Измена. Любовный треугольник - Марта Левина

родители оказались нормальными людьми.

— Не поздно, мама. Надо попробовать. Обещай мне, что будешь хотя бы меньше пить.

— Хорошо, доченька.

Я открываю все окна и начинаю собирать весь хлам в мешки. Нужно выбросить все, что отравляет атмосферу.

— И перестань водить мужиков в нашу квартиру.

— Я не вожу. Ты не думай, доча, что я тут устраиваю бордель. У меня один поклонник. Просто он иногда бывает с друзьями.

— Хорошо. Давай ты уже начнешь новую жизнь. Я тебе помогу.

— А как там… — она осеклась.

— Настя? У нее все хорошо, — лгу я. — Муж, работа, друзья.

— Ты с ней не общаешься?

— Нет, она не знает о моем существовании.

— Почему? Может, стоит ей сказать? Вы же сестры.

— Не сейчас.

Я собрала несколько мешков с хламом и вынесла в мусорные баки. На обратном пути захожу в магазин и покупаю продукты. Решаю приготовить ей нормальной еды.

— А ты еще придешь? — спрашивает она, глядя на меня. И я вижу в ее глазах слезы. Опять комок подкатывает к горлу. Что же со мной происходит?

— Да, я еще буду пару дней в городе.

— Надеюсь, ты меня когда-нибудь простишь, доча.

Приготовив еду, я уезжаю. Больше не могу находиьтся в доме. Еду на набережную. Хочу побыть одна, собраться с мыслями и решить, что делать дальше.

Вечером на набережной очень красиво. Прогуливается много людей, все наслаждаются чудесными летними деньками.

— Алина, что ты здесь делаешь? — неожиданно за спиной раздается голос Альберта.

Глава 36 Настя

Как ни странно, но утро у меня началось со звонка Альберта. Он снова рассказывает мне, как хочет вернуть наши былые отношения, как раскаивается в своем безумстве.

Долго выслушивать его у меня нет настроения. И я просто прощаюсь с ним. Он видимо не ожидает от меня такой наглости, потому что сразу перезванивает. Но я не беру телефон.

Смотрю на экран, на заставке его фото, он улыбается. Меня это как-то взбесило и я удаляю эту фотографию. Размещу лучше природу. Толку больше. Будет хоть радовать меня своей красотой.

Решаю помониторить вакансии. Варианты мне не очень нравятся, но разве у меня есть другой выход? Мне нужна работа. Полдня я провожу за ноутбуком. Составляю резюме и размещаю его на сайтах о поисках работы.

Звонит Лика.

— Я придумала, чем ты будешь заниматься! — счастливо щебечет она в трубку.

— И чем же? — с опаской спрашиваю я.

— Ты будешь вести кулинарный блог!

— Что? — удивляюсь я. — Какой еще блог?

— Обычный. Как ведут миллионы. Заведешь аккаунт и будешь рассказывать про вкусные блюда. Ты же любишь готовить?

— Да. Но я не смогу ничего рассказывать на камеру.

— Ой, брось. Все так говорят. Короче, слушай сюда и запоминай. Пока ты прохлаждаешься в больнице, займись созданием аккаунтов в соцсетях на кулинарную тему. Оформи красиво и пости всякие рецепты.

— Ты думаешь? — с сомнением уточняю я.

— Не попробуешь — не узнаешь. Я даже придумала тебе отличительную фишку. Кулинария для брака. Или вкусные рецепты для мужа. В общем, надо что-то типа как кулинария сохраняет брак и отношения.

Я рассмеялась.

— А блог ведет брошенная мужем женщина, чьи рецепты не помогли сохранить брак. Ну смешно же.

— Пока никто никого не бросил. И об этом не обязательно трубить на весь мир. Твое дело привлечь людей, чтобы они стали подписчиками твоего блога. А дальше уже развитие и увеличение базы людей.

— Ой, Лика, это явно не мое.

— Ты попробуй сначала, а потом уже делай выводы. На курсы же пошла. И даже работу там нашла. Хватит уже не верить в себя.

— Я подумаю.

— Никаких подумаю. Сегодня взяла, села и начала придумывать оформление своего аккаунта. Поняла меня?

— Ладно, Ликусь, будет исполнено.

— Вот! А я помчалась дальше, у меня дела образовались. Все, целую в обе щеки и жди в гости.

Она отключается.

Я задумываюсь над ее идеей. В принципе, готовить я люблю и умею. Чему-чему, а этому брак меня точно научил. Я решаю изучить данную тему и снова углубляюсь в интернет.

* * *

На следующий день меня снова навещает Петр с букетом цветом.

— Ты меня балуешь, — улыбаюсь я.

— Просто я хочу поднять твое настроение.

Мне уже разрешают недолго гулять. И мы с Петей идем в сквер у больницы. Выбираем дальнюю скамейку, чтобы нам никто не мешал. Он рассказывает какие-то забавные истории из своей жизни.

— А почему ты до сих пор не женат? — спрашиваю я.

— Ты же знаешь, я очень избирательный. Любая девушка мне не подойдет. Если я женюсь, то это будет навсегда.

— Мы ведь с тобой тоже знакомы больше десяти лет и ты всегда был рядом с нашей семьей и знаешь все, что с нами происходит.

— Да. Знаешь, я давно хотел тебе сказать одну вещь. Но не знаю, как ты к этому отнесешься.

— Надеюсь, это касается не Альберта?

— Нет. Это касается исключительно меня. Знай, что я всегда буду рядом с тобой. В любой момент, если тебе понадобится какая-нибудь помощь, совет, мужское плечо, в конце концов — я рядом. Если тебе захочется выговориться, полакать — звони в любое время.

— Петя…

— Подожди. Ты для меня значишь больше, чем ты думаешь. Возможно, ты никогда не замечала моего отношения к тебе, но ты — та самая девушка, с которой я бы хотел провести всю свою жизнь.

Я молчу. Уже понятно, что последует дальше. Но мне так приятно слушать его признания. Это так греет мою душу. Но я не знаю, как на все это реагировать.

— Петя, я даже не знаю, что тебе ответить.

— Не надо ничего отвечать. Просто знай это и все. Ты всегда можешь на меня положиться.

— Петя, ты — мой лучший друг. И я очень хочу, чтобы мы продолжали быть друзьями.

— Одно другому не мешает, — резонно отвечает он.

— Да, — соглашаюсь я, — но не забывай, я все-таки беременна. И я хочу сохранить этого ребенка.

— Я знаю. И это прекрасно.

— Но еще я замужем.

— Настя, это самая непостоянная величина в этом мире. И я, кстати, не понимаю, почему ты все это терпишь.

— Что именно?

— Альберта с его адюльтерами. Ты ведь прекрасно осведомлена о его похождениях. И уж наверняка знаешь об Алине.

Я снова молчу. Такой откровенности я не ожидала.

Петя тоже молчит. Я начинаю лихорадочно думать, чтобы ответить. Но в голову ничего не приходит.

— Откуда ты знаешь? — решаю уточнить я.

— Мой человек следил за Алиной и Павлом, и видел тебя несколько раз наблюдающей за ними.

Ах,