорю ему, — я домой поеду.

Артем выпрямляется и я вижу, как его лицо покрывается красными пятнами. Он поджимает губы и тихо спрашивает.

— Видела?

— Да, — с вызовом заявляю я и всхлипываю, — пришла пригласить тебя на Илюшины шесть месяцев. Искала тебя и добрые люди подсказали, что ты теперь все время трёшься в лаборатории. И я… я… я решила не мешать вам.

Колганов молча снимает рубашку-поло и подает мне.

— Приложи к подбородку — кровь бежит. Надо врача.

— Может ту девку позовем в халате? Она почти врач. Или она не может сейчас выйти? Отдыхает…

Оттолкнув рубашку, я отворачиваюсь от Артема и продолжаю.

— Не нужны мне твои вещи. Они воняют той, которая обещала тебе что-то там сделать. Сделала уже?

Тяжелый вздох таранит расстояние между нами и он снова наклоняется ко мне.

— Тебя осмотрит врач и я на этом настаиваю, Рита. Сейчас наш медик тебя осмотрит и кровь остановит. После я повезу тебя в больницу.

— Вези своюю.., - начинаю я, но Колганов меня останавливает.

— Хватит. Поговорим позже. Сейчас важно разобраться с твоими ранами. Ты упала?

Кое как подняв ушибленную руку я показываю ему фак и закрываю глаза. Не видеть, не слышать его не хочу.

Глава 41

— Выбор у вас, конечно, есть. Но я бы не сомневалась. Если не зашьём — шрам будет точно. Зашьем — ничего видно не будет.

Женщина-хирург из травмпункта больше обращалась к Колганову, чем ко мне, когда уговаривала зашить рассечение на подбородке. Артем сидел напротив кушетки, на которую меня усадили для осмотра и перевязки, и внимательно следил за действиями врача. Закончив заниматься руками и ногами, она приступила к лицу.

— Вы же сказали, что рана небольшая, — привлекаю внимание хирурга, — значит, обойдусь без шва.

После моих слов она снисходительно усмехнулась и снова посмотрела на бывшего мужа.

— Что будем делать? — проговорила женщина и слишком ярко улыбнулась ему, — девушка кем вам приходится?

Колганов собирается ответить, но я перебиваю его.

— Женой, — зло шиплю я и забираю из рук врачихи салфетку, — спасибо, прощайте.

Я поднимаюсь, но Артём останавливает меня.

— Рита, может лучше зашить? Да и снимок нужно сделать. Может быть сотрясение мозга.

— Да-да, — поддакивает хирург и лыбится Колганову.

Как же меня они бесят! Оба. Врач, которая в открытую флиртует с бывшим мужем и Артем, который при ней топчет мое решение. Чувствую себя рядом с ними дурой, хотя на самом деле дураки они.

— Я хочу домой!

Выйдя в коридор, я не закрываю за собой дверь, так как жду, что Колганов последует за мной, но он остается в кабинете. Причем, он прикрывает дверь и мне ничего не остается, как ждать его в коридоре. Людей кругом много — все ждут свою очередь к хирургине, а она не спешит принимать их.

— Конечно, разговор с чужим мужиком куда интереснее, — бурчу себе под нос и натыкаюсь взглядом на женщину с огромным фурункулом на щеке.

Она занимала очередь за мной и теперь с нетерпением смотрит на дверь, где общаются эти умники.

Конечно, я не должна была это делать! Но злость затуманила разум и я подошла к женщине.

— Вы проходите в кабинет, я же вижу, как вам больно. Меня уже осмотрели, а теперь врач решила заняться устройством личной жизни.

— Как это? — возмущённо кричит женщина и я злорадно отмечаю, что к счастью нарвалась на скандалистку.

— Она закрылась с моим мужем в кабинете, хотя у него нет ни одной травмы. Очень несправедливо, как вы считаете?

В ответ женщина возмущённо орет — «бардак» и чуть ли не с ноги открывает дверь в кабинет хирурга.

— Я напишу на вас жалобу! — сиреной орет она, — нашли место, бесстыдники! В коридоре очередь, а вы милуетесь…

Не дослушав монолог женщины, я иду на выход из травмпункта. Дело сделано — Артем точно уйдет из кабинета докторицы, теперь надо скрыться с его глаз и уехать домой.

Быстро идти не получается — разбитые колени снова горят огнем. В фойе мне на глаза попадается огромное зеркало, в которое я, по ошибке, решаю заглянуть. Зря.

Новое платье превратилось в замызганную, запачканную кровью тряпку. Повязки на руках и ногах выглядят кипельно-белыми веревками на фоне чумазого тела. Грязное лицо с опухшим подбородком завершает образ. Хотя нет… Забыла про пыльные патлы на голове. Как раз они и завершают образ Бабы Яги, вернувшейся с поля боя.

Ужас.

Надо увеличить чаевые таксисту, чтобы согласился везти такое «чудо».

Выйдя на улицу, я хромаю за угол здания, попутно открывая приложение местного такси.

— Рита! — раздается совсем рядом и я оборачиваюсь.

Артем Павлович — собственной кобелинной персоной.

Каким же он стал популярным казановой после развода. Хотя возможно Колганов всегда пользовался таким бабским спросом, просто я — наивная — этого не замечала. В 11 классе Лизин и он пользовались успехом у девчонок, но всегда игнорили их поползновения. Теперь же Артем рад стараться отвечать всем дамам взаимностью.

— Ты куда убежала?

— Не стала вам мешать. Между прочем, второй раз за день, я не влезаю в твои «активности» с женщинами. Очень насыщенная у тебя жизнь, оказывается. Бьет ключом!

Артем с видом усталого путника слушает мой монолог, а когда я заканчиваю сухо отвечает.

— Сам в шоке.

Его ответ снова будит злых чертей в груди и я возмущенно цежу.

— Враньё! Шокированным ты не выглядел… Но это не мое дело. Мне плевать, ясно?!

— Мне сегодня показалось, что не плевать.

— Вот именно показалось. Я… На