Наглый. Дерзкий. Родной - Ульяна Николаевна Романова

ахнула Аврора, а я, наконец, поняла, кто собрал аншлаг из девиц на берегу.

Сердце забилось в висках, а руки сами собой сжались в кулаки, когда я поняла, что Матвей здесь не один, а со вторым конем из Милана.

Эта парочка плескалась в речке, не обращая ни на кого внимания ровно до момента, пока к берегу не подошли мы.

Матвей выпрямился, оказываясь по пояс в воде, и смотрел на меня так, словно собирался съесть. Я же приросла к земле, не в силах сделать и шаг.

Красивый, зараза, настолько, что зубы сводило. По голой груди, украшенной татуировкой, стекали капли воды, а голубые глаза стали еще ярче, почти синими.

И пока я хлопала ресницами, понимая, что глаза мои встретились на переносице, Матвей решительно пошагал в нашу сторону.

Я сглотнула, осматривая его с ног до головы. Черные плавательные шорты прилипли к телу, явно указывая, что Матвей не Аполлон.

Мышцы на его теле напряглись, позволяя рассмотреть шесть чертовых кубиков и оценить безупречную физическую форму коня из Милана, пока он пожирал меня взглядом, с неотвратимостью ледокола приближаясь ко мне.

У Матвея дернулся кадык, когда он оказался у кромки воды и решительно сделал еще шаг навстречу.

– Катя? – удивленно выпалил он, сверкая глазами.

– Ты что здесь делаешь? – ожила я, стараясь не смотреть… куда не нужно.

Матвей отошел в сторону, взял полотенце и намотал себе на бедра, неодобрительно косясь на фан-клуб в паре метров от нас.

– Мы с брательником к бабушке на выходные приехали, – объяснил мне Матвей, снова приближаясь. – Роберт Леванович, и вы тут?

Матвей обрадовался, а я развернулась к Роберту, начиная что-то подозревать. Сузила глаза и по взгляду Багрова класса «Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу» все поняла.

Подруга моя тоже дурой не была: она уперла руки в бока и сжала губы, пока ее супруг хлопал ресницами, понимая, что его раскусили.

В тот момент я поняла, что мой спокойный и размеренный отдых закончился.

Глава 23

Катя

Матвей стоял напротив, уперев руки в бока и явно красуясь, Аврора сопела сзади, а Роберт Леванович сосредоточенно топал к нам.

– Я не понял, а ты что тут забыл? – громыхнул Багров, адресуя фразу Матвею.

– К бабушке в деревню на выходные с братом приехали, – нахально ответил ему Матвей.

Мы с Авророй переглянулись, молчаливо гадая, где очередной спектакль двух сверходаренных актеров, а где правда.

– Роберт, – почесав нос, заговорила Рори, – а ты точно не имеешь к этому отношения?

– Я? – возмущенно охнул Багров, натурально обиделся и ткнул себя пальцем в грудь, всем видом открещиваясь от навязанных обвинений.

Не то чтобы мы с Рори поверили, но доказательств сговора, кроме наших догадок, не было.

В тот момент к нам подбежал Федя, встал передо мной, пытаясь крохотной фигуркой спрятать меня от Матвея.

Сын подбоченился и драчливо поинтересовался:

– Ты кто?

– Я? – Матвей растерялся. – Ты сказку читал про Черномора?

– Ну, – согласился сын.

– Так вот, я тридцать четвертый богатырь, Матвей. А тебя как зовут?

– Федя.

– Очень приятно, Федя! Тоже боксом занимаешься? А Роберт Леванович и моим тренером когда-то был, – Матвей сел на корточки и протянул ладонь моему сыну.

Тот ее опасливо пожал и покосился на меня.

– Смотри, там еще тридцать пятый плещется, все русалку свою ищет, – продолжал комедию Матвей и заговорщицки признался, – а я там клад нашел.

– Федя! – позвала я, понимая, что и мой ребенок попал под обаяние наглеца. – Пойдем в дом.

– Нет там никакого клада! – обращаясь к Матвею, усомнился Федя.

– Есть, – даже обиделся Матвей, – бери маму за руку, пошли плавать, я покажу. Мы, богатыри, не врем!

– Да ну? – вырвалось у меня.

– Мама не умеет плавать, – снова сдал меня ребенок.

– Именно поэтому мы идем в дом! – отрезала я. – А товарищ богатырь поплывет искать Черномора, вместе с братом!

– Мама, ты обещала отпуск, тут весело! Тренер обещал вместе поплавать, а Матвей сказал, что там клад!

– Федя, я тебе что говорила по поводу незнакомцев? – кажется, я рычала.

– Катерина Романовна, ну какой я тебе незнакомец? – сверкнул улыбкой Матвей.

– А я с тренером пойду клад искать, да? – сын требовательно развернулся к Роберту.

– Да, – брякнул тренер, встретился взглядом с супругой и аристократично побледнел.

– Вот. Тренер знакомый, с ним можно! – мой сын упрямо сдвинул брови у переносицы и снова подбоченился. – Тетя Рори, ты тоже обещала, что на речке поплаваем!

Я опустила глаза и сжала зубы, понимая, что сын прав – я обещала ему веселье.

Но откуда я могла знать, что в речке плещется тридцать четвертый вороватый богатырь со склонностью к вранью?!

Боже, ну почему снова он на мою голову? Что плохого я сделала в этой жизни, что даже в тихой деревне за семьдесят километров от города встретила ЕГО?!

Создавалось впечатление, что куда бы я ни пошла, куда бы ни уехала и где бы ни пыталась спрятаться, все равно встречу там его.

– Хорошо, плавай! – решила я, краем глаза заметив, как облегченно выдохнул Матвей.

– Скиртач, отойдем? – грозно потребовал Роберт, который явно хотел реабилитироваться в наших глазах.

– Роберт Леванович, а может, не надо? У вас рука тяжелая, – шкодливо улыбнулся Матвей.

– Федя, тетя Рори поможет тебе переодеться, – потребовала я с намеком.

– Я сам могу, уже большой, – буркнул сын и убежал снимать одежду, а я в упор посмотрела на Матвея:

– Не смей приближаться к моему сыну!

– Я его не обижу, – совершенно серьезно заявил Матвей.

– Матвей…

– Катя…

– Прекрати это! – потребовала я.

– Что «это»?

– Вот это все! Ты поплавал? Сходи помоги бабушке, если она не вымышленная, а нас оставь в покое!

– Я Феде обещал клад искать! Нельзя нарушать обещания, данные ребенку. А бабуле я вечером помогу.

– Ты… Уйди, по-хорошему прошу, – взмолилась я. – Он привыкнет, а ты…

– Нет, Катерина Романовна, никуда я не пропаду, даже не надейся, – жестко осадил меня Матвей.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Мое сердце билось где-то в висках, а в горле пересохло от его близости, от тона и непоколебимой уверенности, с которой он сказал последнюю фразу.

– Я готов, – прервал наш молчаливый диалог Федя.

– Катя, речка неглубокая, пошли с нами, там мне по пояс, – уговаривал меня Матвей.

– Мам, я тебя спасу, если станешь тонуть, – поддержал его Федя, – ну пойдем, мамочка!

– Хорошо, – не смогла я отказать сыну.

Отошла на несколько шагов назад, сняла сарафан, оставаясь в одном купальнике, и успела заметить, как почернели глаза Матвея, а сам он слегка завис, рассматривая меня с ног